Читать книгу - "Общество психов - Кэролайн Пекхам"

скакала, чувствуя, как возбуждение окутывает мои конечности.

Брут присоединился ко мне, громко лая, а его глаза блестели так, будто он наслаждался хаосом так же сильно, как и я.

— Давай поймаем их, щенок! — Крикнула я, выбегая на улицу, заметив Найла и Джека, мчащихся по подъездной дорожке и стреляющих в темноту. Теперь настала моя очередь поиграть в «бах-бах».

Я подняла пистолет, выискивая цель, и заметила мужчину за деревом у озера, его рука торчала из-за ствола.

Я нажала на курок: бум, бум, бум, ветер взметнул мою юбку, придав мне вид эпической суперзлодейки. Но тут я вспомнила, что на мне нет трусиков, и поняла, что выгляжу скорее как суперзлодейка из порнофильма, чем из комиксов DC (Прим.: Одно из крупнейших и наиболее популярных издательств комиксов).

Брут бросился к парню, не испытывая ни капли страха, мчась атаковать его. Я продолжила стрелять, прикрывая пса, пока тот несся к цели, чтобы вцепиться ему в лицо, но затем выстрел справа заставил меня вздрогнуть.

Матео врезался в меня, оттаскивая к машинам Найла, чтобы укрыться там.

Мы упали на колени и поползли прочь с линии огня, кожа на моих ногах покрылась небольшими ссадинами, но я чувствовала себя чертовски живой.

Мертвец встал, выглядывая из-за машины и целясь из винтовки через двор, а грохот его оружия и звериное рычание, которое он издавал, опьяняли меня, пока я смотрела на него снизу вверх. Его мощное тело было твердым, как камень, а каждый мускул напряжен, как заряженное оружие.

Я заглянула под машину и увидела, как Брут столкнулся с человеком за деревом, повалил его на землю и начал рвать его на куски, как голодный зверь.

— Давай, Брути! — Закричала я как раз в тот момент, когда в нашу сторону загремели новые выстрелы, и Матео присел рядом со мной, спиной к машине, перезаряжая винтовку.

Найл и Джек находились дальше по подъездной дорожке, борясь с мужчиной у припаркованного там роскошного черного седана. Джек прибывал в состоянии тотальной ярости, нанося удары, от которых ломались кости, явно предпочитая убивать руками. Найл играл в убийцу с другим мужчиной: он душил его одной рукой, а другой наносил удары ножом. Кровь окрасила моих мужчин в красный цвет, и это зажгло во мне огонь, заставив меня улыбаться от уха до уха.

Выстрел разбил окно машины над моей головой, и я прикрыла голову руками, а Матео подтолкнул меня вперед, заставляя двигаться. Мы услышали как две пары шагов обходят машину, и Матео упал на спину, заползая под машину рядом с нами.

— Возьми первого, а я возьму второго, — прошептал он, исчезая в темноте со взглядом, говорящим мне продолжать двигаться.

Я доверяла его решениям, поэтому поползла к задней части машины, прижимаясь к земле, и подняла пистолет, когда шаги послышались ближе.

— Куда подевался этот здоровенный ублюдок? — прорычал один из мужчин.

— Он не мог уйти далеко, — пробормотал другой. — Проверь там. Я посмотрю здесь.

Топот одной пары ботинок приблизился, в то время как другая пара начала удаляться.

Я затаила дыхание.

Я была выжидающей коброй, готовой нанести удар и глубоко вонзить свои клыки. Я выпущу каждую унцию яда на нашего врага и покажу ему, что случается с теми, кто нападает на нашу семью. Мое сердце сжалось, когда я осознала то, кем мы стали. Единым целым. Мертвец, Адское Пламя, Эй-Джей, Брутти-тути и я. Я так долго была одна, что ждала, когда все это исчезнет, когда я вернусь к своей жизни на улицах, где никто даже не интересовался тем, как меня зовут. Но здесь, среди этих свирепых зверей, я каким-то образом оказалась в центре их желаний и потребностей, и поняла, что они не уйдут.

Я бы умерла, защищая их. Истекла бы кровью, сгнила и обратилась бы в прах ради них. Но не сегодня

Когда мужчина обогнул машину, он посмотрел на меня сверху вниз с усмешкой, и я нажал на спусковой крючок своего пистолета с яростью в душе, а его смерть запела мне на ухо. Но раздался лишь щелчок, потому что магазин был пуст, и я поняла, что была полной дурой.

Он ухмыльнулся, целясь в меня из своего пистолета, наслаждаясь выражением смирения на моем лице, когда я поняла, что у меня нет времени ни на что, кроме как умереть. Моя последняя секунда на этой горько-сладкой земле растянулась в целую вечность. Я прожила жизнь, в которой воплотились все мои кошмары и сбылись все мои мечты. Мне хотелось брыкаться, кричать и закатить истерику у ног Смерти, потому что это было несправедливо. У меня было так мало времени, чтобы насладиться хорошим, насладиться вишенкой на вершине сладкого мороженого, которое наконец-то преподнесла мне жизнь.

Но тут за спиной моего палача возникла огромная тень, и с грохотом, который потряс меня до глубины души, пуля пробила его затылок и вылетела прямо между его глаз, залив меня кровью, прежде чем он замертво рухнул к моим ногам.

Я увидела Матео, который смотрел на меня сверху вниз с дикой яростью, а затем протянул мне руку, его тело блестело от крови его предыдущей жертвы. Я схватилась за нее, позволив ему поднять меня на ноги, и, почувствовав вкус крови на губах, рассмеялась от восторга, близость смерти привела меня в состояние эйфории.

— Почему ты не сказала, что у тебя закончились патроны? — прошипел он, и в его глазах промелькнул страх перед тем, что могло случиться из-за моей маленькой оплошности.

— Я не знала, — призналась я, когда он потянул меня за машину, чтобы снова укрыться. Он выхватил у меня пистолет и принялся перезаряжать его, а на его лбу появились глубокие морщинки.

Я протянула руку, чтобы разгладить эти гневные бороздки, но они не поддавались.

— Матео… — начала я, но он перебил меня, его глаза встретились с моими, и из них на меня уставился целый мир ярости.

— Eres mi sol. Eres mi luz en la oscuridad. Nunca me dejes (Прим. Пер. Испанский: Ты — мое солнце. Ты — мой свет во тьме. Никогда не покидай меня), — прорычал он, и моя душа задрожала от силы его слов.

— Это значит… что ты злишься? И хочешь печенье? — перевела я.

— Нет, — прошипел он сквозь зубы. — Это значит, что ты — мое солнце, мой свет. И я приказываю тебе никогда не покидать меня. — Он вложил заряженный пистолет обратно в мою руку и рванулся вперед, чтобы запечатлеть на моих губах жестокий поцелуй. Он длился всего две секунды, прежде чем он отстранился и