Читать книгу - "Страж нации. От расстрела парламента – до невооруженного восстания РГТЭУ - Сергей Бабурин"

Будущее Боснии определялось в ходе равноправных переговоров трех национальных групп. Политические переговоры должны были вестись без каких-либо предварительных условий и навязывания воли одной стороны другой — равноправные переговоры сербов, хорватов, мусульман в Боснии, сербов Краины с Загребом в Хорватии. Контактная группа могла предложить всем сторонам нечто приемлемое только в случае активного участия в ней российской дипломатии.

Параллельно с ослаблением позиций российской дипломатии происходило нарастание американской активности в регионе. В результате миссии экс-президента США Д. Картера было достигнуто соглашение о четырехмесячном перемирии в Боснии, которое, однако, было нарушено уже в середине января 1995 г. мусульманской стороной. Выступая как нейтральная сила, американская дипломатия на самом деле использовала свой традиционный метод кнута и пряника. Заверяя сербов в понимании их позиции, Соединенные Штаты руками Великобритании вносили, а затем и проталкивали на заседании Совета Безопасности 14 января 1995 г. резолюцию, предусматривающую отмену символических послаблений санкций в отношении Югославии и подтверждающую резолюции Совета Безопасности № 757 от 30 мая 1992 г. и № 820 от 17 апреля 1993 г.

Россия по историческим и политическим причинам могла и должна была предложить свой план мирного урегулирования боснийского конфликта. В его основу следовало положить стремление установить прочный и справедливый мир. В феврале 1995 г., после очередного визита в зону боснийского конфликта, прежде всего в Пале и Сараево, встретившись с политиками и в Белграде, я попытался убедить своих российских коллег в том, что российский план умиротворения в Боснии должен включать:

1) незамедлительное дипломатическое признание двух новорожденных республик в Боснии — хорвато-мусульманской федерации и православной Республики Сербской;

2) нормальную связь православно-сербских и хорвато-мусульманских земель в Боснии между собой, а православно-сербских — и с СР Югославией. Республика Сербская состоит из двух частей, соединенных между собой довольно узким перешейком в районе города Брчко;

3) трансформацию Сараева в два автономно существующих города;

4) размен территорий, предусматривающий ликвидацию мусульманских анклавов (Горажде, Сребреница) внутри сербской территории. В качестве предмета торга могла выступить идея обмена территории анклавов внутри Республики Сербская на территорию, прилегающую к Сараево. Это позволяло избежать в Боснии ситуации «двух Берлинов», ибо обе части прежнего Сараева, как бы каждая из них ни была названа, могли развиваться в гармоничном единстве с остальной частью своей республики;

5) интеграцию анклава Бихач в Республику Сербскую. Если сараевское руководство исламских фундаменталистов во главе с А. Изетбеговичем занимало резкую антиправославную позицию, то генерал Абдич, контролировавший анклав Бихач на северо-западе Боснии, считал в тот период возможным сосуществование мусульманской общины с православной в едином сербском государстве. По сути, речь шла о разделе территорий, контролируемых мусульманами, между Хорватией и Сербией. Учитывая искусственность возникновения «мусульман» как нации, их славянское происхождение, языковое и этническое родство с православными сербами, путь реинтеграции представлялся исторически справедливым и практически возможным;

6) обеспечение для православно-сербского государства в Боснии выхода к Адриатическому морю. Речь идет о территориальном размене с Хорватией в районе Дубровника;

7) федеративный договор Республики Сербской с Союзной Республикой Югославия и федеративный (конфедеративный) союз хорвато-мусульманской федерации с Хорватией.

Россия была безоговорочно заинтересована в мирном урегулировании на Балканах. И первоочередными задачами российской дипломатии в этом регионе являлись:

— во-первых, незамедлительное снятие всех международных санкций против Союзной Республики Югославия, начиная с тех, которые были применены на основе резолюций Совета Безопасности ООН № 757 и 820. Снятие санкций с СР Югославия не должно было увязываться с принятием боснийскими сербами того или иного плана посредников;

— во-вторых, создание условий для поставок в Союзную Республику Югославия гуманитарной помощи, газа, нефтепродуктов и иных энергоносителей для гражданских целей в уведомительном порядке вне зависимости от решения вопроса о снятии санкций;

— в-третьих, возобновление участия Югославии в деятельности международных и региональных организаций. Авторитет и вес России позволял ускорить и снизить болезненность адаптации новой Югославии в международных структурах. Россия была обязана инициировать вопрос о признании Союзной Республики Югославия полным правопреемником СФРЮ со всеми вытекающими из этого факта последствиями;

— в-четвертых, дипломатическое признание Республики Сербской. Развитие событий на Балканах регулярно доказывало преждевременность признания со стороны международного сообщества единой Боснии и Герцеговины. Исправить ошибку следовало признанием права боснийских сербов на создание самостоятельного государства либо государственного образования в рамках конфедерации или федерации с Союзной Республикой Югославия;

— в-пятых, содействие диалогу конфликтующих сторон. Роль и значение международных посредников (Контактная группа, высокопоставленные чины различных государств) велико, но никто из них не в состоянии заменить непосредственный диалог конфликтующих сторон.

К сожалению, мои предложения официальная российская дипломатия предпочла проигнорировать, говоря об их политизированности. Время неумолимо работало против православных сербов.

О способности же западных политиков и НАТО нести мир, справедливость и безопасность свидетельствует только один пример.

В период боснийского кризиса 28 августа 1995 г. из самого Сараево был запущен 120-мм снаряд в сторону рынка Маркале. Взорвавшись на многолюдной улице, он унес жизни 37 человек, было ранено еще 85 случайных прохожих. Решением НАТО немедленно создается комиссия, которая в течение суток приходит к заключению о том, что снаряд был выпущен с сербских позиций. Предложение сербского командующего генерала Младича сформировать смешанную комиссию из специалистов ЮНПРАФОРа, российских миротворческих сил, сербской и мусульманской сторон было отклонено.

И это притом, что во взрыве на том же рынке Маркале в феврале 1994 г. (68 убитых, 200 раненых) американская комиссия также обвиняла сербскую сторону, а затем были найдены виновники на мусульманской стороне.

И это притом, что начальник штаба ЮНПРАФОРа сектора «Сараево» российский полковник А. Демуренко немедленно провел самостоятельное расследование и категорически опроверг заключение комиссии, доказав невозможность подобного артиллерийского выстрела с сербских позиций. А. Демуренко показал журналистам некоторые графики и расчеты своего расследования, заявив: «Я располагаю материалами, которые показывают, что сербы не виновны в преступлении, но сейчас я их не могу сообщить. От своих вышестоящих начальников я получил категорический приказ не давать никаких материалов после своего первого интервью, которое я дал ИТАР-ТАСС 28-го».