Читать книгу - "Кровавая смена - Кэсси Александер"

дубинкой, попав ему в грудь и на инстинктах сбив на пол, а затем, зажав боёк молотка в кулаке, словно стопку монет, опустилась на колени и со всей силы ударила его в живот. Я почувствовала слабость тела, когда он судорожно вдохнул, лишившись всего воздуха.

То, что я не хотела его убивать, вовсе не означало, что я собиралась дать ему сбежать.

Я знала, что любое моё преимущество может оказаться временным, поэтому не останавливалась. Мне было страшно отпускать его, пока я не выясню, кто он такой и почему напал на меня. Он попытался упереться ногами, и я взмахнула обломком рукоятки в сторону, не раздумывая нанеся удар по этой новой цели изо всех сил, одновременно услышав и почувствовав, как хрустнула его ближайшая бедренная кость. О боже…

Он выдохнул в приступе боли, а затем прохрипел:

— Пощады!

Уловка, чтобы выиграть время на исцеление? Мне не хотелось бить его второй раз, но станет ли он снова драться со мной, если я не продолжу ломать ему кости? Он пытался убить меня и моего ребёнка. Я позволила темноте внутри делать всё, что ей вздумается, и снова обрушила рукоятку молотка вниз, раздробив то же самое место на его ноге между твёрдым деревом и каменным полом. Раздался новый хруст.

— Пощады! — простонал он.

Явная боль в его голосе вернула меня с края бездны. Это была не я. Я не могла пытать того, кто уже сдался. Сделав судорожный вдох, я опустила рукоятку на пол.

— Джексон! — взвыла я, надеясь, что человек, которого я использовала вместо боксёрской груши, не был им.

В комнате зажёгся свет, на мгновение ослепив меня. Мой противник тоже был ослеплён, он лежал передо мной, его изувеченная нога уже затягивалась и исцелялась. Это был Ларс. Селин, которая присутствовала при всей драке, забившись на своей кровати, наконец вмешалась.

— Зачем ты напал на меня? — закричала я, глядя на него сверху вниз. Я видела, как его вывернутая нога встаёт на место, кость срастается. — Зачем? — заорала я во всю глотку. Скоро ему станет лучше, и мне придётся сделать ужасный выбор…

— Эди! — раздался новый голос. Я обернулась, в дверях стоял Джексон. — Успокойся. Ты в безопасности.

— Нет, не в безопасности! Он напал на меня! — я прижала к груди кулак, в котором всё ещё был зажат боёк молотка.

— Ты побеждаешь. Ты победила. — Джексон похлопал ладонями по воздуху между нами, успокаивая меня, словно дикую лошадь.

— Но он пытался меня убить! Зачем?

Джексон окинул Ларса мрачным взглядом.

— Он напал на тебя, потому что думал, что обязан это сделать. Потому что он дурак.

Время снова потекло в обычном темпе, как и я сама, и я осознала, что вся моя схватка с Ларсом заняла секунд тридцать. Минуту, от силы. Я посмотрела сверху вниз на Ларса, чья нога медленно становилась целой, а затем перевела взгляд на Джексона, чтобы проследить за выражением его лица, когда он ответит мне:

— Он напал на меня снова?

— Вероятно, не сегодня. — Он нахмурился, но у меня не возникло ощущения, что он лжет.

И теперь, когда я ясно увидела, что избиваю и ломаю кости кому-то, кто и так уже повержен на пол, я покачала головой и быстро поднялась.

— Пощады, пощады, — язвительно передразнила Ларса Селин из безопасной глубины своей кровати.

Поняв, что смертельная опасность миновала, Ларс отполз назад. Казалось, с каждым разом исцеление давалось ему всё тяжелее. Может, травмы имели накопительный эффект? По опыту работы в отделении Y4 я уже знала, что регенерирующие свойства вампирской крови не безграничны — это была одна из многих причин, почему дневные старались держаться поближе к своим Хозяинам.

— У тебя, Ларса и Наташи один и тот же Хозяин. Крови на всех не всегда хватает, а кровь — это власть, — объяснил Джексон, пока Ларс превращался из того, кто только что с треском проиграл драку, обратно в мужчину, которого я видела сегодня утром, разве что в разорванной одежде.

— Я был здесь до тебя, — прорычал Ларс. — Никогда об этом не забывай.

Направляясь к выходу из комнаты, он намеренно задел меня. Я даже не шелохнулась, когда его плечо врезалось в мое.

— То есть он думал застать меня врасплох? Напав на меня в мою первую же ночь?

— Он надеялся, что кровь еще не подействовала в полную силу. Очевидно, она подействовала. — Джексон пожал плечами. — К тому же, он не силен в долгосрочном планировании. Он не из тех, кто сначала усыпляет бдительность ложным чувством комфорта и безопасности.

Я пристально посмотрела на него, стараясь не выдавать своих мыслей.

— Как я, — добавил он с волчьей ухмылкой.

Мой кулак сильнее сжался вокруг увесистого бойка от молотка.

— Ой, да брось, ты же знаешь, что мы оба об этом подумали, — продолжил он.

Несмотря на пережитый ужас, мне было трудно сдержать улыбку. Я подбросила рукоятку молотка в левой руке. Старое дерево, крепкое.

— Единственное, что я теперь знаю наверняка: следующий, кто попытается меня разбудить, горько об этом пожалеет.

Джексон, всё еще ухмыляясь, ответил мне коротким поклоном.

— В таком случае, полагаю, я оставлю вас, леди, чтобы вы сами во всём разобрались.

***

Я проводила его взглядом до двери и вдруг поняла, для чего нужен тот звонок, который я заметила раньше. Дневным, может, и запрещалось запирать свои двери, но они могли подстраховаться, чтобы гости не заявлялись без предупреждения. Селин вошла последней и не взвела механизм звонка. Она знала, что Ларс придет за мной этой ночью.

А это означало, что она либо плела интриги, либо просто не любила марать собственные руки, либо понимала, что слишком слаба, чтобы драться со мной лично. Я повернулась к ней. Она сидела на своей черной кровати в черной комбинации, на фоне белизны ее тела она казалась фарфоровой куклой. Я не сводила с нее глаз, пока шла по комнате, чтобы взвести пружину звонка, гарантируя, что больше к нам никто не ворвется незваным. При виде этого ее губы сжались. Она поняла, что ее раскусили. Затем я подошла к уничтоженной раскладушке.

Металлический каркас перекосило от яростного удара Ларса. А каменный пол, выдержавший первый удар молотка, пошел трещинами. Как раз в том месте, где находилась бы моя голова, если бы я в тот момент всё еще лежала в постели. Неудивительно, что здесь всё было черным, так гораздо проще скрывать следы крови.

Я сгребла свои простыни и снова повернулась к ней, сверля ее взглядом. На мне по-прежнему был этот нелепый наряд: юбка из