Читать книгу - "В мире сновидений - Боснак Роберт"

на задних лапах, на ней коричневый замшевый костюм, на красновато-лиловой морде красуются усики а ля Сальвадор Дали, а фарфоровая головка отливает как зеркало. «Быть того не может, — думаю я про себя. — А впрочем, почему бы и нет…?» Она подходит к самому стеклу, и я слышу, как она говорит: «Поведай всем, скажи Питеру…»

Тут прозвенел будильник.

Сон сразу же напомнил мне об Анге и бульдоге, которые приснились мне в исходном сне в начале нашего краткого экскурса в мир сновидений. Прекрасная, дивная самка «персидского бульдога» похожа на помесь Анги и вцепившегося ей в горло бульдога. Она стоит среди других экспонатов в витрине мебельного магазина, за. стеклом, как будто в бутылке. Она и в то же время являет собой архаичный образ, сюрреалистична: эти усики а-ля Сальвадор Дали на ее сверкающей фарфоровой головке, в которой я вижу свое отражение. Ее масть — смешение цвета земной крови и небесной лазури; лиловая персидская собака. Она хочет мне что-то сказать. Да и сам я переменился, мне уже не важно, что происходят невероятные вещи, мое рациональное сознание уже не боится этого, как не боится опрокинуться кукла-неваляшка. Да, я уже не тот, за время нашего короткого путешествие в сновидений две ипостаси Меркурия, сцепившиеся в смертельной схватке, — самка, исцелять душу, и и бульдог, — воедино. Это явление Юнг назвал трансцендентной функцией, за не удачным термином скрывается, мысль, что борьба противоположностей, если при этом не принимать чью-либо сторону, завершиться, говорили алхимики, единством противоположностей

Основное противоречие в алхимии выражается с помощью противопоставлений мужского и женского начал. В результате алхимического процесса противоположность полов может вылиться в образ гермафродита, в котором соединились признаки мужчины и женщины; образовалось новое существо. Противоположности словно произрастают из одного корня, но добраться до этого корня можно лишь внутри бутылки, герметичного сосуда. Книга «В мире сновидений» в сущности и стала таким сосудом, в котором prima materia — борьба между кровожадной и ненасытной собакой и собакой-целительницей в моем воображении (борьба, которую алхимики рассматривали как внутренний конфликт двойственного Меркурия) — подверглась обжигу, очистилась огнем и претворилась в оживший зеркальный фарфор. Новое животное приобрело человеческие черты, оно ходит на задних лапах и носит одежду. И в то же время естественные признаки сенбернара и бульдога исчезли, уступив место сюрреалистичному и архаичному образу самки, собаки, которая хочет мне что-то поведать

«Поведай всем…» Анга-бульдог хочет, чтобы о ней узнали все. О честолюбие и властолюбие, которое толкает душу на самовыражение! Без них свет бы не увидел ни одной книги, не узнал бы ни одной мысли

«Скажи Питеру…» Я тут же вспомнил о Питере, герое моей самой любимой книги в детстве, который хранит золотой ключик. Он дал маленькому мальчику серебряный ключик, которым можно открыть дверцу в кладовке своих творческих сил. Серебро, его магическое свойство отражать свет, открывает дверь в мир целительной силы и ночных кошмаров — в мир сновидений. Машина мягко тормозит. Вот я и дома.