Читать книгу - "Россия и война за австрийское наследство. Неизвестная война - Елена Михайловна Собко"

также оставил Прагу. Так бесславно закончилась попытка прусского короля захватить Богемию осенью 1744г. В январе 1745 года все армии, участвовавшие, в этих событиях, расположились на зимние квартиры.

Обратимся теперь к событиям, разворачивавшимся на территории Апеннинского полуострова. Почти одновременно с тем, как Фридрих II начал осаду Праги (12—13 сентября 1744 года) на Севере Италии испанцы и французы начали осаду стратегически важной крепости Кунео, принадлежащей королевству Пьемонта и Сардинии, являвшемуся союзником Австрии. Сначала «галло-испанцам» сопутствовал успех, но затем пьемонтские войска заставили их отступить и те в итоге вынуждены были оставить северно-итальянские территории, принадлежавшие Пьемонту. Пьемонт, таким образом, остался в безопасности. Подводя итог описанным событиям, можно заключить, что осенью 1744 года Австрии удалось взять верх над Пруссией в Центральной Европе, заставив прусские войска уйти из Богемии, а австрийским союзникам по Вормскому договору – изгнать французов и испанцев со своих земель в Северной Италии.

Однако в августе 1744 года другие события, также разворачивавшиеся на итальянском театре военных действий, не принесли удачу Австрии. Здесь испанские войска объединились с войсками Неаполитанского королевства, столицей которого стремилась завладеть Мария Терезия. В Италии в августе 1744 года австрийцы потерпели поражение в двух сражениях при Веллетри от испано-неаполитанских войск. Об этих событиях очень живописно повествуется в монографии Браунинга Рида. Он пишет, что австрийцы, расположившись военным лагерем на холмах Веллетри, предавались различным искушениям и соблазнам, которые таила в себе «итальянская сельская местность».[112] Итог: войско оказалось совершенно неподготовленным к сражению. Победа испано-неаполитанского войска во второй битве при Веллетри вплоть до XIX века ликвидировала австрийскую угрозу Южной Италии.

С такими итогами пришли воюющие державы к концу 1744 года. 8 января 1745 года был подписан Варшавский договор между Англией, Голландией, Австрией и Саксонией, направленный на продолжение войны. Но январь 1745г. принес новое событие, повлиявшее на ход войны – неожиданную смерть 47-и летнего баварского курфюрста Карла Альбрехта, который в 1742 году был коронован императором «Священной Римской империи» под именем Карла VII. Он принадлежал к роду Виттельсбахов и стал, таким образом, первым императором, не принадлежавшим к династии Габсбургов. Положение императора было крайне незавидным – его родная Бавария была оккупирована австрийцами, а его союзник Людовик XV не только не выполнял своих обязательств, но и всячески унижал императора (в частности, в письмах к Карлу VII он сетовал, что последний ему надоел со своими бесконечными жалобами). Складывается впечатление, что никто в Европе не принимал его всерьез, Пруссия и Франция лишь использовали его в своих интересах. «Злая судьба, – писал незадолго до смерти Карл VII, – не покинет меня до тех пор, пока я сам ее не покину, отправившись в мир иной».[113] Однако ряд историков считает, что кратковременное правление Карла VII сыграло важную роль, в частности, в истории Священной Римской империи, так как оно напомнило о том, что Империя – выборная монархия (в течение трех столетий в Империи непрерывно господствовали Габсбурги)[114] Смерть Карла VII в очередной раз изменило военно-дипломатическую ситуацию, складывавшуюся по ходу развития военного конфликта. Оно лишило Людовика XV и Фридриха II последнего шанса хоть как-то обосновать законность их действий. Ведь борьба с Австрией велась под эгидой защиты императора Карла VII и поддержания «Германской империи и ее главы». Ф.-Д. Лиштенан, анализируя этот факт, пишет: «Фридрих и Людовик потеряли алиби, оправдывавшее их действия».[115] Наследником Карла VII стал его 17-и летний сын – баварский курфюрст Максимилиан Иосиф. Колесо истории повернулось так, что Габсбургский Дом оказался в благоприятной ситуации. В марте 1745 года австрийские войска вторглись в Баварию и юный курфюрст отрекся от притязаний на австрийские владения и императорскую корону. Это было подтверждено условиями Фюссенского мира, который он заключил 22 апреля 1745 г. с Марией Терезией. Ю. Е. Ивонин считает, что этот договор означал «прощание Баварии с большой европейской политикой».[116]

