Читать книгу - "Министры финансов - Александр Владимирович Пачкалов"

тем они оба отлично знали кредитное дело. И вдруг такой пост – мне! Я поблагодарил за предложение и прямо заявил, что из меня председателя не получится: в системе банковской я никогда не работал, а пост чересчур ответственный. Как выяснилось, Сталин предварительно ознакомился с моим послужным списком и теперь заметил: “Но вы окончили финансово-экономический институт, обладаете опытом партийной, советской, финансовой деятельности. Всё это важно и нужно для работы в Госбанке”. Я почувствовал себя чрезвычайно неловко: не ценю, мол, оказываемого доверия, к тому же отнимаю время у руководителей партии и правительства. Тем не менее я продолжал отказываться, приводя, как мне казалось, убедительные аргументы. Я сказал, что учился в институте на финансовом факультете, где готовят экономистов, знакомых с бюджетом и финансовым планированием, но не с кредитно-банковским делом. Сталин в ответ начал высмеивать такое деление подготовки специалистов и заметил: “И банковские, и финансовые работники проходят в основном одинаковые науки. Если и имеются различия, то только в деталях. На практике всё это можно почерпнуть из ведомственных инструкций, да и работа сама научит”. Разговор затягивался. Мы касались и других вопросов. Наконец моей “мольбе” вняли и спросили, кто, на мой взгляд, годится на этот пост. Я попросил разрешения подумать и сообщить несколько имён в течение трёх дней, что и было потом сделано. Но, судя по состоявшемуся затем назначению, обошлись без этих лиц. Вероятно, дело решили раньше. А в тот момент со мной распрощались, и только под конец беседы Сталин бросил реплику:“Ведь вы около четырнадцати лет находились на финансовой работе?” Обдумывая эту фразу по дороге домой, я решил, что вопрос ещё не исчерпан».

В 1937 году Зверев был назначен заместителем наркома финансов В. Я. Чубаря. С ним у Арсения Григорьевича сложились хорошие рабочие отношения. После того как В. Я. Чубарь был расстрелян, Зверев был назначен наркомом вместо него. После переименования наркоматов в министерства в 1946 году А. Г. Зверев стал первым советским министром финансов.

На выбор Сталиным Зверева в качестве наркома финансов, скорее всего, повлияла честность и принципиальность последнего. «Уже в начале карьеры Зверев, – как отмечал Б. Г. Фёдоров, – завоевал репутацию жёсткого и откровенного критика недостатков советской финансовой системы, что не соответствовало привычной для того времени “ура-патриотической” атмосфере. Его философия социалистической экономики сводилась к тому, что предприятия должны поддерживать режим строгой экономии, потери продукции должны быть ликвидированы, а перерасходы по зарплате он приравнивал к нарушению государственной дисциплины. В выступлениях подробно останавливался на неэффективности, нарушениях, приписках, растратах, инфляции, недостаточном количестве потребительских товаров и неудачах промышленности. В качестве причин указывал не “измену”, а небрежный бухгалтерский учёт и монополизм производителя».

Зверев вспоминал, что первое, с чем он «столкнулся, став наркомом, – беспрестанная, каждодневная критика нашего учреждения. Изучив обстановку… пришёл к выводу, что критика была справедлива. Государственная финансовая дисциплина нарушалась. Бюджетная инспекция, основной орган по осуществлению финансового контроля, не выполняла своего назначения. Наркомат уполномочили в кратчайший срок навести порядок, восстановить дисциплину». По оценке Зверева, при работе в наркомате его больше всего беспокоили кадры. Подбору новых кадров Арсений Григорьевич уделял повышенное внимание. По свидетельству современников, «Арсений Григорьевич любил сотрудников министерства, не был для них “страшным начальником”, с каждым, кто начинал там работать, беседовал, старался наладить контакт. Все, кто помнят министра, неизменно отмечают его сердечность, доброжелательность».

Работу на должности наркома финансов СССР А. Г. Зверев начал с реорганизации структуры наркомата. Были образованы три главных управления: государственного страхования, финансового контроля, трудовых сберегательных касс, – а также несколько управлений (бюджетное, валютное, госдоходов, госкредитов, налогов, планово-экономическое и др.).

Зверев стал наркомом финансов в сложный период: шёл процесс индустриализации, непрерывно рос объём средств, необходимых для оборонной промышленности. Спецификой советской индустриализации была опора на внутренние источники, а не внешние, как это было до 1917 года. Арсений Григорьевич оценивал дореволюционное развитие России как «кабальную зависимость от зарубежных держав». По его словам, «кредитные средства расходовались так, как хотелось англичанам. Англия стала не только банкиром, но и прямым указчиком при распределении русских военных заказов». Недаром В. И. Ленин подчёркивал, что русский капитал есть не что иное, как отделение всемирной «фирмы», ворочающей сотнями миллиардов рублей и носящей название «Англия и Франция». Поскольку Зверев опирался исключительно на внутренние источники финансирования индустриализации, то в его бытность наркомом организовывался регулярный выпуск государственных внутренних займов, которые размещались среди населения.

По предложению Сталина, большое внимание Зверев уделял увеличению золотого запаса страны. По воспоминаниям В. В. Деменцева, Арсений Григорьевич «предложил из всего добываемого золота 50 % класть в казну и не трогать этот запас ни при каких обстоятельствах, а 50 % направлять на покрытие необходимых расходов. Сталин такой порядок одобрил и считал золото, положенное в казну, абсолютно неприкосновенным. Текущих доходов было вполне достаточно, чтобы за их счёт покрывать необходимые расходы. Так что никто не имел права продать золото на сторону. Можно было получить лицензию на его добычу, но чтобы потом продать добытое государству».

В своих мемуарах Зверев писал, что одной из сторон его деятельности на должности наркома финансов был сфера драгоценных камней: «Знакомясь с миром драгоценных камней, я погрузился в изучение таких вопросов, относительно которых имел раньше весьма туманное представление: узнал, как ценятся разные камни исходя из их чистоты, размера и игры сложно огранённой поверхности; чем ограночные камни отличаются от поделочных, затем от камней органического происхождения (жемчуг, янтарь, кораллы) и искусственных (например, от стеклянных стразов). Узнал, как работают ювелирно-гранильные фабрики». Большое внимание уделял Зверев и технике монетного дела: «Знакомясь более основательно, чем раньше, с монетным делом, я изучил заодно машинный парк Госбанка. Требовались дополнительные средства на создание новых видов машин. Ручной труд в этой сфере больше терпеть было нельзя, а прежние машины были несовершенны».

А. Г. Звереву выпало испытание – возглавлять Наркомат финансов и в тяжёлые годы Великой Отечественной войны. Под его руководством финансовая система страны была быстро перестроена для военных нужд. Даже в столь тяжёлые военные годы Зверев не изменил своим принципам в руководстве государственных финансов и большое внимание уделял созданию резервов. В. В. Деменцев вспоминает: «Мне коллеги, с ним работавшие, рассказывали, что, когда нарком финансов А. Г. Зверев принёс Сталину государственный бюджет на 1942 год, едва ли не самый трудный в истории страны, Сталин спросил наркома: “А есть ли резервы?”»

Под руководством Зверева проходила эвакуация наркомата из Москвы в Казань. Об этом событии Арсений Григорьевич воспоминал: «Решено было все ненужные бумаги сжечь. И над Москвой поднялись в разных местах пепел и густой дым. Необходимая