Читать книгу - "История Швеции с древнейших времен до Первой мировой войны - Ингвар Андерссон"

а кроме того, в годы редукции образовались значительные земельные владения различных «новых людей» – среди них было немало людей, близких к королю, покровительствуемых им «секретарей» из старого и нового дворянства. Новое законодательство о найме батраков означало привлечение рабочей силы, необходимой для обработки огромных поместий. Поэтому значительной части народа редукция не принесла никакого облегчения.

Король использовал все эти вновь полученные государственные земли и налоговые поступления прежде всего на приведение в полный порядок государственного хозяйства, причем каждая сумма предназначалась для точно установленной цели. Лучше всего эти мероприятия можно проиллюстрировать историей большой военной реформы, проведенной Карлом XI. Он сознавал, что решение «проблемы мира» – в условиях напряженной внешнеполитической обстановки начала 80-х гг. XVII в. – невозможно без наличия хорошо организованной военной силы. Его основным мероприятием в этой области было распределение части полученных казной средств и имущества между армиями. Знаменитое «расселение», проведенное Карлом XI и сохранявшее свое значение в течение нескольких веков, покоилось на принципе, который и до того часто применялся в Швеции, но только теперь был последовательно и эффективно проведен. Офицеры получали от государства усадьбы для жительства и эксплуатации как часть натуральной оплаты. Рядовых всадников оплачивали за счет обычных налогов с некоторых поместий – крестьяне этих поместий освобождались от уплаты налогов государству, но обязаны были на сумму налога содержать всадников. Офицеры получали свои «дворы» в тех же районах, где жили рядовые. Благодаря связи с землей и общему местожительству кавалерийские полки отличались единством и сплоченностью. Это во многом напоминало организацию армии при Густаве II Адольфе, но при нем подобная организация не была последовательно проведена.

Точно таким же образом была организована и пехота. В основе организации пехоты лежал не принцип уплаты жалованья за счет налогов, а старый принцип обязательной воинской повинности. Но теперь, по предложению правительства, крестьянство не должно было поставлять солдат на основе непопулярных среди населения рекрутских списков, а должно было содержать профессиональных солдат, которые обычно получали еще небольшой клочок земли с «собственной избой», «спаннеланд земли [около половины шведского акра] для пахоты, участок земли для разведения капусты и маленький луг на два воза сена». Таким образом, и пехота в мирное время прикреплялась к земле и содержалась так же, как остальные войска. Эти «поселенные» солдаты и офицеры, солдатские деревни и офицерские усадьбы вплоть до конца XIX в. играли видную роль в шведском обществе. По тому же принципу, что и в армии, было проведено распределение государственных земель и доходов от налогов с целью обеспечить уплату жалованья гражданским чиновникам и другие государственные расходы. В 1693 г. король заявил на сессии риксдага об «освобождении сословий» от всех чрезвычайных налогов, за исключением старых поземельных. Таким образом, государственные финансовые дела были так или иначе упорядочены, причем большую роль здесь сыграли те излишки доходов, которые поступали из прибалтийских областей. Неограниченный монарх больше не зависел ни от согласия риксдага на взимание налогов, ни от рекрутских наборов. Король так организовал свои государственные финансы, что ему удалось добиться «идеального бюджета», который с той поры стал нормой для шведского государственного хозяйства вплоть до XIX в.

Годы с 1680-го по 1700-й были временем сравнительного благосостояния не только для государства, но и для населения, если не считать больших неурожаев и голода в 90-х гг. XVII в. Интересно отметить, что именно в это время Швеция оказалась заражена общеевропейским психозом веры в ведьм и преследования ведьм.

Население Швеции за это время увеличилось, о чем можно судить по подсчетам, произведенным в некоторых областях; например, в Нерке в 1630 г. население составляло 23 тыс. человек, а в 1700 г. оно увеличилось до 37 тыс. человек. Такой же рост населения, несомненно, наблюдался и по всей Швеции. Росту населения соответствовало и увеличение размеров обрабатываемой земли. Например, для той же области Нерке было вычислено, что размер пахотных земель в ней в 1630 г. составлял 4 % всей земельной площади, а в следующем столетии этот процент уже равнялся 5,3. Такие и им подобные подсчеты можно было сделать благодаря хорошей организации учета, о которой свидетельствуют переписи, описи земель, материалы по землемерному делу и др. Во всяком случае, мир и порядок в государственных финансах послужили Швеции на пользу. Большой спрос на зерно, который теперь появился, удовлетворялся импортом в Швецию зерна из богатых хлебных районов, для которых Рига была экспортным портом. В это время усиленными темпами стало развиваться горное дело и промышленность – этот подъем начался уже с первой половины XVII в. Шведское полосовое железо завоевало себе в течение одного столетия почетное место на европейском рынке – некоторые его сорта (железо из Даннемуры) особенно ценились как замечательное сырье для высококачественной стали. Уже в начале XVII в. экспорт шведского железа сильно вырос, с 40-х гг. до середины 80-х гг. он увеличился больше чем вдвое. Подъем продолжался и в последующие годы. Одновременно продолжался и экспорт меди, хотя удельный вес этого металла в общем экспорте Швеции несколько уменьшился. Деготь также сохранял свое значение как экспортный товар. Железо и деготь представляли особенный интерес для Англии, где леса почти исчезли и где еще не умели использовать каменный уголь для металлургической промышленности. Начиная с 30-х гг. XVII в. при содействии правительства железоделательная промышленность была организована так, что чугун, полученный в ямах и доменных печах, обрабатывался на «заводах», которых было особенно много в Бергслагене (Вестманланде, Нерке и Восточном Вермланде) и в некоторых других горных областях. Правительство покровительствовало развитию заводов вне Бергслагена, так как желало сохранить бергслагенские леса в целях получения топлива для доменных печей. Особенно большую роль в горном промысле теперь стал играть Западный Вермланд, получавший сырье из Бергслагена. Так создавались предпосылки для появления двух очень важных общественных групп в экономической жизни страны: предпринимателей и заводских рабочих.

Сознательное стремление правительства содействовать развитию торговли и промышленности можно заметить уже со времен регентского правительства при Кристине. Если Густав Ваза старался прежде всего обеспечить свое государство товарами, то теперь правительство преследовало совсем другие цели в своей торговой политике: добиться положительного торгового баланса и с помощью протекционистской политики создать в стране благоприятные условия для развития мануфактур. Это было началом меркантилизма. Меркантилизм принял ясные формы уже в 1667 г., а после сессии риксдага 1686 г. эта политика стала проводиться весьма решительно. Были введены покровительственные пошлины «с целью помочь стране добывать деньги взамен расходуемых», как писали в 1687 г.

Интерес к промышленности и торговле вызвал рост городов. Действительно, весь XVII в. был отмечен значительным ростом городов в Швеции; число их росло благодаря основанию городов по инициативе самого государства, а их население –