Читать книгу - "Магия, хаос и убийство - Тесса Брайант"

— Не просто коп. Руби покачала головой. — Шериф.

— Его избрали шерифом округа Темпест около трех лет назад. — Добавила Хоуп.

— Это так….

— Странно? — Руби закончила фразу, когда Мэллори запнулась, и, когда она кивнула, ее подруга рассмеялась. — Расскажи мне об этом.

— Как-нибудь в другой раз. — Хоуп покачала головой. — Сейчас у нас одна миссия и только одна.

— Найти убийцу Наны. — Мэллори подтвердила, что они были на одной волне.

Хоуп была права. Она не могла позволить Люку Фостеру отвлечь ее. Не сейчас.

Неважно, что она была влюблена в него с пяти лет. Неважно, что он был первым мальчиком, которого она поцеловала. Неважно, что он был единственным человеком, который мог удержать ее в Темпесте все эти годы. Она не могла допустить, чтобы это имело значение, ведь он не просил ее остаться. И уж точно у нее не было ни времени, ни сил, чтобы гадать, сколько из ее воспоминаний было правдой, а сколько скрывалось за завесой бабушкиного заклинания.

Даже зная, что Руби и Хоуп наблюдают за ней, ожидая какой-то реакции, Мэллори сдержала свои эмоции и вскинула подбородок. Она изобразила на лице беззаботную улыбку и пожала плечами. Она не знала, поверили ли они в ее беззаботность по поводу перспективы встречи с Люком или нет, но она надеялась, что ее нетерпение увидеть его снова не промелькнуло, когда она указала на дверь.

— Хорошо, тогда давайте начнем это маленькое воссоединение.

Глава 4

Мэллори и Руби шли бок о бок по направлению к полицейскому участку. Хоуп извинилась, что не может присоединиться к ним, и сказала, чтобы они шли дальше без нее. Когда бабушки не стало, Хоуп взвалила на свои плечи обязанность по поддержанию семейного бизнеса на плаву. Она была необходима в магазине, чтобы убедиться, что все идет гладко, и Мэллори была втайне благодарна сестре за то, что та дала ей возможность побыть наедине со своей самой лучшей в мире подругой.

— Итак… — Мэллори прочистила горло, когда они шли по жилым улицам в сторону центра. — Расскажи мне о своей жизни. Что я пропустила?

Руби подняла бровь: — Прошло пятнадцать лет, Мэл. Ты многое пропустила.

Ее желудок скрутило, и она кивнула: — Я знаю. Мне жаль.

— Это была не твоя вина. Теперь я это знаю. Но я не буду делать вид, что мне не больно от того, что ты ушла и не вернулась, даже не позвонила, чтобы проведать нас. — Руби отпихнула камень с тротуара.

— Ты не знала о заклинании? О том, что сделала Нана?

— Сначала нет. — Руби покачала головой. — Первые несколько лет я думала, что ты просто ушла в реальный мир и у тебя больше нет времени на меня. Наверное, только через пять или шесть лет, когда ты ни разу не приехала, ни разу не позвонила, не написала, я поняла, что должно быть что-то еще.

— И что ты сделала?

— Я загнала Хоуп в угол и настояла на том, чтобы она рассказала мне правду. — Руби слегка ухмыльнулась. — Уверена, что тогда я напугала ее до смерти. Она сложилась, как мокрый картон. Рассказала мне о заклинании, которое твоя бабушка использовала, чтобы лишить тебя магии, и о завесе, которую она наложила на твой разум, чтобы скрыть все твои воспоминания, связанные со сверхъестественным. Я хотела тогда поехать за тобой, рассказать правду и вернуть тебя домой, но Хоуп…

Мэллори сглотнула от внезапного комка в горле: — Что Хоуп?

— Она использовала хрустальную сферу, чтобы показать мне моменты твоей жизни без нас, без магии, привязывающей тебя к этому месту. У тебя все было прекрасно. Ты была счастлива.

— Значит, ты оставила меня там, закрыв глаза на то, кем и чем я была на самом деле?

Руби поморщилась: — А что я должна была делать? Увести тебя от жизни, которую ты сама для себя построила? Ты хотел уйти из Темпеста и сделала это. Так что да, я отпустила тебя и смирилась с тем, что мой лучший друг во всем мире, возможно, даже не помнит меня.

— А я тебя помнила. — Мэллори остановила их на углу улицы, схватив Руби за руку. — Я помню тебя. Даже если мои воспоминания искажены, даже если я все еще не могу увидеть в них магию, я помню тебя. Конечно, помню. Ты была моей лучшей подругой, Руби. Во многих отношениях ты и сейчас ею остаешься.

— Я люблю тебя как сестру, Мэл. Всегда любила. И всегда буду. — Руби кивнула, подалась вперед, чтобы обнять ее, и Мэллори благодарно прижалась к ней.

Через секунду они отпрянули друг от друга, когда с другой стороны улицы раздался громкий голос.

— Красная! Какого дьявола ты себе позволяешь?

Руби вздрогнула, и Мэллори нахмурилась, увидев реакцию подруги. Она проследила за взглядом Руби, и ее собственные глаза расширились от удивления. Она не совсем понимала, кто этот человек, переходящий улицу навстречу им, но, учитывая, что он выглядел как настоящий диснеевский принц, яростное выражение лица Руби привело ее в замешательство.

— По-моему, я делаю все, что хочу, потому что взяла выходной, Натаниэль. — Руби чуть ли не рычала, и Мэллори перевела взгляд с подруги на красавца.

Натаниэль? Она повторяла это имя в голове, пока не вспомнила. Это Натаниэль Каррингтон? В детстве он всегда называл себя Нейтом, и, судя по тому, как сузились его глаза при произнесении полного имени, у Мэллори возникло ощущение, что так оно и осталось, а Руби использовала более длинный вариант только для того, чтобы позлить его.

— Ты не сказал мне, что берешь выходной.

— Видишь ли, в том-то и дело, что я не обязана тебе говорить, потому что ты не являешься моим начальником.

— Но я теперь мэр нашего прекрасного города, а это значит, что ты подчиняешься кому-то, кто подчиняется мне, так что, в итоге, я твой босс, Красная.

— В итоге — ты придурок. — Огрызнулась Руби.

— Ты же знаешь, что я не одобряю подобных выражений. — Он покачал головой, а затем повернулся к Мэллори, которая стояла, наблюдая за спором: — Я приношу извинения за грубый язык мисс Фостер. Надеюсь, вы поверите мне на слово, что наш маленький городок обычно гораздо более вежлив и гостеприимен.

Он протянул руку: — Пожалуйста, позвольте мне представиться. Я — Нейт Каррингтон, мэр Темпеста, а вы…

Руби отмахнулась от его руки: — Не интересуется твоим напускным рыцарством. Это Мэллори. Мэллори Торн. Ради всего святого, мы вместе учились в школе.

— О… — Он наклонил голову, глядя на нее