Читать книгу - "История Дании с древнейших времен до начала XX века - Коллектив авторов -- История"

реакцию у датскоязычного населения, которое было поддержано копенгагенскими либералами. Последние выдвинули требование — окончательно присоединить Шлезвиг к Дании и отделить немецкоязычный Гольштейн. Граница Дании, по их мнению, должна была проходить по реке Эйдер, отделявшей исторически Шлезвиг от Гольштейна. Осложняющим положение фактором было то, что боковая ветвь Ольденбургской династии — Августенбурги по голштинским законам имели определенные права на герцогский трон Гольштейна в случае пресечения правившей Данией и герцогствами старшей ветви Ольденбургского дома. В герцогствах стал складываться своего рода союз между немецким национально-сепаратистским движением и представителями Августенбургского дома, который фактически возглавил герцог Кристиан Август (1798—1869). Он преследовал при этом собственные династические интересы. Пытаясь договориться с родственниками, Кристиан VIII пошел на уступки, назначив младшего брата герцога Кристиана Августа принца Фридриха фон Ноэр (1800-1865) своим наместником в Гольштейне, однако его надежды не оправдались[55]. В конце 40-х годов в Дании назревал кризис, имевший две главные причины — неудовлетворенность сохраняющимися абсолютистскими порядками и обострение национального конфликта между датскоязычными и немецкоязычными подданными короля и герцога Кристиана VIII. Говорившие по-датски жители Шлезвига все чаще осознавали свою принадлежность к датской нации и все активнее выступали за полную «данизацию» северных районов герцогства. С начала 40-х годов увеличилось число их обращений к официальному Копенгагену с просьбой о поддержке.

Б. Кристенсен (1802—4882) и Й. А. Хансен (1806—1877). Худ. К. Хансен, 1864 г.

Сепаратизм герцогств вызвал в Дании движение скандинавизма, проповедовавшее культурную и политическую общность народов и стран Северной Европы. Скандинавизм был духовным течением. На Севере Европы, как утверждали адепты скандинавизма, жили народы, обладавшие общей историей и языком. Конфликты прошлого между ними они объясняли лишь политическими разногласиями. Известный поэт и литератор С. Стенсен Бликкер (1782-1848) и историк Фредерик Барфуд (1811—1896) стали проповедниками скандинавистских идей прежде всего через выходивший в 1839-1842 гг. исторический и литературный журнал «Брахе ог Идун». Сторонников скандинавизма объединило Академическое читательское общество (Den akademiske Laeserforening).

О. Леман (1810-1870). Худ. Э. Йерихау Бауман, 1848 г. Фредериксберг

Однако уже в 1830-х годах скандинавизм вышел за рамки чисто интеллектуального, академического течения. К нему начали проявлять интерес датские политики — либералы и консерваторы (А. Ф. Чернинг, О. Леман и др.), которые поддержи али тесные связи с норвежскими политиками и учеными, с одобрением относясь к известной своими либеральными принципами норвежской конституции 1814 г. Они рассматривали объединенный Север как гарантию безопасности, причем не столько против Германии, где набирало силу либеральное движение, сколько против консервативней России. Так, в 1838 г. в одной из статей либеральной газеты Кьебенхавнспостен» был выдвинут проект объединения Дании, Норвегии и Швеции в таможенный союз по немецкому образцу.

