Читать книгу - "Искатели приключений - Гарольд Роббинс"

С того дня прошло меньше полугода. Дениз стояла в своей комнате в городском доме де Койна в Париже перед огромным трехстворчатым зеркалом и критическим взглядом рассматривала свое отражение. Поразительно, думала она, как все меняется в зависимости от того, по какую сторону прилавка ты стоишь. Когда она хотела стать манекенщицей, ей говорили, что ее бюст слишком велик. А теперь те же люди, принимая ее как клиентку, уверяют ее, что грудь у нее самой совершенной формы и как нельзя более соответствует замыслу художника. Дениз едва заметно улыбнулась самой себе.

Модельер в салоне князя Никовича чуть с ума не сошел. Актерским жестом прижав ладони ко лбу и закрыв глаза, он произнес:

— Мне видится это как очень простое темно-зеленое узкое платье, почти в обтяжку. Шея раскрыта до основания, а ниже — смелое декольте в форме полумесяца, чтобы приоткрыть эту восхитительную грудь. И юбка колоколом, с разрезом от пола почти до колена, как у китаянок. Это будет потрясающе!

Он открыл глаза, посмотрел на нее.

— Как вы думаете?

— Не знаю, я никогда не носила зеленое.

Платье вышло именно таким, каким его «видел» автор, но завершающую ноту внес в него Роберт: он преподнес ей известный всему миру изумруд барона, камень в пятьдесят каратов в форме сердечка, оправленный в мелкие прямоугольные бриллианты и свисающий с тонкой платиновой цепочки изысканной работы. Драгоценность загадочно поблескивала на ее чуть золотистой коже, покоясь в самом центре декольте, в ложбинке между грудями. Насыщенный зеленый цвет камня отражался в темно-карих глазах Дениз.

Внезапно Дениз охватило какое-то беспокойство. Она повернулась к сестре своего мужа, сидевшей в маленьком кресле у нее за спиной. Снизу доносились приглушенные звуки празднества, набиравшего силу.

— Не знаю, что такое со мной. Боюсь идти вниз.

— Не стоит беспокоиться, — улыбнулась Каролина. — Не съедят же они тебя.

Дениз посмотрела ей прямо в глаза.

— Ты не понимаешь. С некоторыми из присутствующих там мужчин я спала. Что я им скажу при встрече? Или их женам?

— Пошли их всех к черту! Я могла бы рассказать тебе такие вещи, что ты тут же почувствовала бы себя невинным ягненком.

— Возможно, но ведь я делала это за деньги. Каролина приблизилась к ней.

— Посмотри в зеркало. Знаешь, что означает изумруд? Дениз молча покачала головой.

— Его носила моя мать, — сказала Каролина. — И моя бабушка, а до нее — ее мать. То есть его носила либо сама баронесса де Койн, либо та, что вот-вот должна была стать ею. Когда отец передал камень Роберту, для того чтобы он подарил его тебе, это означало конец всей твоей прошлой жизни в той мере, в какой это касалось нашей семьи. Люди, которые сейчас находятся внизу, все до единого знают это.

Дениз почувствовала, что готова заплакать.

— Роберт никогда не говорил мне об этом.

— Ему незачем было. Для него это само собой разумеется, равно как и для всех остальных. Вот увидишь.

— Я сейчас расплачусь.

— Не нужно. — Каролина коснулась руки Дениз. — Давай-ка побыстрее спустимся вниз, пока ты и вправду не успела этого сделать. А то косметика потечет.

Через толпу гостей к Дениз подошел барон.

— Могу ли я пригласить тебя на танец, доченька?

Она кивнула, пробормотав какую-то вежливую фразу. Он взял ее за руку и провел к чуть возвышавшейся площадке для танцев. Музыканты заиграли медленный вальс, и они плавно закружились по залу. Галантно ведя ее, барон улыбнулся:

— Видишь, как хорошо я их вышколил, — они принимают во внимание мой возраст. Дениз рассмеялась.

— Ну, в таком случае им бы нужно было играть что-нибудь побыстрее!

— Нет, ни за что! — Он взглянул на нее. — Тебе нравится вечер?

— О да, здесь все как в сказке. Я никогда не знала, что жизнь может быть такой прекрасной. — Она поцеловала его в щеку. — Спасибо, папа!

— Я здесь ни при чем, все это благодаря тебе. Ведь ты вернула мне сына. — Он сделал едва заметную паузу. — С Робертом все в порядке?

Она подняла на него глаза.

— Вы имеете в виду наркотики? Он кивнул.

— Да, — ответила Дениз. — С ними покончено. Ему было нелегко, долгое время он сильно мучился, но теперь это позади.

— Я рад. Видишь, как не быть благодарным тебе?

— За это нужно благодарить не меня, а израильтян. Насчет таких вещей у них очень строго. Это они поставили Роберта на ноги.

Незаметно они оказались у входа в библиотеку, и барон увлек Дениз за собой из зала.

— Зайдем сюда, я хочу дать тебе кое-что.

Дениз с любопытством последовала за ним. От горевших в камине дров по комнате волнами распространялось тепло. Барон отпер ящик стола, потянул его на себя и извлек пачку бумаг.

— Это все твое, — передавая бумаги Дениз, сказал он.

Дениз посмотрела на листки. Здесь действительно было все: полицейские протоколы, медицинские справки, документы о задержаниях и арестах. Она была совершенно сбита с толку.

— Как вы их добыли?

— Купил. Теперь, когда документы здесь, твое имя нигде больше не фигурирует.

— Но каким образом? — спросила она. — Ведь это, должно быть, стоило ужасно дорого!

Не ответив, барон забрал у нее бумаги, подошел к камину и швырнул их в огонь. Кучка листков ярко вспыхнула.

— Я хотел, чтобы ты видела это своими глазами. — Барон повернулся к Дениз. — Та Дениз ушла навсегда. Она долго смотрела в огонь, потом обернулась:

— Ушла? Тогда кто же остался? Кто я?

— Моя невестка, — спокойно ответил барон, — Жена Роберта, которой я так горжусь.

Пройдя по коридору, Роберт зашел в кабинет отца.

— Это не оправдает себя.