Читать книгу - "Авантюристы. Морские бродяги. Золотая Кастилия (сборник) - Густав Эмар"

– Не знаю, когда мы свидимся, брат… Как ни велико мое желание поговорить с тобой, я не могу назначить тебе время нового свидания.

– Стало быть, ты намерена привести в исполнение свой план как можно скорее?

– Сегодня же вечером я отправлюсь в Пор-де-Пе.

– Так скоро, сестра?

– Я и так слишком медлила, не отговаривай меня, пожалуйста, это бесполезно.

– Раз так, я молчу, мне остается только пожелать тебе успеха, но – увы! – мне так трудно надеяться на счастливый исход.

– Я не разделяю твоего настроения. Прощай, брат.

– Прощай, сестра, – ответил он.

Они обнялись и долго оставались в объятиях друг друга. Наконец донья Клара сказала:

– Мы должны быть мужественны.

Они вышли из дома. Негр Аристид, держа лошадь маркиза под уздцы, прогуливал ее во дворе. Дон Санчо подал ему знак, в последний раз обнял сестру и вскочил в седло.

– Прощай, – сказал он прерывающимся голосом.

– До свидания! – ответила она.

Маркиз ударил шпорами, и лошадь галопом помчался прочь. Донья Клара неподвижно стояла на пороге дома и следила за всадником, пока могла его видеть. Потом она перекрестилась, вздохнула и вернулась в дом, прошептав:

– Он всегда меня любил, добрый брат!

Бирбомоно стоял в прихожей.

– Друг мой, я уезжаю, – обратилась к нему донья Клара.

Бирбомоно молча поклонился.

– Я хочу уехать сегодня же, через час, если это возможно.

– Через час все будет готово, – сказал он почтительно.

Она колебалась, потом, собравшись с духом, продолжала:

– Видите ли, мой друг, я не знаю, когда сюда вернусь, мое путешествие может продлиться дольше, чем я желала бы. Мне нужно взять с собой довольно значительную поклажу.

– Пока вы беседовали с вашим братом, я все приготовил, – ответил Бирбомоно, – вы можете ехать, сеньора, когда пожелаете.

– Все приготовил?! – воскликнула она с удивлением. – Но как же вы узнали о моем намерении, когда еще час назад я сама о нем не знала?

– Стены здесь – простые перегородки, сеньора. И невольно, вовсе не желая подслушивать, я слышал почти все, о чем вы говорили с его превосходительством.

Донья Клара улыбнулась:

– Я на вас не сержусь, Бирбомоно, потому что у меня нет от вас тайн, да я и сама хотела вам все рассказать.

– Теперь в этом нет необходимости.

– На время моего отсутствия вы останетесь здесь. Как знать, может быть, мне посчастливится вернуться в этот дом, где я пролила столько горьких слез и который сделался мне так дорог.

– Извините, – сказал Бирбомоно, внезапно побледнев, – я не совсем хорошо понял ваше последнее приказание, которое вы изволили мне дать. Вы, кажется, изъявили желание, чтобы я остался здесь?

– Да, друг мой.

– Простите, сеньора, но это невозможно!

– Почему невозможно?

– Вот уже двадцать лет, как я с вами, сеньора, и ни за что не соглашусь расстаться, когда вы решаетесь на опасное предприятие, во время которого вам больше прежнего понадобится преданный слуга.

– Но, друг мой, вы не подумали о том, что я буду жить среди врагов и что, взяв вас с собой, я подвергну вас страшной опасности.

– Извините, сеньора, я подумал об этом, но имею честь заметить вам, что там, где будем мы, находятся и другие испанцы, которые живут, не будучи тревожимы никем, с тем простым условием, что покоряются флибустьерским законам и не вмешиваются в их дела. Я буду поступать, как другие, вот и все.

– Я не знала этого. Однако я предпочла бы, чтобы вы согласились остаться здесь.

– Я уже имел честь сказать вам, сеньора, что это невозможно. Если вы мне прикажете не следовать за вами, я повинуюсь, но уеду один в Пор-де-Пе.

– Настаивать дольше значило бы не признавать вашей преданности, друг мой, но кто же будет сторожить дом во время нашего отсутствия?

– Негр Аристид, сеньора. Он смышлен, предан и честен, я дал ему все необходимые указания, вы можете полностью положиться на него.

– Если так, я сдаюсь, сделаем, как вы хотите.

– Благодарю вас за вашу милость, сеньора, – ответил старый добрый слуга, – вы очень огорчили бы меня, если бы потребовали, чтобы я расстался с вами в обстоятельствах, от которых зависит, может быть, счастье всей вашей жизни.

– Наверное, действительно так лучше, – ответила донья Клара с задумчиво. – Когда лошади будут оседланы, а мулы навьючены, предупредите меня.

Она дружески кивнула слуге и вошла в спальню, заперев за собой дверь. Перед долгим и опасным путешествием она чувствовала потребность собраться с мыслями и еще раз хорошенько все взвесить.

Бирбомоно, обрадованный последними словами своей госпожи, довольный, пошел готовиться к отъезду.

Незадолго до заката госпожа и слуга выехали из дома, оставленного под присмотром Аристида, очень гордого оказанным ему доверием, и направились в Пор-де-Пе, стараясь сдерживать своих лошадей, так чтобы приехать в город ночью, не привлекая к себе внимания.