Читать книгу - "Колесница белого бога - Татьяна Морозова"

Мишку разбудил шум подъезжающих машин и множество голосов, сбившихся в крики, похожие на гомон птичьей стаи. Мальчишка разлепил сонные глаза. Селим долго, с довольно свирепым видом, расспрашивал его полночи о всяких пустяках, а потом накормил до отвала так, что Мишка уснул тут же у костра. Однако вскоре костер погас, и парень продрожал оставшиеся до рассвета часы. Лишь с появлением солнца удалось уснуть. И вот на тебе! Похоже, пришло время утреннего кофе…

Парень с удовольствием потянулся во весь рост. В принципе, жить можно. Одеяло есть, еда есть, приключение – кому рассказать, не поверят… Он вспомнил своего знакомого офицера Василия и усмехнулся. Да, в интересном положении окажется отчим, когда его, Мишку Остроумова, узника и мученика, покажут на всех новостных каналах страны! Может, даже всего мира! Общественность уж точно осудит высокопоставленного отчима: отправить несовершеннолетнего пасынка в страну, раздираемую внутренним военным конфликтом! Может, мать поймет, наконец, кто ей ближе. Этот напыщенный индюк, за которым каждое утро приезжает машина с «мигалкой». Или он, родной сын, плоть от плоти и кровь от крови…

Мишка поднялся на локте и увидел странную картину. К лагерю прибилась еще добрая десятка вседорожников. А за машинами, поднимая пыль, тянулось, как показалось мальчишке, бесконечное людское море. Чернокожие люди, в основном это были женщины, девушки и дети всех возрастов, гремя цепями, медленно приближались к лагерю. От этого дикого зрелища Мишке стало по-настоящему страшно.

Он вскочил, хотел было кинуться ближе к машинам, но его схватил за шиворот один из боевиков. Пришлось подчиниться. Рабы, а в этом уже не было никакого сомнения, подошли к месту стоянки и остановились. Пыль рассеялась. И Мишка увидел сотни две изможденных детей и подростков. Они едва держались на ногах, скованные обручами с цепью, которая не давала возможность сделать большой шаг. У некоторых женщин и подростков покрепче на руках были совсем маленькие дети…

Селим обошел ряды невольников, возле кого-то на минуту-другую останавливался, щупал тело, заставлял открыть рот, смотрел зубы. Затем началась отбраковка. Детей и женщин отрывали друг от друга, разделяя на два потока. Начался плач. Боевики криками и ударами разъединили партию новых рабов на две неравные части. Больные и обессиленные взрослые и подростки, малыши с большими рахитичными животами, сбившись в кучку, вдруг упали на колени и разом завыли. Более здоровые, подгоняемые дулами автоматов, под конвоем отправились к скалам. Смотреть на все это было невыносимо. Мишка в отчаянии стал искать глазами Марджани, но ее нигде не было…

Недалеко от мальчишки стоял Махмуд. На глаза у него наворачивались слезы. Мишка подошел к нему вплотную.

– Что это такое? – мальчишка говорил тихо, опасность витала в быстро нагревающемся утреннем воздухе.

– Дань Юга, – ответил водитель. – Черная слоновья кость. Слышал?

Мишка ощутил озноб, но теперь не от холода, а от животного страха. Вот она – правда жизни…

– А что будет с этими, которых оставили? – мальчишка кивнул в сторону несчастных, плотно прижавшихся друг к другу полуголых детей.