Читать книгу - "Звезды любви - Энн Чарлтон"

— Вы пришли сюда с этим красивым молодым человеком? — спросил он, и всякий вариант какого-либо вежливого ответа снова уступил место взрыву негодования, охватившему ее, как только она услышала его слова, в которых ей почудилась несколько оскорбительная характеристика Эндрю.

— Да. Он шикарно выглядит, не правда ли? — отпарировала она, взглянув наконец прямо ему в лицо. Сердце ее сделало при этом такой скачок, что ей срочно пришлось бросаться в спасительное продолжение разговора. — Он такой мужчина!

— Ах, вот как. Партнер не только для танцев?

Ее и без того уже розовые щеки стали пунцовыми. Так вот, значит, как он интерпретировал ее искреннюю симпатию к нему тогда, в момент их первой встречи! Он подумал, что она — одна из этих современных развязных девиц. Да, она, безусловно, свободная современная девушка, но не в том смысле, в котором он думает.

— Я не так давно знаю Эндрю, — сердито сказала она.

— Странно, мисс Боумэн. У меня создалось впечатление, что вы всегда все решаете очень быстро. — Его голос был низкий и очень звучный, его глаза притягивали ее магнитом, и она чувствовала себя бабочкой, которую прикололи к стене булавкой. Нет, он положительно не давал ей забыть то влечение, которое она почувствовала к нему в момент их первой встречи.

Дурацкие слова против ее воли продолжали срываться с языка, несмотря на все попытки держать себя в руках.

— Возможно, Эндрю будет следующим, но в настоящий момент я сплю с Винсентом. — Котенок действительно всегда спал ночью в ее ногах. Ее ресницы слегка дрогнули. — Вы с ним еще не знакомы?.. Он — обычный бродяга. Вы с такими обычно не имеете никаких дел, но мы его приютили, и он теперь живет у нас. Он очень молод и очень благодарен нам с Луизой.

Она ненавидела себя за все эти глупые слова, но ей так хотелось остановить эту надвигающуюся и уже опутывающую ее паутину исходившего от него очарования и притяжения.

Выражение его лица показалось ей каким-то странным: интересно, о чем он сейчас думает? На несколько секунд он сильно прижал ее к себе, потом произнес:

— Вы совершаете ошибку, мисс Боумэн. Ваша интуиция в тот день в студии была куда выше!

Слыша, как громко стучит ее сердце, Кейт попыталась отодвинуться. Но он удержал ее и шепнул на ухо:

— Ну, скажите мне хоть слово.

— Нет ничего, мистер Бомон, что я могла бы сказать вам одним словом.

— Обманщица! В тот день, когда мы впервые положили глаз друг на друга, вы дали мне великолепный ответ, состоящий всего из одного слова. — Он чуть откинул назад голову, и Кейт взглянула ему прямо в глаза. — Вы тогда ответили мне «Да».

Много позже, дома, когда Кейт уже лежала в кровати, она пожалела, что не ударила его. Он тоже понял, что она собиралась это сделать, и поэтому на какое-то мгновение прижал ее к себе еще крепче. «И даже не пытайтесь» — как бы предупреждал он, но выражение его лица было при этом спокойным и даже озаренным слабой улыбкой, как будто он просто разговаривал с ней о музыке или экзотических блюдах, подаваемых на вечере в доме Хендерсонов.

Она хотела уехать сразу же, как только смолкла музыка, но потом вдруг передумала и стала разыгрывать удовольствие, которое якобы получала от присутствия на вечеринке, и продолжала танцевать с Эндрю, как будто он был единственным в мире мужчиной. Неудивительно, что он, желая ей доброй ночи, вдруг поцеловал ее, преодолев свою обычную сдержанность…

Кейт перевернулась на другой бок и еще глубже зарылась под одеяло. Ее ничем не омраченные взаимоотношения с Эндрю вступили в новое качество, опять же из-за Роберта Бомона.

— Самодовольная свинья! — пробормотала Кейт и с силой поддала кулаком подушку. Этот человек полностью завладел ее мыслями. Чтобы скрыть свое смятение, ей пришлось прибегнуть даже к помощи Эндрю. Котенок шевельнулся у нее в ногах, и тут глаза ее просто округлились от замешательства. Ведь она же наговорила всю эту ерунду про Винсента, и теперь он думает… черт возьми! Накрыв голову подушкой, она попыталась уснуть. Но удалось ей это лишь под утро.

Если бы Луиза вдруг спросила, почему на Кейт нашел такой приступ активности, она бы не смогла ей ничего объяснить. Она чистила, убирала, ремонтировала и благоустраивала дом с таким рвением, что тетушка была вынуждена, наконец, приказать ей сделать передышку.

— Устрой себе день отдыха — закончи, наконец, свою картину и выстави ее на предстоящей выставке нашей группы. — Она внимательно посмотрела на Кейт. — И восприми это, пожалуйста, как приказ.

— Слушаюсь, сэр, — хихикнула Кейт.

— И еще, Кейт, относительно конкурса — помни, что выставлять оценки картинам будет сам Роберт Бомон!

— О, — лицо Кейт сразу погасло. — В таком случае…

— Только ради Бога, не отказывайся. — И Луиза гневно уперла руки в бока.

— Но я совсем не хочу, чтобы он критиковал мою работу. После всего случившегося он не сможет объективно, без предрассудков оценивать работу, выполненную Кейт Боумэн. И хотя я не претендую на призовые места, я все же хотела бы надеяться на непредвзятое мнение. С Бомоном такое невозможно!

Тетушка покачала головой:

— Я думаю, дорогая, ты недооцениваешь его объективность, но в чем проблема? Кто мешает тебе подписать картину другим именем — ведь это так просто!

Великолепная идея. Она закончила картину через несколько дней и, недолго думая, поставила на ней подпись: «Б. Рэнсом».

— Что означает это «Б»? — спросила Луиза.

Кейт неопределенно пожала плечами:

— Понятия не имею. Может быть, Берил? Брайан? Во всяком случае, я остаюсь анонимным и бесполым автором. И очень прошу тебя, Луиза, никому не говори о нашем секрете, даже Максу.

— Не волнуйся, я никому ни слова не скажу о мистере Б. Рэнсоме.

Заполнив карточку участника, Кейт сдала картину в магазин Макса. Фамилия автора — Б. Рэнсом, почтовый адрес — аналогичная выдумка, но это уже забота почтового отделения…

Зал, арендованный для выставки у местной школы, был переполнен. Повсюду шум, смех, разговоры гостей и участников, бесплатное шампанское. Луиза пошла искать Макса и вскоре вернулась обратно с подносом в руках. На нем возвышались бокалы с шампанским.

— Меня рекрутировали на должность официантки, — весело заявила она, а затем, выдержав некоторую паузу, указала на менеджера галереи Роберта Бомона: — Вон там — Бен Стрикленд.

Кейт внимательно посмотрела на коротконогого и толстого мужчину, который в этот момент приглаживал бледной рукой свою лысеющую шевелюру. Он показался ей знакомым, хотя она была уверена, что не могла нигде встречать его раньше. Он тоже повернул голову в ее сторону, и их глаза встретились. Он быстро отвел взгляд в сторону, и его лоб прорезала морщина озабоченности и беспокойства.

— Да, сразу видно, что он работает на Бомона, — сухо заметила Кейт.