Читать книгу - "Рекло. Роман об именах - Владислав Дронов"

вас скопилось очень много вопросов по поводу этой задачки за прошедшее время. Возможно, так сказать, вы поделитесь уловом? Что у вас имеется?

– Имеется подросток, живущий вдали от своего настоящего дома и проживающий несколько жизней одновременно, если верить его словам. Проблема состоит в том, что его настоящий дом перемещается по лесу вместе с самим лесом. Усугубляет всё то, что местоположение дома можно узнать только во время дождя. Ещё дом этот выжигает пространство вокруг, вот даже кусочек пальца моего забрал. Пока что всё, но сегодня я нашёл ещё несколько зацепок, надеюсь, отправим завтра мы Лёника домой.

– Мы?

– Да, хочу попросить помощи у Богдана Алексеевича.

– Уверен, что он не откажет. Я тоже не останусь в стороне и помогу тебе. Василе, вы имеете дело с объектом, который изменяется под воздействием внешнего наблюдателя. Иными словами – вы не видите дом, и он перемещается. Для фиксации вам потребуется наблюдатель, на случай, если ваш юный друг не окажется в точке следующего перемещения дома. Но не моргать вечность вы не сможете, поэтому может потребоваться какое-то взаимодействие с полем объекта. Здесь уже вас может подстерегать величайшая опасность. Признаюсь честно, насчёт подобного у меня нет информации. У вас может исчезнуть рука или может произойти что-нибудь ещё хуже. Дело это не настолько важно для вашей жизни, поэтому я вас молю, не экспериментируйте. Вы здесь пребываете совсем недолго, но уже есть множество людей, которые переживают за вас. Будьте аккуратны. Это дело совсем малозначительно и не требует таких рисков.

– А мне кажется, что это дело архизначительно. У меня сердце кровью обливается. А ещё в последнее время живот сдавливает от волнения. Уверен, что у нас завтра всё получится.

– Это мы посмотрим, Василе, а сейчас пройдёмте, я провожу вас до дома. Собирается дождь.

Мы шли по новой тропинке, которая появилась здесь непонятно откуда. По дороге Ий рассказывал мне что-то про физику. Некоторые факты я знал, например историю про летчика времен Первой Мировой и пулю, которая летела с такой же скоростью, что и его самолет. Что-то звучало для меня невероятно дико. А его последние истории граничили с эзотерикой. Напоследок, он сказал мне что-то вроде: «Главное не унывайте духом и не обращайте внимания на низкие слова, которые исходят со страниц вашего дневника». Но я ведь даже не говорил ему про это. Этот человек, похоже, знает больше всех во всей станице и активно пытается мне это продемонстрировать. Мне кажется, что он знает даже решение проблемы Лёника, просто хочет, чтобы проблему решил я. Это какой-то тест?

Завтра всё решится. Пойду собираться с силами и просить Богдана Алексеевича о помощи. Нет ничего, что остановило бы меня перед тем, чтобы сделать хорошего человека счастливым, когда тот заслуживает этого.

День 8

«Кто будет рассказывать? У нас последний день здесь, а он будет валяться ещё непонятно сколько мешком картошки, постанывая, как раненная мелкая собачонка. Может хотя бы это наведет его жалкую голову на хоть какие-то мысли?».

«Когда ты уже угомонишь свой хавальник? Нудный скучный надменный чертила. Тебе вообще здесь даже близко не рады. Даже от твоих слов стоит такая вонь, что приходится нос прямо сейчас закрывать. Не появляйся здесь, тем более после того, что ты нам наговорил. Такой молодой, дали ему возможность, а он её ради какой-то дичи использует. Скройся, чмыбзик».

«Ну что же вы так, господа. Вот постоянно. Что не разговор у вас, то какая-то перебранка. Василе действительно нужен отдых, он потрясён, а читать после всего этого ваши скабрёзности – это только врагу пожелать можно».

«Дедуль, тебя сюда никто не звал. Кстати, сколько ты там живёшь? Две сотни лет? Каков результат твоего существования? Про этого алкаша я даже думать не буду. На что тратится твой потенциал? На хоббитинг на страницах дневника какого-то молодого студента? Ах, точно, ты даже не знаешь таких терминов, ведь за столько лет собственного существования ты даже не удосужился хотя бы чуточку угнаться за всеобщим прогрессом. Как там? ГРЕЕТ ЛУЧИНА?».

«Молодой человек, не повышайте на меня пожалуйста шрифт. Вы, кстати, такой же молодой, как и Василе, поэтому не вижу хоть какой-либо причины ссылаться на это. Откуда столько гнева и ненависти? Где же ваше принятие реальности? Бог даровал человечеству свободу воли и не смеет её забрать при земной жизни, так что же вы ставите себя выше? Не хочу вступать с вами в дальнейший диалог. Только если вы всё же наденете броздо и прекратите выпячивать свое эмоциональное безживотие. Из Василе, несмотря на его напуганные грубости, собеседник выходит вдвое приятнее».

«Забей ты на этого молодчавого комнатного буквенного героя. Я думаю, что он заглянул чисто нас с тобой позлить, старче. Я, кстати, не пью уже очень-очень много. Пошел нахер. Вы, кстати, заметили, что среди нас появился новенький? Вот буквально вчера он писал сюда что-то про охотников. Может, пусть он рассказывает? Или он нас ещё не умеет слышать?».

«Одобряю».

«Плевать».

«Тогда пуска..».

«Огни, скопившиеся в лесу, разгорались всё ярче. Потерянные, готовые следовать за чем угодно люди стояли и внимали с потесанных годами губ речи, далеко зашедшие за границы здравого смысла, которые становились всё слаще и слаще, едко впиваясь в сердца каждого слушателя. Ночной монолог среди сотен огней – лебединая песня человека в рясе с капюшоном. В этой длинной пафосной глоссолалии не было ничего нового, она звучит здесь почти каждую неделю. Новы были ветра судьбы, что привели в это прибежище потерянных людей доселе неизвестную в краях культа первобытного змея тень между деревьями. Дозорные здесь, словно соломенные чучела или маяки. Они лишь помогли тени добраться до сюда. Монолог подходил к концу, глава потерянных людей бился в конвульсиях вот уже несколько минут извергая из себя всё больше и больше страшных пророчеств, вычитанных им из десятка самых разных статей. Тень приближалась, извиваясь меж деревьев.

Огни начали гаснуть, люди в рясах возвращались в свои бараки и шатры. Человека в тени интересовал лишь проход в главное здание, в которое зашёл лидер культа, дабы как следует утолить свою жажду после такого яркого выступления. Человек в тени не скрывался и не крался, он двигался уверенно. Он убил в себе способность сгибать спину несколько лет назад. Каждый его шаг – клокотание грома, которое способен услышать лишь подобный ему. Нет смысла скрываться, если все вероятности этого мира на твоей стороне.

Двери в старое здание администрации, когда-то сияющего в лучах солнечного июля, детского лагеря распахнулись с невероятным гулом. Коридоры и комнаты в один миг превратились в сцену комедии дель арте. Глава культа в образе Доктора