Читать книгу - "Ловушка идентичности - Яша Мунк"

оказываются недостаточно убедительными. Ведь те, кто настаивает, что государство не должно дифференцировать свое отношение к гражданам на основе цвета их кожи, вовсе не закрывают глаза на существование проблемы расизма. Более того, государственные программы, нацеленные на поддержку всех без исключения нуждающихся, не только оказываются эффективными, но и помогают снизить расовые диспаритеты. Напротив, методики, основанные на равенстве с учетом различий, при внимательном рассмотрении оказываются неспособны выполнить те обещания, которые и принесли им популярность. Причем наблюдается это как в теории, так и на практике.

Почему равенство с учетом различий несостоятельно как теория

Особая привлекательность принципа равенства с учетом различий в США объясняется характером исторической несправедливости в этой стране. Афроамериканцы веками страдали от чудовищного обращения. Неудивительно, что на сегодняшний день они в среднем меньше зарабатывают и владеют значительно меньшим состоянием по сравнению с белыми американцами. Безусловно, это несправедливо. Именно поэтому новое понимание справедливости было встречено с такой надеждой: казалось, именно оно поможет нам добраться до самого корня проблемы.

Однако несмотря на определенную интуитивную убедительность этой концепции, недостаточно критический взгляд на нее грозит привести к крайне негативным последствиям. Первый изъян равенства с учетом различий выявили философы-эгалитаристы, такие как Адольф Рид. Философы этой традиции, глубоко обеспокоенные сегодняшним ростом неравенства в развитых демократических странах от Германии до США, обращают внимание на то, что богатые становятся только богаче, а бедные – беднее, и считают, что остановить эту тревожную тенденцию – обязанность государства.

Казалось бы, эгалитаристы как раз должны поддерживать принцип равенства с учетом различий. Однако, как отмечает Рид и его единомышленники, эта концепция слишком далеко отходит от классического понимания равенства. Один из способов уравнять финансовое положение белых и чернокожих американцев – это выравнять ситуацию в обществе в целом, добившись снижения уровня бедности среди чернокожих. Но есть и другой способ: образовать малочисленную группу исключительно богатых чернокожих.

Марксисты вроде Рида прекрасно понимают, что второй подход к решению проблемы потребует гораздо меньших уступок от тех, кто сегодня обладает властью и богатством. Именно поэтому они опасаются, что общество попытается достичь равенства, основанного на формальном достижении паритета между двумя различными группами, что ни в коей мере не устранит реальную проблему общественного неравенства. Если в США появятся несколько десятков чернокожих миллиардеров, в то время как миллионы людей всех возможных рас останутся в нищете, для большинства населения почти ничего не изменится. Как заключает Рид: «Идеал диспаритаризма состоит в том, чтобы чернокожие и другие люди небелого цвета кожи были представлены на каждой ступени экономической иерархии примерно пропорционально их численности относительно общего состава населения». Однако «общество, в котором уравнять чернокожих и белых означает в равной мере подчинить их… правящему классу, становится не более справедливым – а просто по-другому несправедливым»[805].

Второй фундаментальный изъян равенства с учетом различий связан с так называемым «выравниванием по низшему показателю»[806] («leveling down»). Представьте себе (весьма упрощенное) общество, состоящее из двух человек. Андреа зарабатывает десять долларов, что позволяет ему жить с комфортом. Брюс получает пять долларов – ему приходится строго следить за своим бюджетом и жить от зарплаты до зарплаты. Многие сочтут эту разницу в качестве жизни несправедливой (если им не приведут убедительное объяснение, почему Андреа зарабатывает вдвое больше). Некоторые даже могут посчитать, что этот разрыв должно устранить государство. С точки зрения чистого эгалитаризма, один из способов достижения этой цели – сделать обоих беднее. Если и Андреа, и Брюс будут получать по три доллара, несправедливость исчезнет (пусть даже после этого они умрут с голода). Но действительно ли такое равенство будет являться справедливым?

Интуиция подсказывает, что если между представителями двух этнических групп существует значительная разница в уровне благосостояния, которой не находится исчерпывающего объяснения, то такое положение вещей является несправедливым. Однако политические решения, стремящиеся к достижению равенства с учетом различий, будут направлены прежде всего на то, чтобы просто сократить наблюдаемый разрыв. И один из способов достичь этого – выравнять стороны по низшему показателю: добиться, чтобы каждая из них оказалась в равно плохом положении.

Может казаться, что место таким дискуссиям – в учебнике философии. В реальном мире никто не пытается избавиться от расового неравенства, сделав всех людей одинаково нищими. Однако решение Центров по контролю и профилактике заболеваний служит разительным примером того, как чрезмерная фиксация на достижении равенства с учетом различий заглушает возражения против выравнивания по низшему показателю. Приоритет ключевых сотрудников над пожилыми людьми в отношении доступа к жизненно важной вакцине действительно позволил уменьшить разрыв между разными этническими группами. Однако, предсказуемо повысив смертность среди всех без исключения расовых групп и таким образом ухудшив общее положение, этот подход безусловно нарушил нормы морали.

Почему равенство с учетом различий не работает на практике

Помимо того, что расово чуткая политика оказывается неспособной выполнить свои собственные обещания, у нее есть и множество других недостатков. Один из них заключается в том, что люди начинают мыслить о себе в узких рамках определенного этноса или расы. В странах, где самые важные права и обязанности привязаны к определенной идентичности, люди, которые не вписываются в ту ли иную группу или отказываются отождествлять себя с группой, к которой они якобы объективно принадлежат, сталкиваются с серьезными трудностями.

В Ливане для шиитов, суннитов и христиан-маронитов действуют разные законы, регулирующие важные аспекты их личной жизни, а браки между представителями разных сообществ зачастую официально не признаются. В Индии мигрантам с определенными религиозными убеждениями отказывали во въезде в страну, а представителям других религиозных групп, напротив, упрощали получение гражданства[807]. Такие случаи не только служат примерами несправедливого отношения, но и демонстрируют, что политический подход, акцентирующий внимание на расе или религии, может стать серьезным препятствием на пути преодоления исторических разногласий.

Другой недостаток заключается в том, что меры, направленные на поддержку одной группы, обычно ущемляют интересы другой[808]. К примеру, расово чуткие правила поступления в американские университеты позволили добиться того, что критическая масса чернокожих студентов попала в престижные образовательные учреждения страны. Это действительно важное достижение. Но вместе с тем, эти меры значительно усложнили ситуацию для американцев азиатского происхождения[809]. Множество фактов свидетельствует о том, что для поступления в одни и те же учебные заведения американцы азиатского происхождения должны не только продемонстрировать результаты значительно выше, чем у своих чернокожих визави, но превзойти также и белых соискателей. Еще больше их шансы снижаются из-за того, что некоторые университеты, например Гарвард, дополнительно оценивают абитуриентов по весьма невнятным критериям[810], таким как «твердость духа»