Таким образом, смерть Карла VII закрыла вопрос о притязаниях на императорский престол и в сентябре 1745 г. состоялись выборы императора во Франкфурте. Римским императором был избран всеми курфюрстами (кроме Фридриха II) муж и соправитель Марии Терезии Франц Стефан Лотарингский (Франц I). Мария Терезия понимала всю важность коронации нового императора и, чтобы подчеркнуть его роль, всячески дистанцировалась от коронационных торжеств, более того скромно наблюдала над коронационным шествием с балкона одного из франкфуртских домов![117] Конечно, это был политический ход. Избрание Франца Стефана Лотарингского императором имело огромное значение, оно разрешало один из ключевых вопросов, вызвавших войну за австрийское наследство – вопрос об императорском титуле. «Наследство Марии Терезии едва уже когда-либо ставилось под сомнение после 1745 года», – подводит итог всем этим событиям исследователь Роберт Канн.[118]

Военные неудачи начала Второй Силезской войны заставили Фридриха II сожалеть о том, что он вновь вступил в военный конфликт. Король начал искать посредничества Великобритании для заключения мирного договора с Марией Терезией на условиях Бреславского мира. 26 августа 1745 года в Ганновере было заключено соглашение между Пруссией и Великобританией. Его смысл сводился к следующему. Фридрих II соглашался на заключение мирного договора без каких-либо новых преференций, а Великобритания обещала уговорить Австрию прекратить военные действия против Пруссии. Ганноверская конвенция буквально шокировала Францию. Ее союзница, Пруссия, заключает соглашение с ее злейшим врагом – Великобританией. Причиной этого было то, что Пруссия сочла, что Великобритания становится для нее более выгодным союзником, чем Франция. Как видим, предпосылки «дипломатической революции» следует искать в событиях, имевших место во время войны за австрийское наследство.

Попытки Великобритании уговорить Марию Терезию заключить соглашение с Пруссией не удались. Мария Терезия заявила, что она «скорее снимет последнюю рубашку, чем отдаст Силезию».[119] Таким образом, вопрос должен был решаться на полях сражений. Между тем, Пруссия оправилась от неудач, и военное положение Австрии вновь ухудшилось. Выше уже отмечалось, что Саксония вновь стала союзницей Австрии (в течение войны за австрийское наследство она присоединялась к разным группировкам, однако более традиционной для Саксонии была ориентация на Австрию). 4 июня 1745 Фридрих II разбил союзную австро-саксонскую армию при Гогенфридберге (на территории «прусской» Силезии) Этому сюжету посвящена картина известного немецкого художника-баталиста Карла Рёхлинга (1855 – 1920) «Атака прусской пехоты в сражении при Гогенфридберге».

Ключевым событием была победа Пруссии при Сооре (30 сентября 1745 г.), на территории Богемии. Совместным австро-саксонским войском командовал принц Карл Лотарингский, который никак не мог решиться дать сражение. Он не смог воспользоваться многими факторами, которые делали положение австрийских и саксонских войск более благоприятным (расположение войск и их численность, погодные условия и т.д.) По образному выражению одного из приближенных принца Карла Лотарингского, прусскую армию можно было взять одним носовым платком.[120] Но этого не произошло, сражение было проиграно. Далее последовали победы Пруссии при Хеннерсдорфе (в Силезии) (23 ноября), Кессельдорфе (в Саксонии) (15 декабря) Во всех этих сражениях прусской армии противостояла союзные австро-саксонские армии.[121]

То, что Пруссия объявила войну Саксонии и вторглась на ее территорию, дало еще один поворот событиям, разворачивавшимся во время войны за австрийское наследство. Мы имеем в виду позицию Российской империи, которая до осени 1745 года не определилась четко со своей внешнеполитической ориентацией в силу разных обстоятельств.[122] Будучи союзницей двух противоборствующих стран (Пруссии и Саксонии), Россия оказалась в сложном положении. Военные успехи Пруссии не могли ее не тревожить, поскольку военное поражение Саксонии привело бы к усилению прусского влияния в Польше (как известно, саксонский курфюрст был одновременно и польским королём). После различного рода колебаний и борьбы в российских дипломатических «верхах» Петербургский кабинет принял решение оказать военную помощь Саксонии. И дело было не только в Саксонии, нападение на которую затрагивало российские интересы в «польском вопросе». В российских правящих кругах, несмотря на отсутствие единства взглядов, стали все больше осознавать, каким опасным и непредсказуемым являлся германский сосед. Чего стоит,