Читать книгу - "Принцип злой любви - Алена Воронина"

в какой-то мере тоже. Но страшнее было от мысли, что меня просто до нее не допустят.

* * *

— Нина Павловна, к вам, гм... та девушка, — Лера Александровна тщательно подбирала слова.

Время было послеобеденное, за окном валил снег, хозяйка только что приняла ванну и сидела с маской возле зеркала, листая на планшете странички в соцсети, принадлежащие участникам нового музыкального конкурса.

— Какая? — не отрывая глаз от девайса, поинтересовалась хозяйка.

— Та... С которой встречается Егор Зиновьев.

Кусочек яблока в руках Войцеховской застыл.

— Какова наглость, — хмыкнула она, но беззлобно.

На самом деле Лере очень не нравилось то, что творилось в доме Войцеховских, и особенно то, что происходило с хозяйкой. Лера в какой-то момент поняла, что когда Нина Павловна собралась с духом и ушла от мужа, она сделал это не просто так. Она сделала так, потому иного выхода не было. Он ее поглощал, будто удав. Рядом с ним она застывала, замирала как испуганный кролик и теряла саму себя. Лера понимала, что в его мире он должен был быть таким, иначе ничего бы он не добился, но жертвой этой способности стала и Нина.

Сейчас Виктора в доме, да и в городе не было, он улетел на какой-то форум за границу...

— Пусть ждет внизу.

Это была студийная запись. Благодаря хорошей аудио системе в доме госпожи Войцеховской, и без того красивый голос Артема вызывал тучи мурашек по спине.

Я помню, как слушала одно из интервью Эдварда Радзинского, где историк сказал, что актеров не стоит оценивать с позиции простых людей. Их мир иной, ведь сегодня он должен быть Отелло, а завтра князь Мышкин. И чтобы сыграть по-настоящему, они должны перекраивать душу под опыт и характер героя, меняться, и может в какой-то момент теряться в чужих личностях, потому нравственность — это немного не для них.

Артем любил Настю, и эта была любовь Элизы и братьев из Диких лебедей, невинность и самоотдача, детство, юность, но не зрелость. Они вместе могли писать музыку, такую, в которой мир — волшебный. А эта песня — она принадлежала взрослому мужчине — способному принимать тяжелые решения, видеть мир без прикрас, и любить Нину. Он стал Мастером, который хоть и любил Маргариту, но убеждения имели для него более важный смысл, чем вся любовь на свете. Если бы у Войцеховской хватило сил стать Маргаритой...

Оттого, когда он получил известие о смерти Насти, одна из опор, на которой держалась его психика, а она зародилась еще задолго до знакомства с Войцеховской, рухнула. Он понял, что опоздал. Но в тот момент увидеть ненависть в глазах Нины он тоже уже не был готов. Ведь он подставил ее, а ее он любил уже не меньше. Ведь когда они стали встречаться, даже направленность, тональность, глубина музыки его личной поменялась. Она стала старше. Да еще и брат. Брат, чьей внешностью и именем он воспользовался. И тоже подставил под удар.

Дурак, ты, Артем!

Красивая женщина, сидевшая напротив меня на диване, дышала тяжело, по щекам ее струились слезы. Ее помощница с глубокой нежностью смотрела на хозяйку.

Дурак!

Они бы сделали все, чтобы тебя защитить! Брат, который всегда за тебя дрался, и женщина, которая на моих глазах преображалась.

Я рассказала ей все. Показала все файлы. Вот уже больше часа колонки крутили одну и ту же мелодию. И хозяйка дома не желала ее прерывать. Это будет ее мерилом боли еще долго.

— Вот здесь все, что было на его компьютере, — я пододвинула к женщине вторую флешку по зеркальной поверхности большого журнального стола. — Там и документы по лечению, документы фонда, который был оформлен на Артема, чтобы вывести деньги за границу на лечение. Все, что мы нашли, и музыка. Ваша музыка, музыка о вас и для вас. Настя помогала ему в написании последней песни, вот этой. Она знала, что он писал ее для Вас. Они были друзьями, ее мать это подтвердила. И мы нашли деньги… Которые Артем украл из вашего фонда … Я прошу Вас, пожалуйста, не трогайте Егора и его семью. Им и так досталось сильно...

Я сглотнула.

— И... если вам не сложно, пусть Ира позвонит родным. На них и так многое свалилось, чтобы еще травить их молчанием.

— Что? — Нина Павловна вскинула голову и непонимающе уставилась на меня. — О чем ты?

— Ирина, ваша домработница, она троюродная вроде сестра Егора и Артема.

— Как это...

Она была искренне удивлена, и я тоже, именно тем, что была удивлена она. Однако, кажется, для Валерии Александровны застывшей изваянием за спиной хозяйки это сюрпризом не стало.

— Она пропала, когда мы нашли ноутбук. Мы понимаем, что … она… замешана… в ваших делах. У нее было много документов и карт на имена других людей, их тоже потом выкрали. Я думаю, вы знаете...

Войцеховская резко встала.

— Она работать начала здесь… еще до Артема... Сразу после... моей просьбы мужу о разводе.

Она явно сейчас не со мной говорила, она, будто складывала у себя в голове видимый лишь для нее узор из фактов. Он, похоже, сошелся. И вряд ли итог ее устроил.

— Здесь, — я кивнула на флешку, — много того, что могло вам навредить, найди полиция ноут Артема, но мы все разумные люди, и вы можете быть уверены. Ни Егор, ни я, никому об этом не расскажем.

Во взгляде Войцеховской сквозило непонимание. А я сказала, то, что было на сердце.

— Прошу вас, пожалуйста, не трогайте Егора и его семью…

Она перевела на меня взгляд. Она будто очнулась. Она была испугана, чувствовалось, испугана больше меня. Ее помощница, стоявшая тенью за спиной хозяйки, вдруг обошла диван и опустилась рядом с Войцеховской. Нина Павловна, которая и без того выглядела удивленной, сейчас была поражена теперь уже поведением проверенного годам человека. Видимо, такое случилось первый раз.

* * *

Лера сама не готова была ответить на вопрос, почему она так поступила. Но Нина давно была ей дорога, да, она совершала порой глупые поступки, например, та встреча с Егором, когда она решила припугнуть мужчину. Но это были просто слова, не более. А девушка перед ними совсем не похожая на охотницу и преступницу, вдруг обвинила Нину в чем-то тяжком своей просьбой.

— С чего вы взяли, что Нина Павловна может причинить вам вред?

Девушка сцепила руки так крепко, что побелели костяшки пальцев. Она сильно нервничала — это было очевидно.

— Потому что вы наверняка узнали, что Артем… Собрал много информации по