Читать книгу - "Стрелы на ветру - Такаси Мацуока"

* * *

– Постарайтесь, если получится, захватить Гэндзи и Хэйко живыми, – велел Каваками своему адъютанту. – И в любом случае лицо госпожи должно остаться невредимым.

– Слушаюсь, господин. Но они уже могли погибнуть, и лица их, возможно, изуродованы. Мы выпустили в них несколько сотен пуль.

– Пока что мы всего лишь раз за разом убиваем их лошадей, – возразил Каваками. – А люди ждут, пока мы сами явимся за ними. Тогда они будут сражаться. Отложите мушкеты и беритесь за мечи.

– Слушаюсь, господин.

– Погоди. Пусть десяток твоих лучших стрелков все-таки прихватит мушкеты. Вели им, чтобы застрелили Старка, как только увидят его.

– Слушаюсь, господин.

Каваками, как всегда, наблюдал за происходящим с безопасного расстояния. Его люди составили мушкеты в козлы и извлекли мечи из ножен. Прежде они рвались бы это сделать. Прежде – да, но не теперь. Теперь они верят в превосходство стволов и пуль. Не потому, что их шестьсот мушкетов взяли верх над десятком мечей, оставшихся на стороне Гэндзи. Нет. Это ничего не доказывало. Они поверили потому, что их мушкеты с легкостью прикончили непобедимого Сигеру. Такое было бы под силу даже простому крестьянину. Две недели обучения – и крестьянин с мушкетом сможет одолеть самурая, всю жизнь совершенствовавшегося в искусстве фехтования. И спорить с этим мог лишь тот, кто закостенел в излишней приверженности традициям.

Правда, требовалось еще выработать новую тактику для нового оружия. Или позаимствовать ее у чужеземцев. Чтобы использовать огнестрельное оружие для обороны укрепленных позиций или для засады, особого ума не требуется. Вот с атакой до сих пор остается много неясного, особенно если аналогичное оружие имеется и у противника. Ведь для того, чтобы перезарядить мушкет, необходимо остановиться, и это тормозит наступление. Пока что это препятствие казалось непреодолимым. Интересно, как поступают чужеземцы? Непременно нужно будет выяснить. Когда Каваками покончит с Гэндзи, то полностью сосредоточится на огнестрельном оружии и новой стратегии. Возможно, среди чужеземцев тоже найдется какой-нибудь свой Сунь Цзы. Тогда он, Каваками, непременно изучит его «Искусство войны». Власть Токугава над сёгунатом слабеет. И вскоре их свергнут – но не по старинке, не при помощи самураев с мечами. Новый сёгун придет к власти, опираясь на мощь пуль и пороха. И этим сёгуном вполне может стать он сам. Почему бы и нет, собственно? Если древние правила более не применимы к войне, значит, они не применимы и к традициям наследования. Вскоре огневая мощь будет куда важнее знатности рода.

Ему необходимо огнестрельное оружие. Новое и мощное. И как можно больше. И пушки. И военные корабли.

Стоп. Не стоит забегать вперед. Сперва нужно разобраться с Гэндзи.

Каваками двинулся вперед, осторожничая. У людей Гэндзи, как бы мало их ни осталось, тоже имеются мушкеты. Это было бы слишком прискорбно – умереть в миг величайшего своего торжества. И потому Каваками благоразумно прятался за деревья.

* * *

– Почему они перестали стрелять? – спросил Хидё.

– Моя голова, – пояснил Гэндзи. – Чтобы забрать ее, им придется пустить в ход мечи.

Таро осторожно выглянул из-за искромсанной лошадиной туши.

– А вот и они.

Гэндзи оглядел своих людей. Все уже взялись за мечи. Брошенные мушкеты валялись в грязи. Куда эффективнее было бы встретить врага залпом, прежде чем доставать мечи из ножен. Но люди Гэндзи думали сейчас не об эффективности. Они самураи. Когда речь идет о жизни и смерти, все должен решать меч.

Гэндзи извлек свой катана. Возможно, он – последний Окумити, и потому все его видения ложны. Не будет никакого убийства, поджидающего его в будущем. Не будет ни госпожи Сидзукэ, ни рождения ребенка, ни третьего видения. Все это было обманом, заблуждением, иллюзией. Гэндзи взглянул на Хэйко и поймал ее взгляд. Они улыбнулись одновременно. Нет, не все было иллюзией, не все.

– Приготовьтесь! – велел Гэндзи своим людям. – Мы атакуем их.

Именно так надлежало умирать самураю в атаке, лицом к врагу. Подобно камню, рушащемуся с бесконечной высоты в бездну.

– Вперед…

Залп, ударивший из-за стен монастыря Мусиндо, заглушил его слова. Половина самураев Каваками, шедших в первом ряду, рухнули замертво. Наступление мгновенно превратилось в беспорядочное отступление; перепуганные люди разбегались в разные стороны, прочь от монастыря. Мушкеты ударили снова, продолжая косить соратников Каваками.

Гэндзи увидел над стеной дула – их было около четырех десятков. Но откуда они взялись? Впрочем, размышлять некогда. В тылу у отряда Каваками что-то произошло, и земля задрожала от топота копыт.

– Кавалерия! – вскрикнул Хидё. – Кто-то атакует Каваками!

– Подкрепление! – радостно воскликнул Таро.

– Откуда? До нашего княжества отсюда три дня пути, да и то если скакать во весь опор.

– Смотри! Они возвращаются!

И вправду, перепуганные люди Каваками, пытаясь спастись от кавалерийской атаки, кинулись бежать обратно, к Мусиндо. Многие попадали от очередного залпа. Но пока стрелки перезаряжали мушкеты, поток отступающих захлестнул крохотное укрепление. Гэндзи и его воинам пришлось биться изо всех сил, чтобы их не затоптали. Клинки так и сверкали. Кровь умирающих смешалась в грязи. Гэндзи слышал, как револьверы Старка выстрелили двенадцать раз и смолкли.

У Старка просто не было времени их перезаряжать. Он подобрал чей-то меч, ухватил его обеими руками и принялся работать им, как топором, кроша тела, дробя черепа и отсекая руки.

Хэйко и Ханако стояли в середине, прикрывая Эмилию с двух ctodoh, и рубили всякого, кто подбирался слишком близко.

Один из подчиненных Каваками подскочил сзади к Хидё, занятому сражением сразу с несколькими противниками, и занес меч.

– Хидё! – выкрикнула Ханако, пытаясь предупредить мужа, и кинулась к нему.

Опускающийся клинок отсек ей руку выше локтя.

Из-за леса вылетели всадники. Над ними реяли самодельные флажки с изображением воробья и стрел. Они врезались в убегающую толпу и принялись прорубать себе дорогу к Гэндзи, выкрикивая его имя как боевой клич:

– Гэндзи!

– Гэндзи!

– Гэндзи!

– Мой господин, вы видите, кто это? – потрясенно спросила Хэйко.

– Вижу, – отозвался Гэндзи. – Но не верю своим глазам.

* * *

– Я приказал больше не стрелять! – гневно произнес Каваками.

– Это не мы, господин. Кто-то стреляет из-за монастырской стены.

– Невозможно. Всякий, кто находился там, должен был погибнуть во время взрыва.

– Может, подоспел кто-то из людей Гэндзи? – Адъютант боязливо оглянулся через плечо. – Это сразу казалось странным, что он едет со столь малочисленным сопровождением. Господин, а вдруг это ловушка?