Читать книгу - "Обратная сторона Моссада. Признание израильского разведчика - Виктор Джон Островский"
Он сказал, что, по мнению Эфраима, теперь, когда лондонская резидентура обделалась, следующий на очереди — Париж. Он сказал также, что лондонская резидентура следующие месяцы будет работать на одной конспиративной квартире, а не в посольстве, потому что они не хотят посылать еще одну ораву оперативных офицеров за один раз. Они будут делать это постепенно. Они считают, что резидентура будет восстановлена к январю 1989 года.
Мы поговорили о том, о чем следует говорить французам и как мы должны установить контакт.
— Я думаю, ты должен это сделать, — сказал я Эли.
— О чем это ты говоришь?
— Ты ведь говоришь по-французски, не так ли?
— Да.
А я нет. Я позже позвоню Эфраиму и скажу, что я думаю. Я имею в виду, какая разница, если ты с ними поговоришь?
— Ты сошел с ума, — сказал он, но я заметил в его голосе какую-то угнетенность.
В тот же день я поговорил с Эфраимом, и он объяснил, что это равно смертной казни, если они схватят Эли, потому что он на активной службе. Это будет намного хуже, чем, если бы они поймали меня. Я, в конце концов, уже вне организации. Его объяснение было не совсем верным, но так как я заговорил об этой идее, только чтобы уколоть Эли, то я согласился с Эфраимом. Но я сказал ему, что не хочу больше ни о чем говорить с Эли.
В среду, 6 июля, я позвонил во французское посольство в Вашингтоне и поговорил с ответственным за вопросы безопасности. Для меня это уже стало к тому времени привычной процедурой. В конце недели он прилетел ко мне из Вашингтона. После многочасового разговора он сказал мне, что вернется, но хотел бы узнать, не готов ли я совершить короткое путешествие во Францию.
28 июля я прилетел в Париж и был встречен в аэропорту очень приветливым французом, похожим на французского актера Бурвиля. После получения багажа он проштамповал мой паспорт в маленьком бюро сбоку от основного выхода и повез меня на своем «Рено» в город. Я жил в отеле «Jardin de Eiffel» возле полицейского поста. До Эйфелевой башни от маленькой, но милой гостиницы, названной ее именем, можно было дойти пешком.
Всю следующую неделю меня регулярно забирали из отеля и везли в дом за пределами города, похожий на заброшенный офис. Поездка длилась тридцать минут. Здание принадлежало маленькой станции подслушивания вблизи Сарселя, недалеко, как я узнал, от имения мадам Помпадур. Поездка походила на «американские горки». У нас в Израиле, где я вырос, вождение автомобиля относится к числу боевых искусств, но то, что я пережил здесь, было полным безумием.
В «крестьянском доме» я проводил день с «Бурвилем» и тремя другими мужчинами. Они все были сотрудниками французской разведки DGSE, прозванной французами «Бассейном». Они были весьма вежливы и, очевидно, еще до моего приезда подготовили список вопросов. Каждый день в одно и то же время мы делали обеденный перерыв, проходили к станции подслушивания, где чудесно обедали в маленькой элегантной столовой. Комендант станции почти регулярно присоединялся к нам, и ежедневное открывание винных бутылок стало постоянной церемонией. За эту неделю я особенно сдружился с одним из хозяев, который после моего отъезда должен был стать моим связником. Из-за того, что мы оба курили больше, чем все остальные, он получил прозвище «Сандрье» («Пепельница»).
Сначала мы прошлись по плану Моссад с его различными отделами. Многие отделы они уже знали, но некоторые вызвали их особое любопытство. Прежде всего, их заинтересовали отделы «Комемиуте»[44] и «Цафририм».
Они быстро разобрались в организационной структуре и поняли логику ее графического отображения, которая, должно быть, была похожей и в других организациях. Им было трудно понять, что в Моссад нет четко разграниченных отделов. Но через некоторое время они заметили по количеству и качеству сведений, которые я им сообщал, что в Моссад такого разграничения действительно не существует.
Почти весь второй день мы провели за фотографиями людей Моссад. Тут я узнал, что Муса дислоцируется в Бельгии, в Брюсселе. В их книгах было столько сотрудников Моссад, что я почувствовал себя как голым. Здесь была фотография Орена Риффа, который с другими сотрудниками Моссад шел по улице. У всех троих не было мельчайшего подозрения, что за ними наблюдают. Я спрашивал себя, с кем они хотели встретиться и скольких агентов и добровольных еврейских помощников «засветили» во время своего посещения Парижа. Кроме того, была целая стопка фотографий, снятых перед зданием Моссад в Тель-Авиве. Фотографии делились на группы. Вот, например, фото человека, входящего в бюро на Бульваре Царя Саула, затем его увеличенное лицо, и, наконец, фотография с паспорта с дипломатическими документами.
Они знали больше сотрудников Моссад, чем я. Я запомнил, как «Пепельница» сказал мне, шутя: — Посмотри-ка. И он показал на список дипломатов израильского посольства и сравнил его с фотографиями и личными досье. — Израиль одна из немногих стран, который посылает в посольство так много пожилых людей в ранге атташе. За каких идиотов они нас, собственно, держат? Нежели они действительно думают, что мы этого не видим?
— Им просто нет до этого дела, — сказал я, и это действительно было так. Им до этого не было дела. Казалось, что это доставляло им удовольствие. У меня с языка сорвался вопрос: — Если Вы так много о них знаете, как могло так случиться, что Вы ничего не предпринимали?
Потому что, насколько нам известно, те, кого мы знаем, делают не много. Видаль, шеф резидентуры Моссад, почти не бывает в стране, а новый человек, Аарон Б. занимается только еврейской общиной. А ее мы не хотим раздражать.
Всего они распознали более пятидесяти сотрудников Моссад вместе с их местами дислокации, в том числе и в других посольствах в Европе. Только о кооперации между Моссад и «Action directe» и фашистскими элементами во Франции они ничего не знали, и им это очень не понравилось.
В конце недели показалось, что они узнали от меня все, что они хотели узнать. Я знал, что сообщил им намного меньше, чем до того рассказал англичанам, просто потому, что в обращении с Моссад французы были намного недоверчивее и подозрительнее. Я знал, что они не будут устраивать большое шоу, как англичане, но тихо и осторожно подрежут Моссад крылышки.
Только в последний день я вспомнил, что ничего не говорил еще им о деньгах за мою помощь. Они пообещали подумать над этим и на следующий день передали мне в аэропорту конверт с тремя тысячами долларов.
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим впечатлением! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Оставить комментарий
- Гость Ирина28 октябрь 10:35Мачеха для четверых и ни одной инструкции - Александра КаплуноваБольшое спасибо за книгу, очень понравилась, автору вдохновения
- Тата15 октябрь 06:48Любовь через развод - Женя ГромоваНе понравилось. Для 28 лет, да ещё и завуча школы, героиня слишком тупая..
- Вероника08 октябрь 13:31Моя истинная попаданка - Наталья БулановаЗдравствуйте.Прочитала с интересом о том что можно разделить себя чтобы не терять две цели и к чему это может привести. Единственное что не понравилось это то что
- Гость Елена22 сентябрь 22:55Академия Сердцеедов. Обман - Полина ВерховцеваВсе три книги Полины Верховцевой понравились, спасибо большое автору и за возможность прочитать полностью.







