Читать книгу - "Моральные домогательства. Скрытое насилие в повседневности - Мари-Франс Иригуайан"

Свою ненависть агрессор оправдывает преследованием со стороны партнера, от которого он вынужден защищаться. При этом у него, как и у параноиков, появляются мысли, что его преследуют и хотят причинить вред, а ожидание защитной реакции обусловливает преступное поведение и систематическую агрессию. Во всем, что получается не так, как хочет агрессор, виноваты противники, которые объединились против него.

Вследствие феномена проекции ненависть агрессора проявляется в той степени, в какой сильна воображаемая ненависть жертвы. В глазах агрессора жертва является чудовищем, все разрушающим, неистовым, несущим гибель. В действительности на этой стадии жертва не способна испытывать ни ненависти, ни гнева, что помогло бы ей защищаться. Агрессор приписывает жертве злые намерения и предпочитает напасть первым. В любом случае жертва всегда виновата, хотя бы и в преступных намерениях.

Эта ненависть, спроецированная на партнера, является для извращенного человека средством защиты от расстройств, которые могли бы быть намного более серьезными, вплоть до состояния психоза. Это также средство защиты от неосознанной ненависти к другому партнеру в случае, если агрессор вступает в новые отношения. Фокусируя ненависть на предыдущем партнере, он защищает нового, который наделяется всеми возможными добродетелями. Когда жертва подобной ненависти осознает, что служит средством укрепления новых отношений с соперником или соперницей, она еще острее ощущает, что находится в ловушке и ею манипулируют.

В мире извращенного самовлюбленного человека все очень четко делится на «плохое» и «хорошее». Человек, так или иначе связанный с «плохой» стороной мира агрессора, не может быть хорошим. Расставание или отдаление от такого человека ни в коей мере не уменьшает ненависти, которую испытывает к нему агрессор.

В такой ситуации имеет место взаимный страх между партнерами: агрессор боится всесилия, которым якобы обладает жертва; жертва боится психологического, а также физического насилия со стороны своего агрессора жертва является чудовищем, все разрушающим, неистовым, несущим гибель. В действительности на этой стадии жертва не способна испытывать ни ненависти, ни гнева, что помогло бы ей защищаться. Агрессор приписывает жертве злые намерения и предпочитает напасть первым. В любом случае жертва всегда виновата, хотя бы и в преступных намерениях.

Эта ненависть, спроецированная на партнера, является для извращенного человека средством защиты от расстройств, которые могли бы быть намного более серьезными, вплоть до состояния психоза. Это также средство защиты от неосознанной ненависти к другому партнеру в случае, если агрессор вступает в новые отношения. Фокусируя ненависть на предыдущем партнере, он защищает нового, который наделяется всеми возможными добродетелями. Когда жертва подобной ненависти осознает, что служит средством укрепления новых отношений с соперником или соперницей, она еще острее ощущает, что находится в ловушке и ею манипулируют.

В мире извращенного самовлюбленного человека все очень четко делится на «плохое» и «хорошее». Человек, так или иначе связанный с «плохой» стороной мира агрессора, не может быть хорошим. Расставание или отдаление от такого человека ни в коей мере не уменьшает ненависти, которую испытывает к нему агрессор.

В такой ситуации имеет место взаимный страх между партнерами: агрессор боится всесилия, которым якобы обладает жертва; жертва боится психологического, а также физического насилия со стороны своего агрессора.