Читать книгу - "История Швеции с древнейших времен до Первой мировой войны - Ингвар Андерссон"

гг. Бессемеровский процесс в 80-х гг. начал применяться весьма широко, но еще в 1890 г. старыми способами (полосовое железо) производилось в четыре раза больше железа, чем бессемеровским процессом. Продолжал совершенствоваться мартеновский процесс. Началось массовое производство ковкого железа. Появились прокатные заводы, заводы по производству гвоздей, пил, напильников и т. д., а в 1870–1875 гг. была модернизована механическая промышленность, производившая машины, сельскохозяйственные орудия, паровозы. Начала развиваться судостроительная промышленность. В 1883 г. была основана компания «Сепаратор». Важной отраслью производства стало производство спичек. В самых разных областях страны появились мебельные фабрики, производились важные эксперименты в области получения целлюлозы, о чем более подробно будет сказано ниже. Товары текстильной промышленности начали вытеснять кустарные изделия крестьянского домашнего производства. Было основано большое количество новых акционерных обществ.

Угроза пролетаризации шведской деревни была наибольшей в первой половине XIX в.; с середины века, благодаря начавшемуся развитию промышленности, положение изменилось.

Население продолжало расти: в начале рассматриваемого периода оно составляло 4 млн чел., а в 1890 г. – 4 млн 785 тыс. чел. Но в то время как в 1870 г. 72,4 % шведского населения было занято в сельском хозяйстве и побочных промыслах, а 14,5 % – в промышленности и ремесле, двадцать лет спустя эти цифры соответственно представляли 62,1 и 21,7 %. В 1865 г. число промышленных рабочих равнялось 54 тыс., а в 1885 г. – 102 тыс. человек. Возможности применения рабочей силы продолжали возрастать. Таким образом, часть излишка населения постепенно поглощалась промышленностью. С середины века появился другой важный фактор – эмиграция в Соединенные Штаты, облегчивший обеспечение сельского населения работой, но вызвавший вместе с этим потерю большого количества молодых и работоспособных людей.

Социальная политика не поспевала за быстрыми темпами промышленного развития, рабочие не получили еще действительной возможности оказывать влияние на социальную политику, хотя они уже и начали объединяться в профессиональные союзы. Но их время приближалось. В 1874 г. Луи де Геер, во время своего пребывания на водах в Карлсбаде, встретил «известного социалиста Карла Маркса. Между приемами лечебной воды мы ходили и смотрели друг на друга, но не познакомились». В 1881 г., через семь лет после этой встречи и через два года после вышеупомянутой Сундсвальской забастовки, учение Маркса начало распространяться в Швеции в толковании сконского социалистического деятеля Августа Пальма, познакомившегося с этим учением в Дании.

С другой стороны, в 1886 г. социализм одержал верх в стокгольмском профессиональном движении, которое до того не имело определенных традиций по вопросу об отношении к политике; в том же году начала выходить газета «Сосиал-демократен» под редакцией Яльмара Брантинга и Акселя Даниельсона. Вместе с тем еще до описываемого периода возникли новые социальные проблемы, тесно связанные с развитием промышленности в Швеции. Начали обсуждаться вопросы детского и женского труда, техники безопасности, охраны труда. Особенно много по этим вопросам выступал С. А. Хедин.

В это время в Швеции появилась и новая литература. Группа радикальных и настроенных критически но отношению к общественному порядку молодых писателей («Молодая Швеция») хотела поставить ряд проблем на обсуждение в литературе, как это делалось в Дании и Норвегии. Наиболее выдающимся в этом поколении писателем, хотя и не вполне ортодоксальным с точки зрения этой группы, был Август Стриндберг, выпустивший в 1879 г. роман «Красная комната». В этом романе, в котором сочетались резкость с юмором, он обрушился с критикой на чиновников и спекулянтов. Хотя Стриндберг был связан с рабочим движением только временно, эта связь все же была заметна в его романе, в котором стокгольмский столяр выступает с обличительной речью против дам-благотворительниц из высших кругов буржуазии.

В своем большом автобиографическом романе «Сын служанки», написанном в 80-х гг., Стриндберг рисует это время как время духовного брожения не только для него самого, но и для всей страны. В своих произведениях он противопоставлял красоте, в ее традиционном понимании, истину, пусть даже безобразную, и требовал сокрушения старого во имя доступа воздуха и света. Литература этого периода, отражавшая в своеобразной форме и беспокойство и надежды того времени, в шведской истории литературы получила название «литературы восьмидесятых годов».

Однако бурная духовная и экономическая жизнь, различные стороны которой мы описали, оставила мало заметные следы в шведской парламентской жизни за первые двадцать лет после избирательной реформы. К середине же 80-х гг. в экономической и политической жизни Швеции появились новые проблемы, вызванные усилением контакта Швеции с мировой экономикой. В стране и прежде наблюдались кризисы, сменявшиеся периодами подъема экономики; и те и другие были связаны с кризисами и подъемами экономики в мировом хозяйстве. Кризис, который наступил в 80-х гг., был особенно чувствителен, так как он прежде всего поразил сельское хозяйство, и очень жестоко. В сельском хозяйстве, несмотря на развитие промышленности, все еще было занято около трех четвертей населения Швеции. Правда, кризис охватил не все районы страны. Именно в это время начался подъем сельского хозяйства в Сконе, где датские и шлезвиг-гольштейнские иммигранты в качестве помещиков и арендаторов (в Южном и Западном Сконе) усовершенствовали методы ведения сельского хозяйства. Сельское хозяйство было модернизовано также и во многих других местах. Но этих успехов было недостаточно для того, чтобы преодолеть кризис, первые признаки которого были отмечены в конце 70-х гг. и который принял тяжелый характер в середине 80-х гг.

Благодаря развитию средств связи отдаленная Швеция перестала быть отдаленной; она вступила в более тесный контакт – имевший для нее как положительные, так и отрицательные последствия – с другими странами мира. То же развитие судоходства, которое способствовало росту эмиграции в США, сделало возможным вывоз на европейские рынки зернового хлеба из отдаленных стран – и прежде всего именно из США – по ценам гораздо ниже нормальных цен в импортирующих странах. В Швецию ввозилось еще дешевое русское зерно. Около середины XIX в. шведское производство хлебных злаков целиком удовлетворяло потребности страны; мало того, Швеция в значительных размерах вывозила овес. Но с середины 70-х гг. XIX в. урожай хлебных злаков стал все менее удовлетворять растущий спрос (хотя экспорт овса продолжался еще несколько десятилетий) и стал увеличиваться импорт хлеба. А когда дешевое американское и русское зерно поступило на шведский рынок, цены на хлеб резко снизились; этот период был отмечен, кроме того, общим падением цен. Изменения на мировом рынке неблагоприятно отразились на посевах шведской ржи и пшеницы. Но уже несколько раньше начался процесс реорганизации одной из отраслей сельского хозяйства – животноводства.

Экспорт масла возрастал. Это обстоятельство несколько облегчило тяжелый сельскохозяйственный кризис в Швеции. Но начались поиски и других средств выхода из кризиса.

Второе поколение шведов, живших при правлении либералов, современники Грипенстедта, считало принцип свободной торговли нерушимым. Но под влиянием сельскохозяйственного кризиса взгляды самых широких