Читать книгу - "Некоронованные короли красного Китая: кланы и политические группировки КНР - Николай Вавилов"

Главная сила семьи Е до сих пор — вовсе не участие в капитале крупных корпораций, и не контроль над политикой Гуандуна, и даже не «духовное лидерство» среди «принцев», а скорее всего, особая способность к пониманию и выработке дальнейшей стратегии развития Китая.

И если клан Е действительно возглавил приписываемый ему союз против «шанхайца» Цзяна, то это может говорить не только о серьёзных проблемах «шанхайской группы» в центральных ведомствах и своей шанхайской вотчине, но и о смене вектора внешней политики Китая, а также его финансовой активности за рубежом.

Поджечь Южно-Китайское море — русская стратегия клана Е

Ни для кого уже не секрет, что приход к власти Си Цзиньпина развернул политику Китая в Южно-Китайском море на 180 градусов. «Мягкая сила» «комсомольца» Ху Цзиньтао была «сдана в архив», на её место пришло открытое противостояние с местными державами и даже провокации в отношении США.

Если Южный Китай — это локомотив экономического развития Китая с его огромными экспортными мощностями и особой административной зоной Гонконг, чей товарооборот уже превзошёл весь российский, то Южно-Китайское море — это по сути «Средиземное море Азии»: именно через него проходят все транспортные потоки из Восточной Азии в Южную и Западную Азию, из Азии в Европу и обратно. Контроль над морем не только гарантирует первенство в Восточной Азии, но и служит первой ступенькой на пути к контролю всего Евразийского континента. Не зря уже на протяжении около 10 лет растут военные бюджеты всех стран региона, а в битву за регион готовы ввязаться не только Китай и Япония, но даже Австралия, Индия и США.

Однако за год до прихода к власти Си, когда он уже занял далеко не символическое место заместителя главы Центрального военного совета КНР, в официальных СМИ Китая появились статьи, призывающее провести серию малых войн, избежав большой в Южно-Китайском море. Дальнейшее описание причин и бенефициаров данной политики является лишь гипотезой автора и более похоже на детективную историю.

В 2011 году в издании китайских ястребов «Хуаньцюй шибао» появилась статья, написанная под псевдонимом Лун Тао, одного из аналитиков малоизвестного комитета Фонда «Китайская энергия» — «Отличная возможность применить силу в Южно-Китайском море».

Суть статьи сводится к тому, что в Южно-Китайском море расположено более тысячи платформ по добычи нефти и газа, но ни одна из них не принадлежит Китаю. В случае реализации стратегии «серии малых войн вместо одной большой» Китай, в отличие от других стран, избежит потерь, а ущерб понесут международные корпорации, которые не имеют отношения к Поднебесной, ограбленной так же, как и при неравноправных договорах в XIX веке. Война должна быть «рациональной, выгодной, сегментированной». Для победы нужно лишь «заблокировать» Вьетнам и Филиппины, при этом не стоит смотреть на опыт войн США, а ориентироваться на опыт России, «которая быстро стабилизировала ситуацию в регионе Каспийского моря в 2008 году».

Эти заявления фактически предварили будущий лозунг Си Цзиньпина о необходимости готовить армию к ведению победоносных войн. Псевдоним автора — Лун Тао — это название одной из глав китайского военного трактата «Шесть военных хитростей», который посвящён особой роли в организации войск полководцев и офицерских кадров. Лун Тао — «драконья хитрость».

Через некоторое время, в 2012 году, по поводу стратегии Китая в Южно-Китайском море на страницах «Хуаньцюй шибао» разгорелась настоящая дискуссия: бывший посол Китая при ООН, самый известный сторонник мирной политики Китая У Цзяньмин, уроженец города Нанкина, что неподалёку от Шанхая, объявил подобные статьи «близоруким национализмом», игнорирующим интересы международных корпораций. Многих китайцев потрясла смерть известного дипломата и идеолога мирного решения вопроса Южно-Китайского моря в результате автокатастрофы в 2016 году.

В ответ на заявления «миротворца» фонд «Китайская энергия» призвал бывшего посла «проснуться от галлюцинаций Химерики» — вымышленного государства США и Китая. Теперь от лица фонда говорил не «анонимный дракон», а полковник Университета Министерства обороны Дай Сюй, который на протяжении уже многих лет доказывает в своих исследованиях неизбежность войны в ближайшие 10–20 лет.

Информация о фонде крайне скудна. Известно лишь, что в состав его экспертов входит Мао Юйши, известный своим разоблачением преступлений эпохи «культурной революции» (вспомним, кто является её главным разоблачителем), а из источников финансирования известна не менее загадочная компания «Хуасинь», чей годовой оборот составляет 30 млрд юаней, что составляет примерно одну четверть оборота «Чайна Петролеум».

Нефтяная компания тут упомянута не случайно: главная задача «Хуасинь» («Вера Китая») — это охрана стратегических интересов Китая в энергетическом секторе. Генеральный директор столь успешного и малоизвестного гиганта — 37-летний… Е Цзяньмин. Информации о предпринимателе, чьё имя так созвучно с именем маршала Е Цзяньин, а возраст столь юн для руководства столь крупной корпорации, в Сети крайне мало.

Е Цзяньмин родился 5 июня 1977 года в провинции Фуцзянь, хотя корнями молодой предприниматель из Гонконга. В данный момент он не только возглавляет компанию «Хуасинь нэнъюань», одноимённый фонд, а также исследовательский институт при фонде, но и Институт китайской культуры, Шанхайский институт исследования проблем безопасности в энергетике, благотворительный фонд «Хуасинь». Не забывает Е Цзяньмин и о международных контактах, являясь советником чешского президента по экономическим вопросам. А 7 сентября 2015 года Е Цзяньмин стал особым советником Ассоциации Морского Шёлкового пути.

Основав компанию 10 лет назад (по другим данным компания основана в 1980 году, когда Е было всего три года), в возрасте 27 лет, однофамилец маршала, весьма похожий на него внешне, как указывает официальная биография, «набираясь опыта и закаляясь в трудностях», привёл компанию к обороту в 22 млрд юаней в 2014 году, введя её в список 500 сильнейших компаний Китая. Более того, это компания номер два в списке 100 самых крупных компаний Шанхая. Скупые данные не сообщают, ни какой университет оканчивал «стартапер» в нефтяном секторе, ни предыдущих мест работы, однако весьма полно описывают его трепетное отношение к проекту «Один пояс — один путь», то есть Экономическому поясу Шёлкового пути, личной инициативе Си Цзиньпина.

Политическая активность Е Цзяньмина, который занимает ведущие позиции в ряде сообществ энергетической безопасности, растёт день ото дня: сегодня можно утверждать, что «молодой миллиардер» стал одной из важнейших неформальных фигур в деле реализации инициатив Китая в рамках Шёлкового пути: советник президента Чехии с июня по август 2016 года провёл встречи с лидерами Грузии, Болгарии, Сербии и, что не менее интересно, встречу с лидером Турции Эрдоганом ровно за пять дней до попытки военного переворота в стране.^[29]

На данный момент с кланом Е в Юго-Восточной Азии может сравниться только клан Ли Куан Ю основателя государства Сингапур, который также родился в уже небезызвестном читателю городе Мэйчжоу, а также конкурирующий с кланом Е соседний клан выходцев из гуандунского Чаочжоу, самой заметной фигурой которого является миллиардер Ли Кашин.