Читать книгу - "Дикий - Нира Страусс"

Дыхание перехватило.

Я уже знала, что боли не будет — секундный укол тут же растворялся в чудовищном приливе наслаждения. Но каково это будет на груди, которая и без того являлась эрогенной зоной?

Я даже представить себе не могла…

— Цель не в том, чтобы оставить метку, так что ранка затянется без следа, — прошептал он мне в самые губы, пока его большой палец безжалостно терзал мой сосок. О завтраке мы начисто забыли. — Но вынужден тебя огорчить: это необходимо проделать с обеих сторон.

В подтверждение своих слов он накрыл обе мои груди ладонями и крепко сжал их. Его губы заглушили мой стон. Я обвила руками его шею и с силой скрестила ноги за его поясницей, намертво прижимая к себе.

Когда он принялся размеренно покачивать бёдрами — толкаясь ровно настолько, чтобы не задеть мою спину о край стола, но не оставляя сомнений в том, с какой силой он меня жаждет, — я могла бы поклясться, что увидела это въяве. В точности это.

Я сижу в кресле в его спальне, прижимая к груди матерчатый свёрток, из которого доносится весёлое агуканье. Реми склонился надо мной, уперев ладони в подлокотники, и на его лице сияет такое выражение чистого, безграничного обожания, какого я никогда прежде у него не видела. Тонкие лучики морщинок залегли в уголках глаз, и весь он выглядит более… мужественным. Внушительным.

Зрелым.

А затем губы того, будущего Реми дрогнули, и он произнёс с хрипотцой:

— Вы — вся моя жизнь.

Я оцепенела.

Реми разорвал поцелуй и пытливо вгляделся в моё лицо:

— Что? Что такое?

Я смотрела на него, ошеломлённая до глубины души.

«У меня только что было первое видение… дарящее надежду. Без крови, без боли и без смерти. Только любовь и жизнь».

Когда он шевельнулся, собираясь отстраниться, я потянула его на себя и поцеловала сама. Я ощутила его растерянность и лёгкую настороженность, но он без колебаний обнял меня за плечи и мягко ответил на поцелуй. Воздух вокруг переменился, и он не мог этого не заметить.

Я опустила ноги и прижала ладонь к его груди, прямо над сердцем. Оно стучало ровно и мощно. Одарив меня последним скользящим мазком языка, он заглянул мне в глаза.

Мои видения вовсе не были обязаны сбываться — это я уже доказала на деле. Я даже не была уверена, что действительно хочу стать матерью; это была лишь одна из бесчисленных дорог, которые теперь открывались передо мной. То, о чём стоило размышлять не спеша, спокойно, после долгих и откровенных разговоров.

Но та сцена…

Я всем существом ощутила то, что наполняло сердце той будущей Фэй, и там не было ничего, кроме безраздельного счастья. Случится ли это наяву, выберу ли я этот путь рядом с Реми или нет — сама возможность наполнила меня трепетным восторгом.

Реми погладил меня по щеке, не сводя взгляда, словно выискивая ответы на самом дне моих зрачков:

— Ты расскажешь мне?

Я покачала головой с лукавой усмешкой и провела кончиком пальца по зазубрине на его ухе:

— Когда ты расскажешь мне, что стряслось с тобой здесь.

Он весело прищурился, но сохранил губы сомкнутыми.

Немного погодя, пока мы вдвоём мыли посуду, уши Реми вдруг едва заметно дёрнулись.

— Что там?

— Джун и Инайя. Наверняка идут проверить, всё ли прошло как надо. — Он протянул мне полотенце, чтобы я вытерла руки. — Должно быть, дождались, пока мои феромоны хоть немного улягутся.

— Значит, вот как это работает? Ты можешь испускать сигналы, которые держат всех на расстоянии?

— Только в определённые моменты. Например, когда… — Он замялся.

— …когда ты до безумия заведён и требуешь уединения?

Он усмехнулся:

— Вроде того. И боюсь, с тем, что начнётся сейчас, мне уже не совладать. Твоё боевое крещение в роли пары альфы пройдёт с полным размахом.

Даже я услышала, как они ввалились в дом с таким оглушительным шумом, словно из кожи вон лезли, лишь бы не застать новоиспечённую пару прямо посреди процесса.

— Мы самки! — раздался громкий крик из прихожей. — Мы одни и честно старались не приближаться к самцам ближе чем на двадцать футов!

Джунипер первой просунула нос на кухню. Без сомнений, она рассчитывала увидеть нечто куда более непристойное, нежели абсолютно будничную картину, предвставшую её взору.

— Живые, без единой царапины и на почтительном расстоянии друг от друга, — протянула она. — Какое разочарование, Рем.

Альфа показал ей средний палец, но не помешал подруге подскочить к нему и стиснуть в объятиях. Когда она принялась нашёптывать ему что-то на ухо, отчего он смущённо потупил взгляд и залился краской, я деликатно отошла в сторону, давая им возможность посекретничать.

Инайя подошла ко мне и мягко взяла моё лицо в тёплые ладони. Я замерла: я уже успела усвоить, что именно так выглядел её фирменный приём для первичного осмотра пациентов. Знакомый запах лаванды успокоил мои всё ещё взбудораженные чувства.

Когда целительница опустила руки, её губы тронула мягкая улыбка:

— Вы прекрасно со всем справились.

— Было непросто, твой альфа тот ещё твердолобый баран, — пожаловалась я.

— Я же говорила: ему не помешает кто-то, способный поставить его на место. Как рана?

— Затянулась.

Реми тем временем упёрся ладонью прямо в лицо Джунипер и с силой отпихнул её назад:

— Со мной тоже всё в порядке, Инайя, спасибо огромное.

— Иди сюда, ты, несносный твердолобый великовозрастный балбес.

Никогда ещё мне не доводилось слышать, чтобы поддразнивания звучали словно материнские ласковые слова. Она взъерошила короткие волосы Реми, провела пальцами по его какиниит и ободряюще похлопала по плечу. И я могла бы поклясться, что если у этого ягуара и оставалось хоть капли напряжения после брачного танца, они испарились в ту же секунду.

— Только без фанатизма, я не хочу, чтобы вся стая заявилась сюда и…

Джунипер победно вскинула рацию:

— Поздно. Слушай, в обычной ситуации я бы честно уважала ваш период закрепления связи, но ты даже представить себе не можешь, чего нам стоило удерживать стаю в узде эти дни. Майка так рвал на себе волосы от звонков, что у него теперь плеши на затылке. Зато ставки и тосты в вашу честь в «Лэндонсе» побили абсолютно все рекорды.

— Какие ещё ставки? — полюбопытствовала я, начисто пропуская мимо ушей те забористые ругательства, что сквозь зубы цедил Реми.

— Ну, для затравки — на место укуса. — Она с ног до головы окинула меня придирчивым взглядом. На мне были длинные пижамные штаны и просторная футболка Реми, так что открытыми оставались только предплечья. — Ну и