Читать книгу - "Дикий - Нира Страусс"

на исходе. Лица он не чувствовал уже несколько часов, а повязка на культе насквозь пропиталась сукровицей и отвратительно смердела. Рана мало того что не затягивалась — он был уверен, что началось заражение. После побоища в танцевальной студии у него просто не нашлось времени оказать себе нормальную помощь. Он уносил ноги как мог, петляя и проверяя, нет ли хвоста. Потом пришлось спешно затыкать дыры в штате взамен бойцов, разорванных проклятыми медведями и пумами (эти твари выкосили почти всю его группу, а те немногие, кто уцелел, были искалечены, как и он, и перепуганы до колик), совать взятки копам, чтобы те снова закрыли глаза, строчить дурацкие отчёты об эффективности прототипов…

И когда шеф вызвал его на ковёр, Иван сразу понял: дело дрянь. Коваленко редко снисходил до личных бесед.

Но чего он никак не ожидал, так это того, что босс свяжется со своей сукой-дочерью и что эта дрянь станет ему жаловаться.

Иван хотел возразить, но знал: при малейшем знаке Коваленко Антон снова примется его метелить. А превращаться в боксёрскую грушу ему сейчас совершенно не улыбалось.

Поэтому он остался стоять на коленях, сцепив зубы и пережидая приступы боли, под аккомпанемент мерного перестука вилки по фарфоровой тарелке.

Наконец Коваленко отложил приборы, завершая ужин. Кончиками пальцев он неторопливо потёр переносицу.

— Менять кадры — это всегда такая головная боль, — пробормотал он.

Волоски на теле Ивана встали дыбом; ледяной, острый страх прошил кости.

— Сэр…

— Я право не знаю, чему ты вообще научился рядом со мной и моей компанией за все эти годы. — Коваленко поднялся на ноги, не спеша обогнул стол и прислонился к его краю, разглядывая распростёртого Ивана. Его часы из золота с бриллиантами ослепительно сверкали под светодиодными лампами лаборатории. — Мне казалось, я предельно ясно объяснил, к какой цели мы движемся и насколько скрупулёзно я отношусь к безупречности исполнения. Существуют тысячи мелочей, требующих неусыпного контроля — особенно когда под твоим началом такой масштаб, — и я был искренне убеждён, что моё ближайшее окружение отдаёт себе отчёт в том, как бережно я отношусь к делу своей жизни. И к тому, что считаю своей собственностью. — Он протянул руку в сторону, и Антон немедленно вложил в его раскрытую ладонь до блеска начищенный «Макаров». — Так скажи мне, Иван: с чего ты вдруг решил, что можешь распускать руки в отношении моей дочери, а я спущу тебе это с рук?

Глава 38

Фэй

Если до сих пор это было неочевидно: ничего глупее самца во время брачного танца я в жизни своей не видела.

ДАО СУВАН, альфа стаи Белый Бивень, Таиланд

— Я не знаю никакого Вэнса, — ответила мне на следующий день Морган, тоже через экран. — По его описанию… Не знаю, никого не напоминает. Наша организация огромна, я не могу знать всех металюдей, состоящих в ней. К тому же многие приходят и уходят: поддерживают связь какое-то время, а потом пропадают по собственным причинам. Членство у нас сугубо добровольное, и мы не в силах следить за каждым. — Её лицо тронула виноватая гримаса: — Мне очень жаль.

— Вот досада, — процедила я.

— Если он заговорил о ментальных щитах, то вероятнее всего, он телепат. Именно они их выстраивают. Мои способности в этой области слишком слабы, я не умею делать это сама, но один из наших друзей помог мне в своё время. Если захочешь, мы можем поставить тебе такой же.

Я задумалась на пару мгновений. Рядом со мной Инайя негромко постукивала по клавиатуре своего компьютера. Мы планировали навести порядок в её лекарственной кладовой, чтобы с пользой провести ещё один день штормовой блокады.

— А для чего они нужны, если точно?

— Для взаимной защиты между металюдьми, — пояснила женщина. — Это стало насущной необходимостью, когда нас начало собираться много — особенно тех, кто ещё не до конца подчинил себе собственные силы. Ну и ради личных границ, само собой: на случай встречи с телепатами, которые не утруждают себя просьбой о разрешении влезть в твою голову.

Лично встретиться с организацией Морган пока было невозможно, хоть мне и до смерти не терпелось познакомиться с другими металюдьми. И пожать руку Химене Уолш, попутно поскулив от восторга, словно экзальтированная фанатка.

Мысли неизбежно вернулись к Вэнсу. Джунипер выяснила, что парень умудрился зашить номер телефона прямо в шифровальный ключ видеосвязи. Из-за этого она вздыхала по нему с ещё большим трепетом, одновременно осыпая его проклятиями за то, что тот сумел нащупать крошечную брешь в её системах безопасности.

Вэнс всё ещё лелеял надежду, что Черные Клыки передумают. Реми не сомневался, что он попытается склонить на свою сторону Кровавую Землю и Серые Лапы, но пока новостей об этом не было. Человек, способный столько времени продержаться в шкуре крота в Black Edge, дураком точно не был; он прекрасно понимал: откажет одна стая — точно так же поступят и остальные.

Разговор с ним оставил горький осадок. Ведь всё могло сложиться удачно. Мы могли бы выведать координаты лаборатории с его помощью, но…

Вспышка молнии затопила кабинет Инайи мертвенно-белым светом. Буквально через полсекунды ударил гром, сотрясая мир до самого основания. На полках зазвенели стеклянные склянки, задрожали карандаши и рамки с фотографиями. Целительница поморщилась: громкие резкие звуки причиняли кошачьим физическую боль.

— Гроза прямо над нами, — пробормотала я. Я уже почти привыкла засыпать под шум дождя, хлещущего в стены и стекла, и под вой внезапных порывов ветра, ломавших ветви деревьев в лесу.

Для меня это было куда лучше, чем оставаться наедине с собственными мыслями в тишине.

— Возвращаясь к тебе: мы по-прежнему ночуем в ванне? — поинтересовалась Морган. — Вид у тебя неважный.

И она, и Инайя были в курсе моих ночных привычек. От целительницы вообще невозможно было скрыть ни единой мелочи, а Морган я рассказала сама — на случай, если это окажется как-то связано с моей психической природой. Хотя я так не считала. Я всё отчётливее понимала, что это просто въевшийся рефлекс, расплата за всю мою прошлую жизнь.

— Пора признать, что матрасы созданы не для меня.

— Уверена? Больше ничего?

Я не могла винить её за подозрительность. Они обе присматривали за мной, чтобы я снова не сорвалась в саморазрушение.

— Мне немного не по себе, — призналась я.

Я повернулась к окну как раз в тот миг, когда полоснула очередная молния. Свинцовое, затянутое тяжёлыми тучами небо над Уилламеттом вспыхнуло и погасло в тысячную долю секунды. Кроны