Читать книгу - "Мифы Древней Греции: Боги - Олег Ивик"

Кирена, которая росла у Пелиона, и унес ее в Ливию, в местность, где впоследствии основал город, названный по ее имени Киреной. В этой местности Кирена и родила Аполлону сына Аристея и еще младенцем передала его на воспитание нимфам, которые дали ребенку три имени – Номий, Аристей и Агрей. Научившись у нимф заквашивать молоко и изготовлять ульи, а также выращивать маслину, он первым передал эти знания людям. В благодарность за эти столь полезные открытия облагодетельствованные Аристеем люди стали оказывать ему почести наравне с богами, как и Дионису»[1681].

В услужении у смертных

Рассказывая об Аполлоне, нельзя не упомянуть, что дважды ему пришлось побывать в услужении у смертных царей. Первый раз он вместе с Посейдоном работал на царя Трои Лаомедонта (об этом рассказывалось в главе «Водное царство времен Зевса»). Второй раз он был отправлен на принудительные работы после того, как Зевс своим перуном погубил его сына Асклепия, – в отместку Аполлон перебил киклопов, которые ковали перуны для Зевса. Владыка Олимпа возмутился и отдал строптивого бога в услужение к Адмету, правившему в фессалийском городе Феры[1682]. Аполлон оказался на удивление старательным и исполнительным слугой; Аполлодор рассказывает: «Когда Адмет царствовал в Ферах, у него в услужении находился бог Аполлон. Это было то самое время, когда Адмет сватался к дочери Пелия Алкесте. Пелий приказал оповестить всех, что отдаст дочь за того, кто сумеет запрячь в колесницу львов и вепрей. Аполлон сделал это и передал колесницу Адмету. Последний, приведя колесницу к Пелию, получил Алкесту. Во время свадьбы Адмет принес жертвы всем богам, но забыл об Артемиде. Это и было причиной того, что, когда Адмет открыл двери свадебного покоя, он нашел его наполненным клубками свернувшихся змей. Но Аполлон и тут пообещал умилостивить богиню и выпросил у Мойр следующее. Когда настанет для Адмета смертный час, он избавится от смерти, если кто-нибудь – отец или мать, или жена – добровольно согласится умереть вместо него»[1683].

Именно в результате всей этой истории и последующего вмешательства Геракла потерпел разовое, но постыдное поражение бог-Смерть Танат[1684], а по другим сведениям, сам Аид[1685].

Под стенами Трои

В битвах под стенами Илиона Аполлон принимал приблизительно такое же участие, как и другие олимпийские боги. Он выступал на стороне троянцев, и ему случилось возглавлять их войско в день знаменитого боя у ахейских судов:

Первыми сомкнутым строем троянцы ударили. Вел их

Гектор, широко шагая. И, облаком плечи одевши,

Шел впереди Аполлон со сверкающей, страшной, косматой,

Буйной эгидой в руках, которую Зевсу-Крониду

Медник Гефест подарил для ношения, людям на ужас.

С этой эгидой в руках народы троянские вел он[1686].

Во взаимоотношениях с богами, принадлежавшими к вражескому лагерю, Аполлон проявлял сравнительное миролюбие. В день, когда бессмертные вышли на битву друг с другом и Посейдон вызвал Аполлона на бой, тот уклонился от вызова.

Тут в ответ Посейдону сказал Аполлон дальновержец:

«Сам ты, Земли колебатель, почел бы меня неразумным,

Если б с тобою в борьбу я вступил из-за смертнорожденных,

Жалких, похожих на листья, людей, которые нынче

Полною жизнью цветут, плодами питаяся пашни,

Завтра – жизни лишась, исчезают. Давай, разойдемся,

В бой не вступая, а людям сражаться одним предоставим».

Так сказал и назад повернулся. Стыдился он сердцем

Руку на брата отцова поднять в сокрушительной схватке[1687].

Тем не менее именно Аполлон сыграл важнейшую роль в целом ряде эпизодов десятого года войны. Когда Агамемнон отказался вернуть Хрису, жрецу Аполлона, его дочь, взятую в качестве военной добычи при очередном набеге на окрестности Трои, тот обратился за помощью к своему покровителю.

…И внял Аполлон сребролукий.

Быстро с вершин олимпийских пошел он, охваченный гневом,

Лук за плечами неся и колчан, отовсюду закрытый;

Громко крылатые стрелы, трясясь за плечами, звенели

Вместе с движеньями бога. Он шествовал, ночи подобный.

Сев вдали от ахейских судов, тетиву натянул он;

Страшно серебряный лук зазвенел под рукой Аполлона.

Мулов начал сперва и быстрых собак поражать он,

После того и в людей посыпались горькие стрелы.

Пламя костров погребальных всечасно пылало повсюду.

Девять носилися дней аполлоновы стрелы по стану.

В день же десятый созвал Ахиллес народ на собранье…[1688]

Тогда и случилась знаменитая ссора Ахиллеса с Агамемноном, которая привела к гибели Патрокла, а потом и Гектора, и определила ход последнего года войны. Позднее именно Аполлон сразил своей стрелой Ахиллеса. Точнее, это сделал Парис (носивший второе имя Александр), но Парис был никудышным воином, и ему не под силу было сразить великого Ахиллеса, поэтому его руку направлял бог. Аполлодор по этому поводу пишет: «Преследуя троянцев, Ахиллес был поражен в лодыжку стрелой Александра и Аполлона у Скейских ворот»[1689].

И наконец, именно Аполлон наслал из воды гигантских змей, которые убили жреца Лаокоона (Лаокоонта) – троянца, протестовавшего против ввода в город деревянного коня[1690]. После того как бог таким образом явил свою волю, а жрец был посрамлен, троянцы без колебаний втащили коня в город, чем и подписали Трое окончательный приговор. Бог поступил в этой ситуации как предатель и перебежчик (хотя, справедливости ради, отметим: гневаться на своего жреца у него были давние основания[1691]).

Асклепий

Сын Аполлона Асклепий воспитывался у кентавра Хирона, который и научил его искусству врачевания[1692]. Впрочем, в те времена искусство это находилось в зачаточном состоянии, и Асклепию очень многое предстояло постигать и изобретать самому. В «Мифах» Гигина говорится: «Кентавр Хирон, сын Сатурна, первый стал лечить травами и открыл хирургическое врачевательное искусство. Аполлон первым стал врачевать глаза, третий же, Асклепий, открыл общее врачевание»[1693]. Диодор сообщает, что Асклепий «много узнал от своего отца об искусстве врачевания, а кроме того, открыл хирургию, приготовление лекарств и силу кореньев и вообще преуспел в этом искусстве настолько, что стал почитаться как его зачинатель и изобретатель»[1694].

Посох Асклепия, обвитый двумя змеями, стал символом медицины. История его такова. Однажды знаменитому врачу пришлось лечить Главка, сына критского царя Миноса. Ситуация осложнялась тем, что Главк был уже мертв – он упал в бочку с медом и задохнулся[1695]. Асклепий стоял над пациентом с посохом в руках и размышлял,