Читать книгу - "Сохрани мгновения для друга - Алексей Черницын"

потом все быстрее Мишка подошел к Алке, обнял ее за талию и притянул к себе. Последовавший удар не имел ярко выраженную агрессивность. Скорее всего, отработали сформированными веками или даже тысячелетиями инстинкты. Но получив оплеуху, Мишка схватил брюки и, как был босиком, бросился в прихожую. Напрасно Алка что-то кричала ему вслед — он не стал останавливаться.

Наблюдавший с прилегающей территории детской площадки паническое бегство товарища Жека наметанным взглядом оценил количество предметов одежды на Мишке. Это подвигло его на последующий подвиг. Он выдержал целых полчаса и зашел в подъезд, откуда, совсем недавно, вылетел пострадавший. Жека опасался, что ему придется перебирать все выходившие на лестницу двери. Но ему реально повезло. В первой квартире никто не ответил, но уже вторая оказалась той, что нужно. На его звонок дверь открыла расстроенная Алка.

— Девушка, — церемонно обратился к ней Жека, — ко мне обратился пострадавший от Вашего, я так подозреваю, рукоприкладства человек и попросил забрать свои вещи. А он с вами больше никаких дел иметь не хочет.

Почему-то Алка решила не спорить. Не закрывая дверь, она ушла вглубь квартиры и вышла оттуда с вещами.

— Оплеуху должен был получить ты, а не Миша. Но мы еще посмотрим!

Было как-то непонятно, что было первичным. Может, звук закрывающейся двери или, все-таки, бросок Мишкиных вещей ему в лицо. А может наоборот. Но особенно рассуждать не пришлось — прилетевший вместе с рубашкой ботинок больно ударил Жеку в лицо.

Начало путешествия

В Ленинград поехали на машине. Пожилой мужчина, какой-то дальний знакомый тети Лизы и по совместительству писатель, дороги совершенно не знал. Поэтому путь проходил то по автостраде, то по улучшенным дорогам между поселками, а один раз пришлось ехать между огородов. Когда поздно вечером приехали в Ленинград, общее мнение и отношение к переезду выразил Мишка:

— Меня внизу всего сплющило и спрессовало.

Тетя Лиза немедленно утешила мужчин:

— Поплывете на пароходе, потрясет на волнах и все распрямится.

Потом посмотрела на Лену и решила добавить:

— И из плоского все станет опять выпуклым.

Она увидела испуг в Лениных глазах и полностью переключилась на нее.

— Что случилось? Все будет нормально.

— Но вы же говорили, что мы поплывем на теплоходе.

Тетя Лиза подумала и не менее чем через пару минут ответила:

— Ты знаешь, я сама не знаю. А по мне — так пароход или теплоход — какая разница?

Отъезд планировался на завтра, и пытающаяся произвести достойное впечатление тетка потащила младшее поколение по вечернему городу. Просто взяли и бросили чемоданы в камеру хранения на попавшемся по дороге Московском вокзале и пошли гулять. Не задумываясь, без страха куда-нибудь опоздать и что-нибудь забыть.

А Жека удивленно рассматривал странную пару — Лену и Женьку. Почему по жизни все происходит так странно? Допустим, идет по улице девушка — настоящий эталон. Она не просто красавица, она — естественная гармония между цветом кожи, формой глаз, стройностью ног и даже ее выступающие части тела того самого размера, который как раз и привлекает мужчин. Но вот она проходит мимо, а равнодушный взгляд, скользнув по ее фигуре, быстро возвращается обратно. И все только потому, что следом идет немного нескладная девушка, чуть-чуть лохматая и немного недотягивающая до эталонов красоты. Но зато вся такая привлекательная, обаятельная и взгляд как-то сам собою, словно по независящей от вас команде, никак не хочет отрываться от нее.

Да, а все потому, что Александровской колонной на Дворцовой площади можно только любоваться. Пропорциями, полировкой и даже, можно так сказать, ее прекрасной красотой. А вот полюбить на всю жизнь нельзя. А стоящий вокруг нее город можно. Даже с трещинами в стенах, сломанными решетками в парках и даже с этим противным запахом по укромным местам. Все-таки странная штука жизнь. Почему? Этого даже тетя Лиза не знает.

Почти к утру добрались до каких-то знакомых тете Лизе литераторов. Оставшиеся голодными на чайной диете, мальчишки даже не хотели ложиться спать. В отличие от Лены, которая уснула прямо за столом и тетя Лиза аккуратно повела перспективную медсестру в выделенную им комнату.

Когда встали, день был в разгаре. Из хозяев оставалась только бабушка, которая никак не могла понять степень родственного отношения к гостям. Пришлось покинуть квартиру пораньше и опять гулять, почти до вечера. Потом спохватились, почти поскакали на Московский и, похватав вещи из камеры хранения, ринулись к Речному вокзалу. Оказалось, что они едва не опоздали. За ними, всего через пятнадцать минут, убрали сходни, а теплоход, все-таки, не пароход, под звуки гимна великого города медленно и величаво стал отходить от причала. Вначале стали ощутимо уменьшаться в размерах постройки на берегу, потом стал изменяться угол к линии берега и, наконец, создалось и стало все больше укрепляться убеждение, что корабль бежит вдоль почти параллельных и любующихся на него берегов.

Тетю Лизу на борту встречал ее знакомый литератор. Его внешний вид и состояние позволяли уверенно утверждать, что весь день он не только читал современную литературу. Распорядитель литературного круиза почти нежно поцеловал тетю Лизу, а потом начал знакомиться с сопровождающими ее лицами. Мишке досталось лобызание в обе щеки, а Жеке — крепкое мужское обнимание. В это время взгляд мужчины случайно попал на Лену. Отбросив все сомнения и мысли, кроме одной, литератор напрямик устремился к цели. Осознав возможность контакта, Лена быстро нырнула за широкую спину Женьки. И в результате поцелуй попал в основание шеи студента. Распорядитель так и остался стоять, наклонившись головой вперед. А начинающий заводиться Женька, придерживая его за грудки, медленно размышлял, что лучше — просто вмазать литератору или аккуратно уложить вдоль стены. Но как раз в это время в глаза бросился умоляющий взгляд тети Лизы. Женька оторвал руки от чужого пиджака и стал ожидать перечня претензий. Но в ответ послышалось:

— Вот это хватка. Меня просто восхищает наша молодежь!

Неизвестно, чем еще восхищаются литераторы, поскольку этот был уведен под руки двумя и, по-видимому, более трезвыми товарищами. И тут же место ушедшего заменил коренастый мужчина в форме гражданского флота.

— А вы, мне почему-то кажется, та самая опытная медсестра, которую мне обещают несколько дней, — Лена становилась постоянным объектом нападок подходящих людей.

А Женька растерянно заметался. С одной стороны обиженный взгляд Лены требовал от него немедленного мщения за грубость — удалось бы свалить этого речника одним ударом? Но с другой стороны взывал к спокойствию повторный и опять же умоляющий взгляд тети Лизы. Ситуацию спасла сама Лена. Сумев мобилизоваться, она приняла уже увиденный