Читать книгу - "Под созвездием Большой Медведицы - Анна Васильева"

Маша уселась на топчане, прикрыв ноги одеялом. Ей сегодня впервые показался неказистый топчан королевской кроватью. Только она успела натянуть джинсы и топик, как в избушку вошел Вадим с котелком.

Маша повела носом: гречка с тушенкой. Вкуснятина!

-- Пахнет вкусно! - Она закрыла глаза, вдыхая аромат.

-- Сейчас попробуем, -- деловито сказал Вадим и принялся раскладывать по тарелкам.

-- Я только умоюсь.

Вадим слышал, как хлопает гвоздь в цинковом ведре, прибитом к кедру. Ведро было умывальником. Свежая, румяная, зашла Маша, утираясь полотенцем. Вадиму опять захотелось ее крепче прижать к себе и впиться в малиновые губы ( не выцветшие от времени!), но он только улыбался, глядя на нее, и ложка с кашей, которой он накладывал, повисла в воздухе.

Маша не могла не заметить его реакции и смутилась. Никто давно на нее не смотрел в упор таким взглядом. Она бросила полотенце на топчан и тихо спросила, глядя на ложку:

-- Это мне?

-- Да...Нет...Тебе я уже положил, -- бросил ложку в свою, почти пустую, тарелку, а к ней подвинул, полную дымящейся каши.

Обедали снова молча. Словно между ними закончились все слова! Маша, молча, собрала посуду и пошла к ручью мыть. В груди все клокотало, будто она пробежала километр. Странные чувства, возникающие к Вадиму, пробуждали странные желания. Ну, с чего бы они возникли? Он всего-то высоченный...мускулистый... загорелый...О, Боже! Почти три года воздержания! Да мне пора памятник ставить! А какой нежный. Хочется мурлыкать, но нужно держать себя в руках. Зачем-то.

Почему нельзя в одно и то же время быть и скромницей и распутницей? Хочется пуститься с ним во все тяжкие и остаться белой и пушистой. Так не получится! И какого черта он меня тогда целовал? Не похоже, чтобы ему это было неприятно! Раньше, пока он был болен и ей приходилось за ним ухаживать, Маша смотрела на него по-другому, а теперь?.. Теперь она его вылечила. Сил он набрался. Она поежилась, вспоминая первый и, пока единственные, поцелуи... От приятных воспоминаний даже закрылись глаза, пытаясь их продлить.

Посуда помыта и Маша, поднялась и от неожиданности выронила тарелки: сильные ладони сзади сжали ее плечики. Веки снова на мгновение сами опустились.

"Это нечестно!" -- пыталась думать она. -- " Я ведь живая. Зачем меня так испытывать? Я же не трактор!" - Она повернулась к нему и их глаза встретились.

В двух взглядах отразилось желание быть любимыми, решимость и нерешительность. Казалось, если они что-то не сделают, перевернется мир... Сколько времени Вадим смотрел на нее, он не знал, но, когда увидел в ее глазах отражение своего взгляда, и, понимая, что она чувствует тоже самое, хотел броситься, как коршун. Впиться и не отпускать ее губы, но сдержал порыв. Медленно наклонился и нежно коснулся губами ее губ.

Маша поняла, что пропала ее скромность и... не стала сдерживаться. Да это было бы и бесполезно! Мысли сначала путались, а потом их вытеснили эмоции. Разум отключился и осталось только одно желание: принадлежать друг другу. Пальцы потерялись в его черной с проседью кудрявой шевелюре... Туман окутал серые клеточки в голове. Яркая вспышка салютом в мозгу... и наступила кромешная темнота...

Маша осторожно приоткрыла веки -- Вадим лежал рядом с ней на боку совершенно раздетый, подперев голову ладонью, и с нежной улыбкой победителя рассматривал ее. Его рубашка послужила им их первым ложем под вековыми соснами и кедрами.

Поняв, что случилось, Маша стыдливо отвернулась, но Вадим повернул ее лицо к себе и тихо попросил:

-- Не отворачивайся. Не надо, -- склонился и нежно поцеловал в губы.

-- Я еще не поняла, как это все произошло, -- прошептала Маша, пытаясь прикрыть обнаженное тело топиком.

-- Тебе холодно? – Заботливо спросил он.

-- Немного не по себе.

-- Иди ко мне, -- позвал он тихо.

Маша положила голову ему на плечо, как на подушку, а Вадим обнял ее бережно-бережно. Их тела вновь соприкоснулись и от наслаждения замерло все в груди. Она чувствовала, как большая и сильная ладонь поглаживает ее спину. Через несколько мгновений она поняла, что их желание окунуться друг в друга непреодолимо и сделать они ничего не могли. Да и не хотели ничего менять в случившемся.

Разгоряченные полуднем тела встретились и большое мускулистое тело Вадима накрыло собой маленькую фигурку, растворяясь в ней. Без сил Вадим уронил голову ей на плечо и, тяжело дыша, прошептал:

-- Мне давно не было так хорошо...

Потом сторожно перекатился на бок, предоставив руку вместо подушки. Головка Маши снова устроилась на ней, а он обнял ее и оба затихли. Было потрачено слишком много сил и для разговоров их совсем не осталось.

"Пусть мы потом никогда не увидимся. Не встретимся. Пусть! Но в моих романтических мозгах останется приятное приключение". -- Успокаивала себя Маша.

Ей стало на самом деле спокойней от собственных дум.

Вадим же понял, что точка в отношениях с Юлей поставлена именно сейчас. Нельзя повернуть все вспять. Еще он понял, что эта маленькая, почти незнакомая женщина, ему гораздо ближе и родней. И именно сейчас он не хотел отпускать ее от себя. От бессилья и размышлений оба погрузились в сон.

Глава восьмая

Юлия не желала мириться с тем, что Вадим не считает ее больше центром своей вселенной. Собственно, никогда и не считал. Ценром всегда была и останется Васька! Эта пигалица имела над отцом огромную власть, но пользовалась крайне редко.

Юлия сидела у себя в квартире на диване и скучала. Она набрала номер Аркадия на сотовом телефоне.

-- Алло, -- ответил знакомый баритон.

-- Аркаша, здравствуй. Ты когда поедешь за нашим Робинзоном?

-- Дней через четыре-пять. А что? Деньги кончились?

-- Хам! -- Обругала его Юлия и выключила телефон.

Она не хотела, но переборщила с истерикой в день отъезда Вадима и он может просто не вернуться к ней никогда. Высокий, красивый, да на такого мужика любая клюнет. Особенно, если у него "зеленая лампочка", как на такси, горит. Подобное сравнение с такси ее иногда саму интересовало. Даже, прогуливаясь с Вадимом по городу, она глазами искала "зеленый огонек".

Она оделась с вызовом во все черное и повязала ярко-красный шейный платок.. И хоть черный наряд в солнечный день был не очень кстати, подобный факт ее совершенно не волновал. Она вышла на охоту за "зеленым огоньком".

В то время, когда Юлия звонила Аркадию, он ехал проведать Василису и Викторию Семеновну. Заодно заехал в супермаркет и накупил для них продуктов. Держа в руках пять полных пакетов, он с трудом дотянулся до кнопки звонка. Дверь открыла теща Вадима, Даря ему самую лучшую свою улыбку.

-- Аркашенька! , -- Всплеснула она, когда увидела ворох сумок. -- Зачем же столько?