Читать книгу - "(древняя) Душевная хозяйка Темного лога - Елена Соловьева"

когда я к ним прикоснулась? — спросила, чувствуя, как в груди зарождается тревога.

— Иногда катализатором может стать любой человек, — ответил Максимус. — Особенно если он оказывается в нужное время в нужном месте. Но еще проще объяснить все случайным совпадением. Магия появляется внезапно, и так же внезапно исчезает. Тебе лучше не вмешиваться в это.

Его слова повисли в воздухе, создавая вокруг нас невидимый кокон напряжения. Я заметила, как его взгляд скользит по моему лицу, словно пытаясь разгадать какую-то загадку.

— Мне кажется, или ты что-то пытаешься от меня скрыть? — внезапно произнесла я, сама удивившись своей проницательности.

Максимус на мгновение замер, а затем мягко улыбнулся:

— Возможно. Но не все тайное стоит делать явным. Ты, хоть и выросла в Темном логе, знаешь о нем слишком мало. К тому же пугаешься пауков. Не говори, что это не так. Мое истинное обличие привело тебя в ужас. Настолько, что ты свалилась в обморок.

Он сделал шаг назад, создавая между нами дистанцию, которая, казалось, только усилила возникшее между нами притяжение.

— Прости, — прошептала я, отводя взгляд. Сложно спорить с фактами и отрицать очевидное. Да и ни к чему. — И спасибо за то, что…

Я не завершила фразу. Но Максимус догадался сам.

— За то, что пришел к тебе человеком, — проговорил он с горькой усмешкой. — Не за что. Иногда полезно практиковать обращение. Ведь это единственный дар Богини, которым мы еще можем управлять. Так что это мне стоит поблагодарить тебя за то, что объявилась в Темном логе и, несмотря на свой страх, побеседовала со мной.

Его слова эхом отозвались в моей голове, а я все еще чувствовала тепло его рук на своих ладонях.

В воздухе повисла тяжелая пауза, наполненная невысказанными словами и невыраженными чувствами. Я подняла глаза, встречаясь с его проницательным взглядом, в котором читалась смесь понимания и печали.

— Ты не обязана принимать мою сущность, — продолжил он, словно прочитав мои мысли. — Многие не могут. Но знай: ни я, ни другие арахносы не причиняем вреда тем, кто не угрожает нам и нашему существованию. Ты можешь оставаться в Темном логе столько, сколько пожелаешь. Но… — Сделав небольшую паузу, он кивнул, мысленно приняв решение, а после продолжил: — Но я бы настоятельно посоветовал тебе не настраивать арахносов против себя, даже нечаянно. Если ты взяла чужое, пусть по случайному стечению обстоятельств, эту потерю стоит возместить.

— Принести богине другой дар, взамен утраченного? — предположила я. Дождалась утвердительного кивка и, сжав кулаки, выдохнула: — Очень постараюсь. Хотя пока слабо представляю, что могу предложить взамен. Я… У меня…

Как сказать малознакомому мужчине, что «муж» изгнал меня практически с пустыми руками. Хорошо, что одежду разрешил взять. Но кроме одежды мне требуется и еда. Я живой человек и не могу питаться воздухом.

— Вот, — достав из-за пазухи небольшой мешочек, он протянул его мне: — Это сушеная ламиратия. Ее можно добавлять в супы и рагу. Используй экономно: в наших землях проблемы с продовольствием.

Я не знала, что ответить в ответ на этот щедрый жест.

Немного зацепило название «ламиратия», но больше поразило признание главы ковена. Максимус решил подкормить меня, совершенно незнакомую женщину. Принес мясо, несмотря на то, что изначально считал меня воровкой. Он сделал для меня больше, чем «муж» настоящей Парески. Вот уж действительно: не суди человека по внешности. Тот, кого считали кровожадным монстром, проявил больше сочувствия и понимания, чем близкий человек.

— Спасибо, — произнесла я, принимая мешочек. К горлу подступил ком. От благодарности я, кажется, была готова разрыдаться.

Он лишь слегка кивнул, не отводя пронзительного взгляда фиалковых глаз. В них я видела что-то большее, чем просто сочувствие

— Не стоит благодарностей, — тихо ответил он, повернув голову. Так, словно не хотел, чтобы я узнала о его сокровенных мыслях. — В Темном логе каждый должен помогать другому, когда это возможно. Особенно когда речь идет о выживании.

Я молча кивнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Его слова и поступок перевернули мой мир с ног на голову. Арахнос оказался куда человечнее тех, кто носил маску добродетели.

— Я… я постараюсь все исправить, — прошептала я, сжимая мешочек в руках. — Сделаю все, чтобы оправдать твое доверие и доверие твоего народа.

Максимус снова кивнул, на этот раз с легкой улыбкой:

— Время покажет, — ответил он.

Хотел что-то добавить, но на миг словно бы застыл. Черты его лица поплыли. Не то от волнения, не то от внутреннего напряжения, проявилась паучья сущность: глаза слегка расширились, приобретая характерный блеск. На коже проявился фиолетовый мех. Голова приплюснулась, словно ее ударили чем-то тяжелым.

Я невольно отпрянула.

Затаила дыхание, наблюдая за внезапной трансформацией. В этот момент Максимус казался еще более пугающим, чем в нашу первую встречу. Вроде бы человек, но в то же время паук. Страх перед его истинной формой боролся во мне с необъяснимым влечением к Максимусу как к человеку.

Глава 15

Заметив мою реакцию, Максимус нахмурился. Кивнул и, низко опустив голову, сухо пробормотал:

— Мне пора.

— Понимаю, — торопливо произнесла я примирительным тоном. — У главы ковена наверняка много дел.

На самом деле было бы правильным пригласить Максимуса хотя бы на чашку чая. Так сказать, отблагодарить за оказанный теплый прием. Ведь он вовсе не обязан был позволять мне жить на своей территории и, уж тем более, подкармливать. Но стоило мне представить, как во время чаепития мужчина превращается в паука и двигает за столом своими восемью лапами, перебирая ими по скатерти, как по коже пробежал неприятный холодок. Я с трудом сглотнула, пытаясь скрыть свое отвращение.

«Может быть, этого и не случится? — мелькнула слабая надежда. — Максимус довольно неплохо владеет собой». Но я слишком хорошо помнила, как светятся его глаза в ночи, и каким огромным и пугающим он может быть.

— Я… я хотела бы отблагодарить тебя за гостеприимство, — выдавила я, стараясь говорить ровно. — Может быть, в другой раз? Когда я… лучше освоюсь.

Максимус поднял голову, и в его взгляде промелькнуло что-то похожее на разочарование. Или мне просто показалось?

— Не стоит беспокоиться об этом, — ответил он сдержанно. — Доброго дня, Прасковья.

Он развернулся и направился к выходу, а я осталась стоять, чувствуя, как сердце колотится в груди. «Какая же я неблагодарная»,