Читать книгу - "Страж нации. От расстрела парламента – до невооруженного восстания РГТЭУ - Сергей Бабурин"

Во-вторых, разразился скандал в «Народной партии» Г.И. Райкова, потому что они получили удар в спину от человека, на которого рассчитывали.

В результате Д.О. Рогозин оказался вне партий. Из Народной партии он выбыл, а до «Единой России» не дошел.

Как человек энергичный и находчивый, он нашел путь к самоспасению.

Д.О. Рогозин сумел вновь встретиться с президентом и заинтересовать его вариантом левого блока. Он придумал, как отколоть от КПРФ значительную часть избирателей, которые недовольны догматизмом лидеров КПРФ, которые хотели бы какую-то другую свежую альтернативу. Он доказал президенту, что такую альтернативу может предложить С. Глазьев, только что баллотировавшийся при поддержке КПРФ на пост губернатора Красноярского края. Глазьев, дескать, фигура подраскрученная, он хороший экономист с очень сильной социальной концепцией, и если его поставить во главе списка, то этот список будет иметь серьезный шанс.

Услышав в очередной раз «Ну, попробуйте», получив поддержку (и не только духовную), Рогозин со товарищи стали конструировать блок, с процессом создания которого я случайно столкнулся летом 2003 года.

Однако в этом блоке были идеи, имелись организаторы, но было мало вызывающих доверие фигур и реальных полевых бойцов. Не хватало региональных структур. Не хватало тех политиков, которые могли бы стать носителями некоего патриотического знамени. Узнав о том, что мы идем на выборы (а мы на тот момент нашли возможность получить средства на выборы от представителей национального капитала), Глазьев и Рогозин предложили мне принять участие в создании такого блока, в том числе и материальным путем. Я не стал от них скрывать, кто является основным моим спонсором. Они хорошо знали этого человека и спросили, как я посмотрю на то, что они напрямую выйдут на переговоры с ним о финансировании блока, на то, чтобы им с ним встретиться. Я не колебался:

— Идея блока ваша. Административный ресурс и поддержка Президента Российской Федерации, пусть и не официальная — тоже за вами. Поэтому я за то, чтобы все финансы, какие у нас есть, отдать в общий котел. Встречайтесь.

Они встретились, обо всем, как потом сообщили, договорились. Мы, партия национального возрождения «Народная воля», получили свою квоту мест в партийном списке.

Было очень сложно эти места согласовать. Например, я невольно обидел своего давнего соратника Н.А. Павлова тем, что настоял на включение в центральную часть списка С.А. Глотова, своего заместителя по партии, а Н. Павлова поставили во главе одного из региональных списков. По той же причине обоснованно обиделась Н.Б. Жукова. И, тем не менее, мы сформировали такой единый список трех политических партий: «Партии российских регионов», Социалистической единой партии России (СЕПР) и Партии национального возрождения «Народная воля».

11 сентября 2003 года мы с С. Глазьевым и Д. Рогозиным окончательно согласовываем партийные квоты (накануне мои партнеры получают мое согласие и встречаются с человеком, оказывавшим нам тогда вполне официально — и не впервые — основную финансовую помощь, серьезным бизнесменом и искренним русским патриотом A. Г. Ефановым, светлая ему память).

В интересах блока я же предложил меня поставить на четвертое место в списке, а вместо меня на третье поставить другого человека. Соратники удивились, но ничего не сказали. Д. Рогозин предложил третьим в список поставить В.В. Геращенко:

— Нам нужны средства, а увидев Геращенко, нам могут помочь и некоторые банкиры.

С. Глазьев предложил кандидатуру В.И. Варенникова, я его поддержал:

— Банкиры увидят Геращенко на любом месте списка. А вот нашу опору на советских ветеранов надо подчеркнуть.

Уже ехал домой, когда получил на сотовый звонок от B. И. Варенникова:

— Сергей Николаевич, это принципиально неправильно! Вы трое — сопредседатели Высшего Совета блока, вы все трое — молодые доктора наук, уважаемые политики. Вы и должны втроем возглавлять список!

— Согласен, Валентин Иванович, но для этого не обязательно всем быть в первой тройке. Если я буду третьим номером, то мы проиграем, поверьте.

— Не выдумывайте, Сергей Николаевич!

— Совершенно серьезен. Если во главе нашего блока будут Глазьев — Рогозин — Бабурин, то никто не будет называть нас официальным именем — «Родина». У нас любят аббревиатуры. А нам дадут аббревиатуру ГРоБ. «На выборы в Россию вышел ГРоБ. А кто там, в этом ГРоБу?» И все.

С трудом, но Варенникова я убедил. Мне позднее два парламентских журналиста признавались, что у них были сделаны заготовки на счет появления ГРоБа, но мы оказались предусмотрительными.

Представители ПНВ «Народная Воля» были готовы добросовестно работать в блоке и с названием «Товарищи», как его называли до нашего прихода Глазьев и Рогозин. Но мы с А.В. Фоменко как переговорщики попытались побороться за изменение имени. Главный политтехнолог Д. Рогозина Марат Гельман возражал, но сам Дима неожиданно согласился и предложил имя «Наше Отечество». Мы поддержали. После обсуждений и длительных согласований появилось итоговое: «Народно-патриотический союз „Родина“».

Первые обманы и нарушения договоренностей

С. Глазьев и Д. Рогозин стали нарушать договоренности в отношении нашей партии с первых дней существования нашего союза. Трещать по сшивным швам блок начал уже на старте.

13 сентября 2003 года прошли съезды партий, 14 сентября — конференция избирательного блока. Документы сдали на заверение списков, и во главе партийной делегации я 20 сентября улетел с партийным визитом в Сирию по приглашению ПАСВ. После возвращения 24 сентября мы столкнулись с критической для еще только рождающегося блока ситуацией.

Д.О. Рогозин, сославшись на требование руководителя Администрации Президента, вычеркнул из списка блока 12 представителей нашей партии во главе с моим заместителем В.И. Давиденко в связи с их «русским национализмом».

Владимир Иванович Давиденко, голосовавший, как и я, во второй Думе за импичмент Ельцина, доктор медицинских наук, полярник, был принципиальным политиком и мужественным русским патриотом. В 1999 году он возглавил национально-патриотический блок «Спас», который был снят с выборов. Один из главных вдохновителей и организаторов создания Партии национального возрождения «Народная Воля».

Возмущенный, я собрал 25 сентября чрезвычайный пленум с вопросом: что делать? Собрал и предложил выйти из блока, чтобы попытаться зарегистрировать свой партийный список. Начались ожесточенные споры.

Среди убранных из списка кандидатов многие были соратниками Давиденко по «Спасу», но не только они. Уж никак нельзя было отнести к «оголтелым русским националистам» моего соратника по созданию РОС в 1991 году, человека, дружбой с которым я дорожу, народного депутата России, врача Людмилу Хамитовну Бахтиярову. Она, конечно, была женщиной православной, да еще и моей землячкой из Тары, но самой настоящей татаркой. Значит, за чисткой списка стояло что-то другое.

После бурных дискуссий абсолютным большинством голосов было принято решение протест заявить, но из блока не выходить. Остановило нас от разрыва с ненадежными союзниками понимание того, что наш выход уничтожал блок, и нас не без оснований обвинили бы, что мы ликвидировали единственную пока успешную попытку объединения национально-патриотических сил на выборах. Эту позицию отстаивали С.А. Глотов, Н.Б. Жукова, Н.А. Павлов, да и многие другие члены руководства. Жаль, В.И. Давиденко обиделся и вышел из партии.