Читать книгу - "Я люблю Голливуд - Линдси Келк"

— Энджи!

Театрально громкий шепот за дверью в соседний номер заставил меня подскочить на месте.

— Энджи, ты проснулась?

— Да, Дженни, — отозвалась я, стаскивая себя с постели чуть не за шиворот, чтобы впустить подругу. Дженни ввалилась в номер, наступая мне на ноги. — Насыщенный вечер?

— Перед уходом я забыла включить у себя кондиционер. Можно у тебя поспать? — спросила она, с третьей попытки подойдя к кровати и удачно на нее приземлившись.

— Да? — Я потерла лицо, вздохнула и улыбнулась: — Можно, только сдвинься с моей стороны. — Я подпихнула роскошное тело, облаченное в бикини, но Дженни уже спала. — Вот тебе и выспалась, называется.

Я твердо решила встать пораньше, поплавать в бассейне и посмотреть, как выгуливают крошечных собачек, а потом отправиться на интервью с кинокумиром, но это было до того, как Дженни вломилась в мой номер и замяла всю кровать. Сдвинув подругу на ее сторону семнадцать раз за два часа, я плюнула на все, перешла на шезлонг и стала смотреть клипы с Джеймсом Джейкобсом на YouTube, завороженная его удивительно красивым лицом. Заснув в три часа утра, я проснулась в десять с приклеившейся к лицу подушкой. Всего за час до запланированного интервью с Джеймсом Джейкобсом, прославленным киноактером. Ч-черт!

После секундной паники я растолкала Дженни — мне срочно требовались услуги личного стилиста — и потащилась в ванную. Подруга вскочила с постели, к моему скрытому раздражению, совершенно не мучаясь похмельем, и порылась в недрах своего шкафа. Каким-то чудом я вылетела из гостиницы уже через тридцать минут в серо-зеленом, рубашечного покроя платье Дженет, перехваченном широким коричневым кожаным поясом, и красивых коричневых босоножках. Три втирания сухого шампуня в корни волос и разрешение накраситься в такси — значительный прогресс по сравнению с прежними временами, когда подруга не разрешала мне выйти из квартиры без полного макияжа.

— Удачи, дорогая, — сказала Дженни, открывая мне дверцу такси и целуя в щеку. — Я решила взять машину напрокат, так что звони, когда закончишь. Обещаю взять маленькую безопасную машинку. Хочешь, поужинаем втроем с моей подругой Дафной?

— Хорошо, — отмахнулась я, сосредоточенно копаясь в сумочке.

Все ли я взяла? Я вообще что-нибудь взяла?

— Я тебе серьезно говорю: не вздумай выставить нас на посмешище. «Мустанг» не бери, ясно? И еще я хочу спросить насчет вчерашнего: что случилось с Джо?

— Он хочет, чтобы я за ним бегала, — ответила Дженни с забавной миной. — Неужели я потолстела?

— На дурацкие вопросы не отвечаю! — прокричала я из машины. — Ты красавица!

— Прибереги комплименты для Джеймса Джейкобса! — прокричала она в ответ, заставив буквально всех на бульваре обернуться и уставиться на нас с интересом.

Но мне было все равно: в полной безопасности салона такси я ехала на встречу со звездой.

Забыв взять диктофон. И с жутким опозданием.

После такого ультрапрофессионального начала дня я забежала в «Тост» с кое-как наложенными румянами, слипшимися от туши ресницами и буквально парой свободных минут. Согласно моему путеводителю от любезной Сисси, «Тост» — это «очень-очень лос-анджелесское бранч-кафе с самой звездной клиентурой». Должна признаться, мымра-секретарша не ошиблась. Столики, занятые хрупкими девушками без кавалеров, в обтягивающих тощие ноги джинсах, в угги и самых больших в мире солнечных очках, плотным роем окружали ничем не примечательного вида кафе, сгрудившись на обочине ничем не примечательной дороги. Я бы даже сказала, довольно паршивой дороги. Ничего общего с гламурным Лос-Анджелесом, который я ожидала увидеть. За неимением угги и нулевого размера я нацепила на нос темные очки и прошла мимо столов, за которыми девицы лениво гоняли кусочки еды по тарелкам.

