Читать книгу - "Инстинкт заключенного. Очерки тюремной психологии - Михаил Гернет"

Рассмотрение учения уголовно-антропологической школы о влиянии на преступность физических факторов^[303] дает Колаянни возможность оттенить и в данном случае значение социальной среды. По его мнению, климат и вообще физические условия не могут быть признаны в наше время факторами общественной эволюции: контраст между непрестанным движением истории и неподвижностью, неизменностью физических факторов слишком очевиден, чтобы на нем приходилось останавливаться. На севере, как и на юге, говорит Колаянни, формулируя свои окончательные выводы о значении физических факторов, в самом жарком и в самом холодном климате, вопреки гипотезе Монтескье, живут народы и трибы высокой честности; порок и добродетель появляются и исчезают во всякой географической широте и при самых различных условиях физической среды; при одном и том же климате и при одинаковых географических условиях живут общества с самыми различными физическими и моральными характерами». Этнографическое изучение опровергает гипотезу Герри, что на севере и в холодных странах преобладают преступления против имущества, a на юге и в теплых странах преступления против личности. Воровство, убийство, нанесение ран и плотские преступления не являются исключительным или преимущественным продуктом какой-нибудь страны и не служат показателями характерной моральной флоры или фауны. Внезапность порыва, импульсивность и живость страстей зависят не от физической среды, но от степени социальной эволюции, которой достиг народ или отдельная личность. Климат, времена года и годовые колебания температуры не оказывают, по мнению Колаянни, такого прямого физиологического влияния, которое было бы способно побудить человека к преступлению: они оказывают лишь косвенное, «непрямое» влияние, увеличивая существующие потребности. Когда в социальном организме благосостояние велико, оно нейтрализует влияние холода, a рост культуры уничтожает или уменьшает те последствия, которые могли бы проистечь от жары. Так как социальная среда господствует над физической, то этим и объясняется то явление, что, при одних и тех же климатических и физических условиях, преступность уменьшается или увеличивается и вообще изменяются моральные отношения.

К таким выводам пришел Колаянни после разбора имевшейся в его распоряжении литературы. Выдвинутые им соображения социологического характера безусловно заслуживают глубокого внимания, но нельзя согласиться с его отрицанием существования так называемого календаря преступности, т. е. определенного распределения преступности по месяцам. Существование такого календаря подтверждается данными новейшей уголовной статистики и работами Фойницкого, Тарновского и Ашафенбурга.

Исследование Фойницкого, впервые напечатанное еще в 1873 году, т. е. ранее работ Ферри и Лакассаня, написано на основании данных французской и английской уголовной статистики. Если рассматривать всю преступность, не разделяя ее на совершенно различные между собою группы преступлений против личности и собственности, то на каждый месяц приходится почти одно и тоже число преступных деяний. Мало заметны колебания также по временам года. Так во Франции в период с 1836 по 1869 г. на зиму выпадало 25,93 всех преступлений, на весну 24,36, на лето 25,14 и на осень 24,57 %. Но если рассматривать преступления против личности и собственности отдельно, то разница в распределении этих преступлений становится более заметной: наименьшее число преступлений против личности выпадает на зиму и осень, a наибольшее на лето и весну; наоборот, наименьшее число преступлений против собственности совершается летом и весною, a наибольшее зимою и осенью (27,69 зимой, 23,80 весной, 23,22 летом и 25,29 осенью). Это же соотношение наблюдается и при рассмотрении преступности по месяцам во Франции и Англии (по наблюдениям Фойницкого), в Германии (по изысканиям Ашафенбурга), в России (по изысканиям Тарновского) и в Бельгии, но данным уголовной статистики.

Таблица XXIV. Помесячное распределение преступлений против личности в Бельгии^[304], Англии, Франции, Германии и России^[305]

Таблица XXV. Помесячное распределение преступлений против собственности в Англии, Франции, Германии и России^[306]

Существование календаря преступности представляется несомненным, но и значение социальных факторов в помесячном распределении различных преступлений также не подлежит сомнению. Ферри уже в первые годы своей научной деятельности, когда он был склонен придавать социальной среде менее значения, чем придает теперь, признал в своем ответе на критику Колаянни, что изменения преступности по месяцам стоят в связи не только с влиянием температуры, но и с социальными факторами. На значение этих же последних факторов указывают и цитированные нами выше авторы Фойницкий, Тарновский, Ашафенбург, a также Тард^[307]. Возрастание преступлений против собственности в холодное время объясняется экономическим положением беднейших слоев населения, ко всем тягостям которого зимою присоединяется новый враг — холод. Увеличение преступности против личности в летнее время объясняется более частым в теплое время нахождением населения вне дома, работами на воздухе, прогулками и пр. Рассмотрение времени совершения отдельных преступлений против личности и против собственности также убеждает в значении социальной среды. Наибольший процент изнасилований падает на летние месяцы, a наименьший на зимние. Очевидно, что большая возможность совершения этого преступления летом, когда население чаще, чем в другие времена года, отлучается из дому, вполне понятна. Бродяжничество в России выше среднего с июля по ноябрь. Г. Тарновский объясняет этот факт тем, что приближение зимы заставляет лиц, не имеющих узаконенного вида на жительство, добровольно заявлять властям о своем бродяжничестве, чтобы найти приют хотя бы в тюрьме. Нищенство мало развито летом, так как в это время легче бедняку прокормиться и т. д.