Читать книгу - "Домовёнок Кузя 2. Официальная новеллизация - Ира Данилова"

– А я ещё и не так могу, – подмигнул ей Кощей и засмеялся.

Он сцапал клетку с Нафаней и всё красовался перед старой знакомой, не замечая крадущуюся к нему Наташу.

– Этого с собой заберу. На память. Сувенир! Ну, несчастли́во вам оставаться!

Кощей взглянул на отражение тёмных сосен в обмелевшем фонтане, оглянулся на прощание, презрительно посмотрел на своего пленника в клетке – и не увидел совсем никого. Зато чуть поодаль заметил спрыгивающего с Наташиных добрых рук на газон ненавистного бородатого домового.

В фонтане забурлило. Вихрь водоворота с кусками чёрного мрамора со дна, брошенными туристами монетами, каркающими и галдящими птицами, не нашедшими сил отлететь подальше, и всяким мусором, собранным смерчем доселе невиданной силы, поднимался всё выше. Яга, Кузя, Орлов и Бабочкин закрыли лица ладонями, а Тихоня юркнула обратно в карман злодейшества и забилась поглубже. И никто из них не слышал в этом вое и свисте ужасной стихии, как Кощей Бессмертный сказал Наташе:

– Ах так! Какая глупая девочка! Какой глупый поступок! Ты не сестра ли родная Ивана-дурака? Сколько раз вам, людям, говорить: добрыми поступками выстлана дорога в мою темницу. Ну, пеняй на себя! Иди сюда!

Вскоре в парке всё стихло. Солнышко робко выглянуло из просвета между облаками. Тихонько зажурчали тонкие струи золотого фонтана, наполняя огромную чашу мерцающим аквамарином чистой, прозрачной воды. Золотая статуя посмотрела по сторонам, быстро наклонилась и подобрала со дна свои яблоко и веточку хлопка. Другие её золочёные подруги принялись прилаживать голову товарке по фонтану, но заметили движение неподалёку и замерли, словно никогда и не оживали.

– Во молодец, Наташенька! – щебетали Бабочкин и Орлов. – Вся в бабушку!

– Слышишь, Наташа?! – крикнула в парк Баба Яга. – Ты вся в меня! Вылезай из сирени! Встань передо мной, как героический лист перед травой! Отбой Кощеевой тревоги!

– Сдаётся мне, что она не слышит, – насторожился Нафаня.

Все переглянулись и заорали хором на весь парк:

– Ната-а-а-ша-а-а!

Но нигде не шевельнулся ни лист, ни травинка.

В безветрии и тишине теперь что есть мочи закричал один Кузьма:

– Кощей укра-а-ал! А-а-а-а-а!

– А-а-а-а! Спасать надо ребёнка! Побежали скорее! – подхватила Яга.

Все кинулись к фонтану, и Серёжа, протаранив кусты, кинулся к ним.

– Нам тру́сы не нужны, – процедил Кузя, едва успев затормозить перед самокатом.

– Я не трус, но я боюсь. – Серёжа поводил по песку носком кроссовки. – Но ради Наташи я готов побояться ещё немного.

Яга вскарабкалась на бортик фонтана:

– Вставай сюда!

Кузя вскарабкался следом, отошёл от Серёжи на пару шагов и отвернулся ото всех, скрестив ручки.

– Проходим через портал! – скомандовала Яга.

– Портал куда? – уточнил Серёжа.

– В сказочный мир, – отрапортовали хором Орлов и Бабочкин.

– А он до сих пор не верит! – хмыкнул Кузя. – А кто не верит в портал, для того его и нет. А для кого его нет, тот через него не пройдёт. А кто не пройдёт – о дно фонтана голову разобьёт.

– Молчать! – гаркнула Яга. – Разговорчики! Равняйсь! Смирно! Ать-два, левой-пра-а-вой!

