Читать книгу - "Я (не) верю себе. Как перестать быть заложником прошлого и смело идти по жизни - Екатерина Хломова"

любви. Он очень нуждается в том, чтобы его похвалили и заметили. Потому что сам не может объективно оценить ни свои достоинства, ни свои ограничения.

Что становится причиной формирования нарциссизма? Хайнц Кохут, президент Американской психоаналитической ассоциации, один из основных исследователей этого феномена, считал, что если мать холодная или критикующая («Что ты бегаешь, что ты здесь натворил, что это такое?!»), то внутренняя потребность восхищать ее у ребенка не реализуется. Он не проходит важный этап ощущения своей детской грандиозности, который нужен, чтобы обрести ценность через отражение взрослых.

И тогда он постоянно ждет от других людей восхищения, которое могло бы компенсировать дефицит, возникший в раннем возрасте. Нарцисс хочет ухватить хоть толику поддержки – так психика пытается завершить процесс, который был заморожен в детстве. И все равно ему никогда не бывает достаточно. Человек страдает, выгорает, совершает невероятные усилия, доказывая, что он молодец.

И в итоге все равно истязает себя критикой и наказывает: «Вот постараюсь еще чуть‐чуть и тогда смогу успокоиться». Но «тогда» не наступает, что бы он ни делал. Ведь планка, которую нарцисс поставил себе, просто недостижима: быть всегда стройным и красивым, выступать лучше всех, легко разрешать трудные ситуации, быть лучшим сотрудником, партнером и родителем, никогда не уставать и не срываться, быть самым эффективным, счастливым и довольным жизнью. А если что, во всем винить только себя. Мне стало дурно, пока я писала эти строки. А вам?

Упражнение

На сколько баллов вы оцениваете свою потребность в совершенстве от 1 до 10, если 1 – «мне это не важно», а 10 – «очень важно»? В каких ситуациях вы особенно стремитесь к тому, чтобы все было идеально, даже ценой сверхусилий? Какие мысли стоят за этим стремлением? А страхи?

Проекция

Проекция – это бессознательный защитный механизм. Мысли и чувства, которые для нас неприемлемы, мы отвергаем и приписываем другим людям, сами того не замечая. Да‐да, это те карикатурные бабуськи у подъезда, которые в каждой соседке видят проститутку. Почему? Потому что для них секс – это запретная, а значит, вытесненная тема. Поэтому они проецируют на других женщин роль развратницы.

Проекция проявляется также в те моменты, когда мы уверены, что наши друзья или партнеры думают так же, как и мы. В целом это тема 90 % пар, которые приходят ко мне на терапию: «Ну почему он не понимает очевидных вещей?!» А он и правда не понимает. То, что он устроен так же, как и вы, – лишь проекция.

Или, допустим, преподавателю кажется абсурдным объяснять очевидные вещи студентам. Он уверен, что они знают все термины, да и вообще им скучно. Он проецирует свои знания на них. А все потому, что сам талдычит одно и то же уже не первый десяток раз. Но они‐то слышат впервые! Или преподавателю кажется, что ученик смотрит на него холодно, не уважает, – как будто у студента не может быть другого повода раздражаться. Так работает детское мышление – ребенку кажется, что он сам причина того, как другие ведут себя.

Вы даже не представляете, насколько каждый из нас склонен видеть мир «со своей колокольни», не задумываясь о том, что в голове у собеседника. Мы злимся, и нам кажется, что по отношению к нам проявляют агрессию. Приписываем другим, что мы им не нравимся, потому что сами не уверены в себе. Мы не верим, что нас возьмут на приличную работу или что достойны любви прекрасного человека. Мы склонны воспринимать других людей лучше себя, потому что проецируем на них собственную непризнанную силу. Все это жертвенный феномен проекции – феномен приписывания миру своих же внутренних дефицитов или непризнанных достоинств.

Автор жизни в отличие от Жертвы различает факт и его интерпретацию. У него и проекции будут позитивные: «Я нравлюсь!», «Меня примут!», «У меня получится!» И, конечно, у них действительно получается, потому что они изначально идут в мир с позитивным настроем, с посылом «Я классный, вам стоит иметь со мной дело».

Упражнение

Я предложу вам сложное упражнение в этой подглаве – упражнение «со звездочкой». Его дают студентам – гештальт‐терапевтам на первом году обучения. Проверьте любую свою негативную проекцию реальностью.

Если вам кажется, что подруга злится, спросите у нее, так ли это. Если думаете, что партнер вами недоволен, уточните у него, правда ли что‐то не так. Если уверены, что начальник недооценивает вашу работу, обратитесь к нему за обратной связью по своим результатам. И посмотрите, совпадает ли ваша проекция с реальностью. Если да, отлично – это признак высокой эмпатии. Если не совпадает, вот ваша тема для проработки. Тренируйтесь как можно чаще прояснять свои проекции у других.

Власть и контроль

Если вы с детства натренировали себя быть гиперответственным и принимать за всех решения, то вам трудно будет доверять людям. Нет опыта чувствовать себя расслабленным, отпустить ситуацию, нет опыта, что на других можно положиться. И это, безусловно, страшно, но страх чувствовать тоже нельзя. Яркий образ «контролера» – опять же Миранда Пристли из «Дьявол носит Прада»[40].

Обычно это дети властных, холодных или тревожных родителей, рядом с которыми они чувствовали себя полностью подчиненными. Иногда это результат парентификации. Становясь взрослыми, они все еще чувствуют себя Жертвами, но глубоко внутри, поэтому проецируют на собеседника (или партнера) превосходство, чтобы потом бороться с ним. Любопытно, что при помощи этой стратегии они внушают другому ту самую беспомощность и бессилие, которые ощущают сами.

Их способ защиты от собственных внутренних демонов – это бунт, протест, активный или нет. В случае пассивной агрессии человек не выражает свою волю открыто, а саботирует, «упрямится», не делает то, чего от него ждут, «забывает», что у него попросили. Фактически он выводит собеседника из себя, чтобы в итоге сделать того виноватым.

Контроль – это один из возможных способов не чувствовать страх. «Контролеру» или контрол‐фрику кажется, что если он все предусмотрит, то никакие неприятности в его жизни не произойдут. Обычно эта защитная стратегия тянется из детства, а весь мир кажется папой и мамой, которые будут судить, оценивать и вмешиваться. Он не просит помощи. Никогда не уступает – уступчивость у него ассоциируется со слабостью.

Иногда за этим стоит чувство, что он недостаточно хорош и ничего не значит. Одно из ярких проявлений таких людей – требовательность, и зачастую требуют они больше, чем отдают. Но сколько бы ни получали, из‐за тревоги Внутреннего ребенка они все равно чувствуют