— Здравствуйте, добро пожаловать в «Тост», у вас заказан столик?

У дверей стояла девица с клипбордом. У кафе! Утром в воскресенье!!

— Здравствуйте. Да, заказан. — Я судорожно рылась в моей элегантной сумке (к счастью, хоть она выглядит как подобает, если уж я выгляжу как черт-те кто) в поисках клочка бумаги, который затолкала в сумкины недра, вылезая из такси. — Я пришла немного раньше…

— У нас очень много посетителей, и если у вас не заказан столик… — Придверная девица смерила меня не особенно лестным взглядом.

— Нет-нет, заказан, просто на другое имя. Может, для Джеймса Джейкобса? Или для «Лук»? Это такой журнал…

Я попробовала очаровательно улыбнуться. Не сработало.

— Да-да, конечно, для Джеймса… Джейкобса, — скакала она.

Мне не понравилась долгая пауза между Джеймсом и Джейкобсом, но я покорно ждала, пока девица нехотя просмотрит свой список. И тут ее безукоризненная бровь поехала вверх — через секунду я совершенно потеряла ее из виду.

— О, вы Энджел Кларк?

Я кивнула и снова улыбнулась, боясь сойти за самозванку. Бу-га-га.

— Понятно. Будьте добры следовать за мной. Мы оставили для Джеймса его любимый столик. Он еще не подъехал, но позвольте предложить вам кофе.

Устрашающая придверная девица превратилась в прелестную-привратницу-дробь-любезную-официантку. Я даже засомневалась, не привиделась ли мне сцена у дверей. Может, в девице просто проснулось нечто человеческое?

— С удовольствием. Пожалуйста, со сливками и сахаром, — сказала я, присаживаясь за любимый столик Джеймса, который, к счастью, оказался в самом дальнем углу кафе, подальше от посетителей.

Девица нахмурилась:

— Со сливками и сахаром?! Как скажете.

Нет, пожалуй, ничего мне не пригрезилось. Между тем как единственную особу в кафе, которая никак не может состоять в родстве с близняшками Олсен, меня с моей способностью мести все подряд надлежало бы приветствовать с распростертыми объятиями. Остальные посетительницы, по-моему, целый месяц ничего не ели!

Все перечисленное в меню наверняка было очень вкусным, но от волнения у меня пропал аппетит. Через несколько минут я встречусь с Джеймсом Джейкобсом. Тем самым, единственным и неповторимым. Кому нужны блинчики с корицей и фруктовый салат с бананами, когда мой завтрак вот-вот разделит бог любви ростом шесть футов четыре дюйма? В смысле, если разделит, конечно. Я приехала на три минуты раньше; Джейкобс уже на семь минут опаздывал. Я достала недавно выданный мне блэкберри и устроила для окружающих спектакль «я кое-кого жду». Просматривая сообщения, я искала что-нибудь от Алекса. Надо же, так и не перезвонил. Сейчас в Нью-Йорке сколько, два часа дня? Как странно… Разве он не должен сходить по мне с ума? Я набрала сообщение, стерла его, набрала второе, снова стерла и отослала прелестное непринужденное третье: «Привет, я завтракаю в „Тосте“, вкуснятина. Скучаю по тебе Э. Целую-обнимаю».

Я сосредоточенно свела брови, глядя на иконку «отослать». Не без причины я занялась писательским делом — моими инструментами всегда были слова… которые не представится случая использовать, если моя кинозвезда вскоре не покажется. Грызя ломтик хлеба, который поставила передо мной придверная девица, смерив меня подозрительным взглядом, я еще сорок минут терпела сочувственные взгляды, не очень тихий шепот и три чашки кофе, когда мой сотовый зазвонил.