Читать книгу - "Путеводная душа - Опал Рейн"

она побежала за ним, когда он направился к выходу из пещеры.

— Сколько еще раз мне нужно сказать тебе остановиться и подождать сегодня? — возмутилась она. — Я хочу знать, чем я тебя расстроила.

Он вздохнул.

— Не бери в голову. Если ты не знаешь, значит, тебе не о чем беспокоиться.

— Перестань упрямиться и просто скажи мне.

Он остановился и быстро увернулся в сторону, чтобы она не налетела на иглы у него на спине. Она повернулась к нему, уперев руки в бока. Когда хотела, она была дерзкой маленькой эльфийкой.

— Я вижу, что эта проблема связана со мной, а у тебя, как у эльфийки, нет таких же желаний. Даже человек бы не понял.

Он чувствовал себя трусом, так как единственной причиной, по которой он не хотел ей это объяснять, было смущение.

Она снова притопнула ногой по земле.

— Не заставляй меня ходить за тобой по всей округе. Не испытывай меня, Мерих. Я даже в Покров за тобой пойду, если придется.

Почему у него было странное предчувствие, что она не отступится? Он проворчал что-то себе под нос, потирая грудину в попытке избавиться от холодной боли за ней.

— Сумеречные Странники инстинктивно территориальны, — тихо признался он. — Мы собственники во всем: наши территории, наши дома, наши вещи, — ее губы сжались, и она покачала головой, показывая, что не понимает. — Я пометил тебя.

Ее глаза странно блеснули, и она подняла руки, потирая их. Она даже потерла шею. Словно искала что-то.

— Правда?

— Ты сразу же захотела это смыть, заявив, что это отвратительно и противно.

Она замерла, ее глаза-звезды забегали из стороны в сторону в задумчивости. До нее дошло, и ее уши медленно прижались назад, а черты лица поникли.

— Ты отвергла мой сексуальный запах. Это то, что Сумеречные Странники внутренне жаждут делать, чтобы отпугивать других. Это наш способ заявить о своих правах.

Он обнаружил это в себе в прошлом и испытывал чувство завершенности от этого — чувство, которое затрагивало его чувства. У Демонов была похожая склонность, что делало его желание сделать это еще более диким.

Это говорило: «Мое», без необходимости оформлять это официально.

— Например, если бы близнецы вернулись сюда, они бы не попытались затащить тебя в Покров, как в прошлый раз.

По многим причинам ему не нравилось, что они пытались украсть у него Рэйвин. Он возлагал на нее все свои надежды, но еще он просто… не хотел, чтобы она досталась им. Он не хотел, чтобы кто-либо из его вида получил ее, если он не мог.

— Мерих, — прошептала она, шагнув вперед.

— Это также наш способ показать, что человек находится под нашей защитой. Что он наш, по крайней мере, телом. Ты также попросила, чтобы я смыл твой, а значит, ты не хотела, чтобы на мне был твой собственный запах.

Он смыл его, потому что она явно этого хотела, и он тоже хотел избавиться от него после ее отказа. Это провело четкую границу между ними. Что, несмотря на их желание, между ними не было ничего большего, и никогда не будет.

То же самое было между ним и его спутницей-Демоном, но почему-то это задевало.

С самого начала он знал, что его спутница искала его лишь из любопытства и ей нравился его череп — так как она любила их коллекционировать. Он же, напротив, ничего против нее не имел и просто интересовался желанием в целом. Ему также нравилась ее компания, даже если они не часто разговаривали.

Он часто усмехался, думая о том, как быстро они оба могли бы наброситься друг на друга, но ни один не попытался.

В случае с Рэйвин, она была инициатором каждый раз, когда они прикасались друг к другу, и никогда не устанавливала границ. Это позволило ему по глупости предаваться странным мыслям и чувствам.

Больше он не допустит этого.

— Мне так жаль, — она покачала головой с умоляющим выражением лица. — Я не знала. Я не хотела, чтобы ты так себя чувствовал.

— Я вижу, что это не более чем недоразумение, — тихо сказал он, отступая назад. — Мы разные.

Ему следовало раньше понять, что это столкновение двух разных существ. Она была эльфийкой; с чего бы ей что-то понимать о Мавках и их поведении?

Мерих гордился тем, что он умнее остальных представителей своего вида, но в последние несколько дней он вел себя как несомненный идиот. Он был резок с самкой, которая этого не заслуживала, и все потому, что чувствовал себя уязвимым и чувствительным.

— Изначально я надеялась сделать это с тобой снова, — пробормотала она, опустив голову, чтобы спрятаться за волосами.

Его зрение стало синим; он не был уверен, как к этому сейчас относится. Он больше не мог отрицать, как сильно он ее хочет, но последствия между ними были скверными. Какой в этом смысл, если каждый раз все будет заканчиваться так болезненно?

Ни один из их других интимных моментов не закончился хорошо, и он начинал остро осознавать, что в этом его вина. Проблема в нем. Проблема всегда была в нем. Он разрушал все и вся, что пыталось приблизиться к нему, так или иначе.

— Если ты все еще планируешь работать с камнем маны, делай это с умом, — сказал он, отвернувшись, желая сбежать от разговора. — Я не спал несколько дней. Я буду снаружи, у входа, если понадоблюсь.

Он направился обратно к выходу из дома, по пути принимая свою чудовищную форму, чтобы ему было комфортно. Должно быть, она поняла, что он больше не желает говорить на эту тему, потому что последовала за ним, не проронив ни слова. Она нащупала стену, похлопала по входу и открыла рот…

Но снова закрыла его и медленно отступила внутрь.

Глава 29

Рассеянно накручивая локон на палец, Рэйвин водила им по губам взад-вперед, щекоча их. Прошел час, может, два с тех пор, как она поговорила с Мерихом, и с тех пор она напряженно думала об этом.

Она не могла поверить, что вся их проблема была чертовым недоразумением — с обеих сторон. Это сильно ее раздражало, потому что обычно она была проницательной, замечала недопонимания и пресекала их на корню. Люди, которые ссорились из-за подобного, обычно заставляли ее закатывать глаза, и сейчас она закатила их на саму себя за такую неосведомленность.

Но она извлекла из этого немало уроков.

Урок номер один: Если Сумеречный Странник хотел покрыть ее своей липкой спермой, ей нужно было быстро смириться с этой идеей, если она хотела, чтобы