Читать книгу - "Битва за Россию. Хроники геополитических сражений - Леонид Ивашов"

Три геополитических центра определяют во многом мировые процессы, одновременно ведя между собой жесткую борьбу, формируют глобальные поля напряженности. Этими центрами являются Северная Америка, Европа, Китай. Они обладают потенциалами, выделяющими их в качестве мировых лидеров: самостоятельные экономические пространства с числом собственных потребителей не менее 400 млн. человек, ВВП, равным или приближающимся к 15–20 трлн. долларов, собственную мировую валюту; вооруженные силы, способные действовать в любом регионе мира, в мировом океане, в космосе; геополитическую идеологию и глобальную стратегию; собственную стратегию развития.

Прочитываются три разнонаправленных вектора движения человечества к новому миропорядку: однополярный (мир по-американски), мондиалистский (монополярный под властью денег), многополярный (мир на основе мировых цивилизаций);

• сторонники многополярного миропостроения не имеют явного духовно-интеллектуального лидера, ими не разработаны мировоззренческие основы, социальная теория, приоритеты цивилизационных целей, доктрина сохранения человечества и т. д.;

• сторонники и акторы однополярного и мондиалистского миропорядка свои доктрины и стратегии имеют, но они малореальны и катастрофичны, потому как вряд ли осуществимы без большой и кровопролитной войны нового типа.

Обобщая вышеприведенные характеристики, можно сделать вывод: человечество живет в состоянии неопределенности, страха за свое будущее, всеобщей депрессии, и отсутствия какой бы то ни было гарантии безопасности. Причина тому – состояние перманентной войны, сочетающей в себе многообразные формы противоборства во всех сферах жизнедеятельности человека. При этом, в условиях постоянно расширяющихся сфер деятельности социума, расширяется и диапазон средств и способов борьбы за контроль над ними со стороны различных сил, а глобализация придает этой борьбе всемирный пространственный характер. Сегодня на земле не ни одного спокойного региона.

Пространство является основной категорией геополитики, а борьба за контроль над пространством (в самых его разнообразных проявлениях) возведена в ранг основного закона геополитической теории.

Технологии контроля геополитических пространств и их ресурсов, по мнению специалистов академии геополитических проблем, делятся на две большие группы – панельные и точечные.

Панельным мы называем тип геополитического контроля, который позволяет осуществить абсолютное господство на большей части или во всем объеме данного пространства. Панельный контроль в географическом пространстве современного мира в его буквальной форме невозможен, но географическое пространство может абсолютно контролироваться сверхдержавой через специальные формы контроля экономического, финансового и особенно идеологического (культурно-цивилизационного) пространства. Панельный контроль части географического пространства, т. е. отдельного региона или тем более государства – дело вполне осуществимое.

Точечный контроль геополитических пространств это господство в ключевых точках данного пространства, определяющих его качество. В американской стратегии национальной безопасности, являющейся по сути геополитической доктриной США, таковыми определены: ключевые районы мира, стратегические коммуникации и глобальные ресурсы.

В географическом пространстве панельный контроль осуществляется только одним способом, и это – силовой захват, или традиционная война. Но, в результате доминирования пан-идеи либерализма и ее ключевой концепции – концепции прав человека и демократии, открытая форма силового захвата никак не может быть осуществлена современной сверхдержавой без «потери лица». Т. н. борьба с международным терроризмом, развязанная Дж. Бушем-младшим, привела к падению авторитета Америки, а значит и к утрате доверия к доллару. Б. Обаме нужно было менять тактику завоевания контроля над мировым пространством. Да и Нобелевская премия мира обязывала играть роль миротворца. К тому же число так называемых «пороговых государств», т. е. государств, реально обладающих ядерным оружием – оружием сдерживания – или находящихся на пороге его создания, экспоненциально увеличилось после распада двоичной системы одновременного существования сверхдержав Моря и Суши, что не позволяет начать агрессию против этих государств вне реальной опасности нанесения агрессору неприемлемого ущерба.

Поэтому Запад (государства под контролем финансового олигархата) освоил и успешно применяет три основных способа решения проблемы пространственного контроля:

• использование лимитрофных государств для осуществления агрессии в интересах мирового гегемона, причем в определенной степени реализуются и интересы непосредственных агрессоров;

• «гуманитарная интервенция», т. е. вооруженная агрессия под предлогом защиты прав человека или «демократизации» страны – обычно проводится в коллективной форме с использованием союзников по военному блоку НАТО для «размывания ответственности» реального инициатора агрессии. В современном мире преимущественно используется именно эта форма: контроль Балкан посредством «гуманитарной интервенции» в бывшей Югославии в 1999 г.; контроль Среднего Востока и его ядра – Центральной Азии с помощью агрессии против Афганистана в 2001 г.; контроль Ближнего Востока через войну в Ираке в 2003 г.; контроль над Северной Африкой и Магрибом посредством войны в Ливии в 2011 г., внешнего вооруженного вмешательства в Сирию, военно-силового давления на Иран;

• осуществление силового захвата в специфической форме преэмптивной войны с использованием технологий «цветных революций».

В случае Арабской весны мы видим сочетанное использование всех трех названных способов контроля ресурсов и стратегически важных коммуникаций географического пространства с преобладанием третьего.

Поясним термин «преэмптивная война», предварительно подчеркнув, что это новый тип войны XXI века. Преэмптивная война отличается от превентивной, т. е. от вооруженной агрессии, осуществляемой для ликвидации сформированной и очевидной угрозы. Сама по себе технология «преэмптивной войны» состоит из трех элементов (так в американской редакции): 1) regimechange – смена режима; 2) nationbuilding – строительство нации; 3) remakingthecountry – восстановление страны. Но так звучит в американских документах. На самом деле, и это подтверждается практикой, задачами, решаемыми в ходе этого типа войны, являются: свержение национального режима, приведение к власти в стране марионеточного правительства, переидентификация населения путем извращения истории, идеологии, замены национальной культуры искусственным суррогатом, развенчание национальной традиции, навязывание иных ценностей, и т. д. То есть, решается задача «перезаселения» захваченной страны прежними гражданами, но с измененной или уничтоженной национальной идентификацией. Как в новой «демократической» России. В сентябре 2002 г. президент Дж. Буш заявил: «США находятся в состоянии войны с террористами, которая ведётся повсюду на Земном шаре… Мы изничтожим террористические организации посредством… определения и уничтожения любой угрозы до того, как она достигнет наших границ. При всём стремлении США всегда и везде заручаться поддержкой международного сообщества, при необходимости, мы ни в коем случае не остановимся перед принятием односторонних решений и действий в целях реализации нашего права на самозащиту посредством преэмптивного действия против террористов, чтобы не дать им возможности свободно действовать против наших сограждан и нашей страны»^[40].