Читать книгу - "Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников"

человеческие жертвы куда там Перуну. Но только проглянуло — и пропало. А вокруг нас уже стягивалось кольцо снежкиных братиков.

— Говорят, брат-Левша, ты оглоблей махать мастак? — припомнил я. Раз уж сам Мороз сказал, что кузнец не так уж силён. — Надо?

— Давай!

Я перекинул ему припасённое под амулетную заготовку относительно тонкое бревно.

Вот теперь повеселимся!

Алекс Амакава. В гостях у Мороза Ивановича

Кошка даже не хихикала, она откровенно ржала — куда там лошади. Что не помешало ей напитать моё тело демонической маной. Всё-таки у людей и сильных духов слишком разный запас прочности, чтобы махаться кулаками. Но частичная трансформация, которую обеспечивает наша с Химари связь — эту разницу полностью нивелировала. Эх, раззудись плечо, размахнись рука!

Первого нападавшего, этакого тощего мужика с длинными седыми волосами, я поймал на противоходе. И со всей заёмной дури, усиленной Паромом, вбил ему кулак в центр груди! А вот нечего в бронированном нагруднике лезть, когда остальные в обычной одежде. Металл разлетелся свистящими осколками, а та часть, что оказалась у меня под пальцами — вошла в демонический организм. Недоделанный Тони Старк отправился в свой первый полёт парадоксальным образом без костюма.

Второго и третьего унесло ударом импровизированной оглобли. Может, как боец Левша уступал морозным отпрыскам — но удар у него был поставлен что надо. А самого хитрого, решившего напасть сзади, ласково приобнял Михайло Потапович. Обнял, приподнял, сжал словно гидравлический пресс. В общем, дурная была затея.

Моим следующим противником оказался крепкий широкоплечий мужик. Он не спешил нападать, наступая медленно и разведя руки — как будто боялся, что я увернусь. Кисти его рук отчетливо светились морозно-белой энергией.

— Мужик, одумайся, — честно предложил я ему, выпуская когти и встряхивая кошачьим ухом. В ответ получил кровожадную ухмылку. Ну, сам напросился. Судя по всему, он даже не предполагал, что у меня получится так ускориться. Замахи прошли сверху, мои когти располосовали ему живот. Помня про «не калечить» не стал бить в промежность. Но и так кошачьи когти не просто нанесли раны — для S-класса это фигня — а в момент реза слили некоторое количество энергии из-за наклона когтей в сторону от Главной тройки мерностей.

Эффект превзошёл все ожидания: с едва ли не ультразвуковым визгом громила отпрыгнул назад, сбив кого-то спиной как кеглю. В глазах его, направленных на меня, плескался первобытный ужас. Что, скушал?

— Буран! Буран!!! — среди сыновей генерала Мороза оказалась женщина. Неужто ещё одна дочь? Даже не слышал про такую. — Ты его покалечил, человечек!

Из-за диких звуковых эффектов драка приостановилась, а после прозвучавшего обвинения — и вовсе закончилась. Генерал сам двинулся к своему сыну, другие дети с поклоном освобождали ему дорогу.

— Так «человечек» или «покалечил»? — спокойно спросил я, одновременно едва заметным движением головы показал союзникам «нет». Левша и медведь сразу же успокоились.

— Ты поплатишься!!! — размазывая по лицу слезы, закричала мне она. Вот это экспрессия! Явно ж переигрывает.

— Это Оттепель, известная обманщица, — вполголоса объяснил мне кузнец. Я только покачал головой, оценивая метафоричность происходящего. Напинал Бурану и пришла Оттепель, прям логично. — Вроде как она сама прибилась к генералу, сказала, что незаконная. Тот почему-то поверил.

— Он словно нутро из меня выдернул! — рядом с отцом помянутый дух холода быстро пришёл в себя.

— Поверь, если бы я из тебя нутро выдернул — ты бы этого не пережил, — с недоброй улыбкой уведомил я побитого. — Говорю так уверенно, потому что проверял. А тут всего лишь небольшая липосакция. Бесплатно, хех.

Генерал Мороз посмотрел на меня без прежней спеси, скорее задумчиво. А вот Оттепель почему-то решила выступить, как говорится, на все деньги.

— Отец! Покарай, покарай этого!!! Преврати в ледяную глыбу!

М-м-м, мне показалось — или стерва пытается рассорить Мороза Морозовича и Мороза Ивановича?

Не знаю, чем бы тут всё кончилось, но тут в зал ворвались те, о ком мы все совершенно забыли. Жених и невеста!

— Ты как посмел сюда явится-а-а?! Испортить мне свадьбу вздумал?! — Снегурочка всего лишь отвесила своему папочке пощёчину. Кольцевая ударная волна, видимая от наполняющих её снежинок, раскидала её братьев как будто те ничего не весили. Оттепель отбросило мне под ноги. Самого меня не сдуло: сила хозяйки Сердца мира, здесь, в непосредственной близости от её средоточия, могла и не такое сотворить. Левша ловко упёрся подаренной «оглоблей» и не упал, хоть и отъехал вместе с медведем почти к трону Мороза-старшего. Генерал тоже устоял — только голова дёрнулась. Но на щеке остался серебристый след изящной девичьей ладони.

Оттепель слегка контузило, во всяком случае она не поняла, что буквально опирается на меня спиной. Воздушно-снежный удар привёл её одежду в беспорядок, оголив плечи и открыв неплохой вид сверху на её грудь.

— Я с ней поговорю, потом, — кошка видела в поверженной прежде всего кусок мяса. Вернее, кусочек. — Поставишь метку?

Эх. Чего не сделаешь, когда просит любимая женщина. Оттепель вздрогнула и мгновенно пришла в себя, когда мои удлиннившиеся клыки прокусили ей плечо. Ранки мгновенно зажили, но дело было сделано: на аякаси теперь стояла охотничья метка Химари.

— Лучше молчи, — шепнул я ей в ухо и распрямился.

— …Жизнь мне портить и дальше вздумал?! — тем временем не сдерживаясь орала на отца Снежка. — Выжил меня на Поверхность, теперь и свадьбу решил сорвать?!

— А ну, не смей мне перечить! — заорал в ответ Мороз Морозович. — Решила со смертным судьбу связать? Так пусть докажет, что достоин! Моё право! Я даже разрешу ему себя первым ударить. Ну, где ты там, жених?

А Иван же стоял рядом. И не стал ждать второго приглашения. Проклятье!

Я едва едва успел перехватить руку Распутина, уже замахнувшегося ударить открывшегося генерала. Причём сынок оказался только чуть слабее отца, Мороза Ивановича — почти успел среагировать на мой рывок. В итоге я оказался между противниками, держа каждого за запястье вскинутой руки.

— Снежка, ты чего удумала? — искренне возмутился я. — Сама себе решила жизнь сломать? Видеть в муже отцовскую фигуру — это вроде как нормально, но не настолько же!

— А что мне оставалось делать? — со слезами спросила она меня. — Отец бы от нас не отстал. А так было бы как он сам хотел: чтобы дочь за равного по силам вышла. Ты вот живешь, совершив подобный захват — и ничего.

— Что происходит? — генерал даже не стал вырывать у меня руку, прислушался к нашему разговору.

— Мороз Морозович, ты проиграл, — сообщил я ему. — Стоило Распутину тебя коснуться — и он бы сделал тебя частью себя. В