После вступления на престол Кристиана VIII в 1839 г. скандинавистское движение еще более политизировалось. Ведущая либеральная газета Федреландст» стала рупором идей скандинавизма, в частности идеи династическое унии между Данией и Швецией-Норвегией. Одним из конкретных выражении скандинавистского движения были встречи студентов трех северных стран. Одна такая встреча состоялась в Уппсале 1843 г. (скандинавистская идея единого северного государства, которое, помимо Швеции-Норвегии и Дании, включало бы еще и Шлезвиг, но не Гольштейн и Лауэнбург, т.е. идея «Скандинавии до Эйдера», находила отклик у датских национал-либералов. В этот период можно выделить два довольно близких направления в национал-либеральном движении Дании, отличавшихся лишь расстановкой акцентов. Если Карл Плуг (газета Федреландет») и Орла Леман выдвигали на первый план национальную идею, то авторы двух других газет — «Кьебенхавнспостен» и Корсар» — доказывали необходимость в первую очередь либеральных преобразований. Правительство с неприязнью относилось к обоим течениям. В 1643 г. оно запретило довольно радикальный Скандинавский союз (Skandinavisk Samfund), организованный преимущественно студентами. Однако более умеренное Скандии; веком общество (Skandinavisk Selskab), созданное копенгагенской профессурой и другими представителями интеллигенции, продолжало существовать, расширяя свои ряды.

Король Кристиан VIII. Худ. В. Марстранд, 1843 г. Фредериксберг

В конце 1845 г. в Копенгагене состоялась встреча датских, норвежских и шведских студентов. В ее организации принимало участие Скандинавское общество; власти отнеслись к встрече довольно благожелательно. На общей встрече участников, состоявшейся в манеже Кристианборга, выступил Орла Леман. Его слова «Моя родина — это весь триединый Север» отражали настроение собравшихся. По их мнению, единства можно было достичь независимо от династий и конституционных проблем. Копенгагенская встреча расширила круг сторонников идеи скандинавизма. К концу 40-х годов необходимость перемен осознала большая часть нации, прежде всего крестьянство. Датское общество все более проникалось идеями либеральной интеллигенции, выступавшей за введение конституционно-ограниченной монархии с общедатским парламентом.

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ДАТСКОГО КОРОЛЕВСТВА (1815-1847)

После утраты Норвегии и разочарований, которые испытал на Венском конгрессе Фредерик VI, приобретя лишь маленький Лауэнбург, национальной безопасности и целостности государства династии Ольденбургов какое-то время ничто не угрожало. Ведущую роль в формировании внешней политики Дании играл и сам король Фредерик VI, и министр иностранных дел Нильс Росенкранц, который в 1813—1814 гг. зачастую проявлял гораздо большую дальновидность, чем король.

После конфликта в 1813—1814 гг. датско-российские отношения довольно быстро наладились. Политика Российской империи в отношении Дании строилась на признании необходимости ее сохранения на политической карте Европы. Так, еще летом 1814 г. Александр I воспротивился попытке шведского наследного принца Карла Юхана (который был его союзником) воспользоваться норвежским кризисом и поставить вопрос о территориальном расчленении Дании. После урегулирования осенью 1814 г. норвежской проблемы русские войска под командованием Л. Л. Беннигсена начали выводиться из Шлезвига и Гольштейна.

Летом 1816 г. Дания стала членом Священного союза. В сентябре 1815 г. она заключила союзные договоры с Россией, Пруссией, Австрией и Великобританией, направленные против Франции. Дания даже принимала участие в оккупации Франции союзными войсками. Сюда в начале 1816 г. был направлен ее 5-тысячный корпус, ставка которого находилась в маленькой крепости Бушей около Валансьенна.

В 1815 г. как государь герцогств Гольштейна и Лауэнбурга Фредерик VI был вынужден вступить во вновь создаваемый Германский союз, преемник Священной Римской империи, упраздненной Наполеоном еще в 1806 г. Фактически все три немецких владения датского короля управлялись единообразно из Немецкой канцелярии в Копенгагене. Таким образом, датская монархия стала двуединой — разделенной на две части, которые именовались королевство», т.е. собственно Дания, и «герцогства». Во многих отношениях в обеих частях действовали, как и прежде, разные законы. Общими оставались казна, армия и внешняя политика. По реке Конгео, отделявшей Данию от Шлезвига, проходила до 1850 г. таможенная граница. Денежное обращение у герцогств было свое: в 1818 г. герцогства создали собственный банк в Альтоне.