Вой шестерых испуганных, но отважных огласил парк. Встрепенувшиеся мамы с колясками, бабушки с внуками и все, кто неспешно прогуливался по песчаным дорожкам, греясь на весеннем солнце, тут же услышали громкий «бульк». И лишь пустая машина с открытыми дверями и потухшей мигалкой наводила прохожих на мысли о том, что в парке что-то произошло. Впрочем, точно ничего страшного. Потому что, когда случается страшное, мигалки полицейских машин не выключают и машины не бросают. Значит, в открытое кафе снова завезли волшебное фисташковое мороженое в хрустящих вафельках. Или по парку растянулся аромат шашлыка на мангале, лучше которого не сыщешь во всей Москве. И все побросали свои дела и побежали обедать. А если так, значит, всё в порядке в этом мире. И волноваться не о чем.

Глава 14

Джинн его знает

Укоризненно, безнадёжно и отчаянно смотрел сказочный лес на вынырнувших из пугающей своей не колеблемой ни ветерком, ни мальком, ни лягушкой озёрной глади путников из человеческого мира.

– Упустили!

Яга в сердцах хлопнула себя по колену, замахнулась на Бабочкина с Орловым, но спохватилась и помахала невидимому, но слышимому в глухой чаще филину.

– Фу-фу, – ответил тот и замолк.

– Здесь Кощей ещё шустрее, охламон! – кивнула Яга.

Серёжа испуганно озирался по сторонам и прислушивался к каркающим вдали воронам да редкому скрипу не выдержавших напряжения, искорёженных сосен.

– Страшно, да? – тихо спросил его Кузя. – А ты думал, сказки только добрые бывают? Фигушки! Пострашнее твоей науки бывают сказки.

Серёжа поджал губы, отошёл от Кузьмы на пару шагов и тут же провалился одной ногой в чёрную нору какого-то внушительного лесного ползучего гада.

– Хорошо, что Великого Полоза дома нет, – заметила Яга, помогая Серёже подняться. – Может, и съели его уже, кто этого Кощея знает. Нафаня, ты помнишь дорогу к замку-то?

– Да меня тут семьсот лет не было, – буркнул Нафаня, озираясь. – Домовой я, а не навигаторный. Тропинок-то вона сколько! И все какие-то гиблые. Не знаю я, куда идти.

– Зато я всегда знаю, куда идти, – вздохнула Яга.

Все посмотрели на бабушку с интересом.

– Надо идти на авось! – махнула рукой Яга. – Авось куда-то и придём.

– А мы пойдём на север! – сказали хором Орлов и Бабочкин, вытащили компас и понаблюдали немного, как бешено крутится стрелка, показывая, видно, что север тут везде и вообще все они уже пришли, то есть приплыли.

– Правильно, – одобрил Нафаня. – Надо идти на север. Кощей любит похолоднее. Потому что его сердце – это кусок льда! Только тогда север тут везде, как ни крути.

– Это вы его со Снежной королевой путаете, – подал голос Серёжа, разглядывая придорожный столб со стрелками. – А у Кощея вместо сердца – пламенная игла. Я читал. И вот тут ещё прочитал, смотрите-ка: «Волшебное озеро – вы тут». «Логово Лешего» – это налево. «Хижина Кикиморы» направо. «Замок Кощея»! Нам туда!

– Ай да Серёжа! Ай да молодец! Вот что значит критическое мышление и внимательность! Одним словом – отличник! – похвалила Баба Яга.

– Одним словом, Кощей его первого схрумкает, – добавил Кузя. – Потому что ваш Серёжа слишком много знает.

– А тебя вообще не тронет, – кивнула Яга.

Кузя вопросительно на неё посмотрел.

– Потому что ты вредный, – объяснила Яга.

– Не вредный, а справедливый! А если кто-то слишком много выпендривается, то это не значит, что со мной что-то не так. Это значит, что с ним что-то не так! А Кузя – самый лучший в мире домовой!

Но про лучшего в мире домового никто не услышал, потому что все уже скрылись в дремучих зарослях. Кузя подпрыгнул на мшистой кочке, ойкнул и припустил следом.

* * *

– Хочешь, следом запихну? – осведомился Кощей у Тихони, запирая Наташину клетку на тридцать