Читать книгу - "Обрученная с призраком - Александра Глазкина"

— Что изображено на заставке?

— Он выключен.

— Да нет же, — Эми быстро потыкала кнопки, — он работает. Вот!

Раздались длинные гудки, потом бодрый женский голос произнес: «Ти-мобайл приветствует вас»!

— Ну? — требовательно произнесла Эми.

— Я слышу, — сказал Себ, — но экран не горит.

— А это тоже компьютер? — спросил Джесс.

Эми бросила трубку на табурет и закрыла лицо ладошками.

— Только этого еще не хватало!

Тут же вскочила. Подбежала к книжным стеллажам и смахнула книги с маленького телевизора. Нашарила шнур, включила розетку в сеть, не без труда нашла среди книг пульт. Нажала на кнопку. Себ понял, что слышит и быстрый говор диктора новостей, и диалоги вечного сериала, и задорную мелодию мультфильма, но экран телевизора тоже оставался темным. Джесс прислушивался, но, кажется, тоже ничего не видел.

Эми щелкнула кнопкой, уничтожив какофонию звуков, и прижала ладонь к губам, ахнула:

— Я поняла, вы не воспринимаете визуальную информацию с цифровых носителей! Так, сейчас.

Ее тонкие пальцы пробежались по корешкам книг, быстро выудили какую-то книгу в глянцевом переплете. Она раскрыла книгу и поднесла к дивану.

— Что это? — спросила она.

— Сиси, Елизавета Баварская, полотно кисти немецких художников Карла Теодора фон Пилоти и Франца Адама, — не задумываясь, ответил Джесс.

— Я не знаток живописи, — с виноватинкой в голосе признался Себ.

— То есть, репродукцию вы видите? — уточнила Эми.

— Да, — в один голос ответили оба.

Она захлопнула книгу и вернула ее на место. Потом опять уселась на диван и набрала в поисковике «Елизавета Баварская». На экране появились десятки изображений. Она указала на них рукой.

— Ну?

Но для Себа и Джесса экран оставался серым.

— Это плохо, — констатировала Эми. — я понимала, что мы потратим время, но надеялась все же, что Себ узнает свою девушку на одном из фото в сетях. Но теперь, выходит, Интернет нам ничем не поможет!

— Интернет? — снова спросил Джесс.

Похоже, его раздражало, что он не понимает того, что Себу и Эми кажется очевидным. Девушка вздохнула, опять вернулась к стеллажам и принесла ему раскрытую статью в словаре.

— Я все равно лучше не объясню, — улыбнулась она.

Джесс торопливо пробежал глазами по строчкам, пока Эми терпеливо держала перед ним книгу.

— Про магическое зеркало было понятнее, — буркнул он.

Эми улыбнулась:

— Вот видите. По контрасту с заумными пояснениями составителей словаря и мои сравнения кажутся уже не такими глупыми, верно?

Джесс сверкнул на нее глазами, ноздри его хищно раздулись, но девушка так упивалась своим превосходством, что он не выдержал и улыбнулся:

— Ладно, ваша взяла!

— И что мы теперь будем делать? — вмешался Себ, который чувствовал себя третьим лишним, что ему совсем не нравилось.

Эми захлопнула словарь, потерла корешком подбородок.

— Отправимся за продуктами!

7. Эми

— И каким образом спагетти, вино и яблоки помогут нам в поисках? — спросил Джесс, заглядывая через мое плечо (или сквозь него?), пока я писала список. — Вы собираетесь выкладывать на столешнице образ невесты Себа? Глаза из маслин, брови из долек мандарина?

— У нее зеленые глаза, не черные, — заявил вдруг Себ.

— Тогда из оливок, — хмыкнул Джесс, но тут же вздернулся. — Точно? А волосы? Брюнетка? Блондинка? Рыжая?

— … Блондинка, — неуверенно ответил Себ, — или шатенка… Нет, не вспомню…

— Значит, нужно покупать и спагетти, и шоколадную соломку.

— Очень смешно, — заметила я, — и кто-то еще жаловался на мою бестактность!

— Но с цветом глаз же сработало, — нимало не смутившись, заметил Джесс, наклоняясь ниже, чтобы дочитать мой список.

Я увернулась. Конечно, я не ощущала его присутствие на физическом уровне, но то, что он стоит у меня за спиной, все равно нервировало. Джесс заметил мое телодвижение и довольно ухмыльнулся. Да ведь ему нравится меня дразнить, мысленно ахнула я, и твердо решила, что не буду вестись на провокации!

— Так все же? — переспросил Джесс. — Как покупка еды приблизит нас к цели?

— Если я не буду есть, у меня не будет сил на поиски, которые теперь, судя по всему, затянутся. Ну, раз уж «магическое зеркало» нам не поможет, — пояснила я. — И потом, хочу еще кое-что проверить. На ходу. Вам ведь можно появляться среди людей?

— Конечно.

— Вот и славно. А теперь, будьте, добры, подождите меня у калитки!

— Но… — начал было Джесс, пока Себ послушно пошел к двери.

Я отвернулась. Не хочу смотреть, как он «просачивается». Джесса с его перелетами я воспринимала спокойно, но про Себа мне хотелось думать, что он все еще человек. Я покрутила пальцем в воздухе, намекая на исчезновение. Джесс отвесил мне насмешливый поклон и стремительно покинул дом. А я отправилась переодеваться.

Всегда завидовала уверенности (или здоровому пофигизму) людей, которые выходят в свет в одежде, которая, казалось бы, совсем для этого не предназначена. Встречая на улицах парней в спортивных костюмах или женщин в куртках, наброшенных прямо поверх застиранных халатов, я всегда спрашивала себя: им действительно плевать на то, как они выглядят в глаза окружающих?

Я так не умела. Мама с детства объясняла мне правила, что и куда уместно надевать. Конечно, наступил период, когда я взбунтовалась и отправилась в музыкальную академию, где мама выступала, в джинсах и ярком пятнистом свитере. И весь вечер ввинчивалась поглубже кресло, ловя косые взгляды дам в вечерних платьях и мужчин в смокингах.

— Своим вызовом ты сделала хуже лишь себе, — мягко заметила мама, когда мы шли домой (один из редких счастливых моментов, когда мы были только вдвоем!).

— Они — снобы! Может, я из другого города ехала и не взяла переодеться? — категорично заявила я, — Что, лучше бы в вечернем платье в электричке трястись?

Но мама лишь покачала головой:

— Выбирая подходящий к случаю наряд, Эми, ты демонстрируешь уважение к окружающим и подчеркиваешь свою причастность к происходящему. Это говорит не о снобизме, это говорит