Читать книгу - "Колесница белого бога - Татьяна Морозова"

Спуск обдирал кожу на руках Дэвида, делавшего безуспешные попытки ухватиться за что-то во тьме. Сопротивляться оказалось бесполезно. Он летел с бешеной, все возраставшей скоростью, ощущая, как от гула, будто в лихорадке, трясутся горы каньона. Вот на какую-то ничтожную долю секунды путь Дэвида тормознул, но уже в следующий миг он понял, что просто закончился пологий спуск, а дальше пошла невидимая в темноте, отвесная высота крутого склона. Дэвида швырнуло в воздух, как снаряд из катапульты. Описав дугу в воздухе, он упал на песчаную почву, и сознание покинуло его.

Он очнулся под палящими лучами солнца. Едва приоткрыл глаза, как острая боль пронзила все тело. «На том свете, однако, встречали бы гостеприимнее, – подумал он и мысленно возблагодарил Бога: – Значит, я живой».

Некоторое время лежал, не шевелясь и старательно сдерживая дыхание. Нужно было оценить свой физический ущерб и начинать выволакивать тело из этой дыры.

Солнце жгло израненное лицо. Дэвид сделал первую попытку приподняться, но вскрикнул – очередной болевой шок опять покрыл все темнотой.

Когда он вновь приоткрыл глаза, солнце заметно переместилось. Значит, прошло несколько часов. Дэвид с тоской заметил, как в небе над ним кружит хищная птица. Коршун это, орел? Он точно разглядеть не мог, взгляд был словно под пеленой.

Лежать посреди каньона, на дне высохшей древней реки, когда до ближайшего человека – десятки, а то и сотни километров, было смерти подобно. Впрочем, Дэвид прекрасно сознавал ничтожность шансов на выживание в сложившихся обстоятельствах. Но все равно нужно было двигаться, чтобы не стать добычей хищных клювов и когтей, располагая еще хоть какими-то силами.

Собрав всю свою волю, не сдерживая криков, Дэвид с огромным трудом перевернулся на бок, затем кое-как смог сесть. Левая нога была сломана, причем малая берцовая кость осколком вышла наружу. Нужно было срочно наложить шину.

Дэвид стащил с себя разорванные в лохмотья остатки куртки-ветровки. Порвал их на полосы и стал как можно туже обматывать ногу. Испытание оказалось не из легких. Не стесняясь голых камней и жалящего солнца над головой, он орал во весь голос, когда пришлось закручивать полотно вокруг открытой раны с торчащим, с запекшейся кровью, куском кости.

Когда процедура бинтования закончилась, он перевернулся на живот и, подволакивая сломанную ногу, пополз.

В сущности, ему было все равно, куда ползти. Высота, с которой он упал, была бы недостижима, даже если б нога уцелела. Значит, оставалось лишь двигаться по дну русла, высматривая более-менее приемлемый подъем наверх. Оттуда нужно было добраться до выступа скалы… Только вот на месте ли его рюкзак? Там, в рюкзаке, аптечка, антибиотики, болеутоляющее, бинты… Вода. Снаряжение для подъема наверх… Только так можно спастись. Только так…

Двигаться удавалось, превозмогая жгучую, застилавшую глаза холодным потом, боль. Дэвид полз, всеми силами стараясь сохранить сознание. Нужно было о чем-то думать… О чем-то постороннем…

– Караваны… проходили… по днищу этой… сухой… реки… – он с трудом выдавливал он из себя слова, не узнавая собственного голоса. – Но иногда… начинались ливни… И люди не успевали… спастись от потока… воды…

Мысль о воде отражалась спазмом во всем теле. Глоток воды – за него он отдал бы сейчас год… Нет, десять лет…

Крылатый хищник не отпускал, кружил в пустом безразличном небе, издавая предупреждающие отрывистые вопли.

– Кричи, кричи, гад… А я еще… живой…

Дэвиду казалось, что вся его прежняя жизнь – лишь короткий кинофильм о чужом человеке, увиденный когда-то. А на самом деле он весь свой век провел в сосредоточенной жестокой схватке за жизнь, он – Дэвид Томпсон – одинокий измученный человек, которому здесь, в пустыне, даже как-то претит это банальное имя. Часы превратились в годы, счет времени был потерян. То и дело впадая в забытье, мужчина уже окончательно перестал понимать – вчерашнее солнце пытает его или уже наступило завтра?

А потом он увидел себя со стороны. Совершенно отчетливо и определенно. Дэвид Томпсон, онемев от жути, замер. Его двойник, находившийся в нескольких метрах впереди, кажется, тоже остановился. Но уже через мгновение Дэвид забыл про свою чудовищно ободранную на камнях раненую ногу, забыл про жажду, стиснувшую горло, забыл про все на свете, когда разглядел, что двойник стремится к блестящей полоске воды на горизонте.

– А, черт с тобой! – сухие слова вырвались из легких. – Будь ты даже главным дэвом этих мест, мне плевать! Я доползу до воды!

Сказал и вновь провалился в черную пропасть обморока.