Читать книгу - "Принцесса Ардена - Софи Анри (российский автор)"

он называл меня, когда я находился на грани жизни и смерти в его ритуальном зале и против воли пил его кровь.

– Зачем он опоил тебя ей?

– Чтобы пленить мое сознание, после того как тени найдут часть моей души. Тебя. Теперь мы оба в ловушке, и Верховный жрец ищет нас, чтобы закончить начатое.

Добравшись до калитки, Изану открыл ее, и они вновь оказались в том самом зале с мрачной статуей.

– Я уже нашел вас, – проскрипел лысый слепой старец, и Изану до боли стиснул порезанную ладонь Роксаны. – Молодец, сынок, ты сам привел ее ко мне. – Он улыбнулся, обнажая гнилые зубы.

Изану в ужасе оглянулся на Роксану.

– Беги, – в отчаянии прошептал он, но ее ноги словно приросли к полу. Тогда его глаза засветились янтарным мерцанием. – Я сказал, беги!

В свой приказ он вложил столько магической силы, что она не смогла противиться. Роксана рванулась к двери, которая вмиг исчезла. Она врезалась в каменную стену и со стоном осела на пол.

– Не думал, что мне придется так долго ждать, – обманчиво ласковым тоном проговорил старец и раскинул руки в приглашающем жесте. – Изану, сын великого и могучего рода, иди ко мне. Обещаю, больно не будет ни тебе, ни твоей возлюбленной. Я сделаю вас единым целым на веки вечные, как ты и мечтал всю сознательную жизнь.

– Превратишь нас в безвольных бестелесных рабов? – с издевкой спросил Изану. – Вынужден отказаться.

– Такой смелый и сильный, но такой юный, наивный мальчик. Прямо как твой отец, когда проходил последнее испытание, – театрально вздохнул Верховный. – Знаешь, тогда я пытался подселить к нему одну из своих подружек-теней, но он оказался очень силен. А все потому, что его душа и сердце без всяких ритуалов принадлежали твоей матери. Она стала первой за очень долгие годы, кого он искренне, всем сердцем полюбил. С тобой я не стал повторять прошлых ошибок и заранее позаботился о том, чтобы тебя доставили ко мне в состоянии, близком к смерти. Поэтому я так легко вселил в тебя десятки своих слуг.

Он взмахнул руками, и от стен отделились тени. Их были сотни, и все они направились к Роксане.

Изану обернулся. Его глаза замерцали золотом.

– Не подходите к ней! – громогласно приказал он.

Тени содрогнулись, но спустя мгновение вновь продолжили окружать перепуганную до смерти Роксану.

Верховный жрец снисходительно усмехнулся:

– Твоя магия весьма могущественна, сынок, но ты отдал часть души этой девушке и теперь слишком слаб, чтобы использовать ее в полную мощь. Она – твоя слабость. – Он сжал руки в кулаки, и тени замерли. – Ладно, не буду тебя мучить. Сначала заберу твою душу, а потом поиграюсь с принцессой.

– Если я погибну, она проснется, это ведь мой сон.

Старец ощерился, обнажая гнилые зубы.

– Глупый мальчик, она не очнется без магического вмешательства. Даже если проснешься сам, твоя принцесса останется в моей ловушке.

С этими словами жрец направил тени в сторону Изану.

Роксана прижималась всем телом к стене и боялась даже моргнуть. Изану стоял к ней в профиль, но она заметила, как его глаза полыхнули золотом.

– Прочь! Убирайтесь! – В каждое слово он вкладывал магию, от которой содрогались стены замка, а тени истощались. Однако их было слишком много, и они прочными путами оплетали его руки и ноги. – Именем Единого, убирайтесь в бездну! – прокричал Изану словно не своим голосом, и в этот миг все его тело засияло ослепительным золотом.

– Магия светоча, – благоговейно прошептал старец, но его лицо исказила гримаса боли, когда свет затопил все пространство мрачного зала и разогнал тени. Те с дикими воплями отпрянули от Изану, но потом вновь бросились к нему.

Тьма схлестнулась со светом, и Роксана в полном оцепенении наблюдала за этой смертельной пляской. Золотые лучи пожирали черные путы, искаженные силуэты дрожали и колебались под их напором, но спустя какое-то время свет начал меркнуть. Изану рухнул на колени.

«Она твоя слабость», – пронеслись в сознании Роксаны слова Верховного жреца.

Но вместе с ними она вспомнила другой разговор.

– Папа, а почему ты против возрождения ритуала Единения во время бракосочетания? – спросила Роксана, когда ей было четырнадцать.

– Потому что он слишком сильно влияет на души.

– Как это?

– Когда души двух влюбленных едины, вместе они сильны как никогда, но порознь становятся слабыми и беззащитными. Разлука для них – самое ужасное испытание, а смерть одного из них подобна смерти другого. Далеко не каждый готов к такому.

Роксана смотрела, как свет Изану меркнет под гнетом теней, и внезапно ее озарило. Она не только его слабость, но и сила, ведь часть его магии заточена в ней.

Она оттолкнулась от стены и побежала к Изану, игнорируя тени, которые вились вокруг нее и клацали длинными и острыми, как лезвия ножей, зубами. Опустилась позади него на колени и обняла за пояс, почувствовав, что его рубашка пропиталась свежей кровью. Изану дрожал всем телом и дышал тяжело и прерывисто. Он слабел с каждым мгновением.

Роксана поцеловала его спину и горячо зашептала:

– Изану Наари, я вверяю тебе свое сердце, тело и душу и клянусь в верности, преданности и любви. Я вверяю тебе всю себя. – Она не помнила точную формулировку его клятвы, просто говорила от сердца, вкладывая в каждое слово всю свою любовь. – Я твоя, а ты мой.

Изану накрыл ее ладони своей, а в следующий миг почти померкший свет вспыхнул вновь, да такой яркий, что Роксана крепко зажмурилась. Она чувствовала, как силы покидают ее, будто кто-то вытягивал их из нее через трубочку.

Пространство кругом заполнили душераздирающие вопли. Но среди них отчетливо слышался полный боли и ужаса голос Верховного:

– Нет! Нет! Не-е-е-е-ет!

Когда прогремел оглушительный взрыв, Изану вырвался из объятий и накрыл ее собой. Стены зала начали содрогаться, а повсюду раздавался ужасающий грохот.

Через некоторое время Роксана открыла глаза и обнаружила, что все статуи в зале обратились в груду камней и песка, а на месте, где еще недавно стоял Верховный, теперь темнело обуглившееся пятно.

– Г-где т-тени, где ж-жрец? – заикаясь от пережитого ужаса, спросила Роксана.

– Тени сгинули, а жрец сгорел от моей магии, – ответил Изану и закашлялся. Вся его рубашка полностью пропиталась кровью, а лицо стало бледнее снега.

– Изану? – спросила Роксана, а он вместо ответа завалился набок. – Что с тобой?

Она уложила его голову себе на колени.

– Я истощен, – прошептал он, и из уголка его губ потекла струйка крови. – Боюсь, я не смогу проснуться.

– Что ты такое говоришь? – Она покачала головой. – Не