Читать книгу - "Дитя эпохи и другие действующие лица - Александр Николаевич Житинский"

некоторые комбинации давали удивительный эффект. Лифт возил меня туда-сюда, но все время чуточку недоезжал или переезжал. Мастер совсем замотался, бегая за мной. Присоединились и некоторые жильцы, которые подсказывали счастливые номера. Наконец какой-то мальчик угадал. Меня вынесли из лифта с опухшим от надавливания на кнопки носом.

– Творческая у вас профессия, – сказал я мастеру. – Все время что-то приходится придумывать.

– Да, – сказал он, вытирая лоб кепкой. – Беготни только многовато… Подпишите квитанцию. Кстати, с вас причитается.

И я заплатил ему за честную и добросовестную работу.

Развод

Рыбаков решил развестись.

Вообще, это делается очень просто. Было бы желание. Подаешь заявление, вносишь определенную сумму, и привет! Но Рыбаков интеллигент и, кроме того, научный работник. Он ко всему подходит творчески. Поэтому он начал с прецедента.

– Петя, ты никогда не разводился? – спросил он как бы между прочим.

– Нет, – сказал я.

– Жаль, – вздохнул Рыбаков и снова углубился в свои приборы.

– А что? – заинтересовался я. – Если тебе очень нужно, то я могу попробовать. А потом расскажу.

– Мне нужно срочно, – сказал Рыбаков и с ненавистью посмотрел на портрет киноактрисы Чурсиной над моим столом. Видно, ему очень надоели женщины.

И он постепенно начал рассказывать. Главное – это его не спугнуть. Рыбаков очень обстоятельный человек. Всякие подробности, сопутствующие излагаемой информации, он включает в текст. Получается примерно следующее:

– Ты когда-нибудь видел подвесной мотор «Волна»? Я его купил этим летом и привез к дядьке. Дядька у меня в Белоруссии, у него три сына. Между прочим, охотники. Как-то раз мы с ними ходили на кабана…

Далее пошел рассказ про кабана, который я опускаю. К разводу он не имеет никакого отношения. В самом конце истории про кабана впервые промелькнуло слово «жена». Я стал слушать внимательнее.

Но Рыбаков опять свернул на какие-то мерёжи и донки, которые нужно ставить, оказывается, с умом. Он мне все про них рассказал. Развод окончательно затерялся во всех этих рыболовных снастях.

– Слушай, Саша, – сказал я, когда до конца работы остался час. – Давай переходи к разводу. А то я домой уйду.

– К какому разводу? – удивился Рыбаков. Но тут же вспомнил и помрачнел. – Так просто непонятно будет. Одним словом, решил развестись.

– Ты жену предупредил? – спросил я.

– Нет, – сказал Рыбаков. – Я решил сначала статистику навести.

– Так ты ей скажи, не теряй времени. Чем раньше скажешь, тем раньше разведешься.

– А как сказать-то? – уныло спросил Рыбаков.

– А как мне говорил, – посоветовал я.

Рыбаков задумался и думал до конца рабочего дня. Потом он надвинул шляпу на очки, что-то пробормотал и пошел домой. А я с интересом стал ждать, чем это дело кончится.

– Ты знаешь, ни черта не получилось, – сообщил Рыбаков утром.

– Почему? – удивился я. – Ты ей про мотор сказал?

– Сказал.

– А про кабана?

– И про кабана.

– Ничего не понимаю! А про донки, мерёжки, мормышки?

– Нет, про мормышки я не успел, – сказал Рыбаков. – Она в ванную ушла.

– А ты?

– Я пошел за ней. А у нас ванная, кстати, не такая, как у всех. Когда делали дом, то там вышла какая-то чача с проектом…

И он рассказал мне про чачу с проектом.

– А жена?! – закричал я.

– Да она, понимаешь, включила стиральную машину. Я сам себя не слышал.

Я посоветовал Рыбакову в следующий раз рассказывать с того места, где его прервали. Чтобы не повторяться лишний раз. Иначе он не разведется. Рыбаков донимал жену примерно неделю. А по утрам донимал меня, рассказывая все, что он сообщал жене по вечерам. Причины развода были, видимо, очень серьезны. Рыбаков уже сложил небольшую сагу, а разводом пока не пахло.

Наконец он явился на работу совершенно убитый.

– Ну что?! – завопил я. – Дело в шляпе?

– Куда там! – махнул он рукой. – Она сказала, что подаст на развод. А что я ей плохого сделал?

– Ну и прекрасно, – сказал я. – Все-таки ты своего добился.

– Ошибаешься, – покачал головой Рыбаков. – Она не так меня поняла. Нужно ей все объяснить.

По-моему, он до сих пор объясняет жене, как его правильно понять.

Отбивная курица

Семейная жизнь – дело тонкое. Я эту истину постигаю давно и безуспешно. Иногда происходят такие вещи, что диву даешься. Взять хотя бы случай с отбивной курицей.

Мы с женой вернулись из гостей часа в два ночи. Лифт уже не работал, и мы поплелись пешком на девятый этаж. Настроение у меня было приподнятое. Кажется, я даже пел про себя.

Мы пришли домой и убедились, что дети спят. Не успел я оглянуться, как жена юркнула под одеяло и заснула. А я успел раздеться только до пояса. Оставшись один, я загрустил и пошел на кухню думать, чем бы еще заняться. Почему-то страшно захотелось есть, хотя в гостях я съел все, что было. И выпил тоже все.

Я открыл холодильник и обнаружил в нем одинокую замороженную курицу в заграничном пакете. Находка меня обрадовала, и я содрал с курицы полиэтилен, не повредив ее. Внутри курицы находился бумажный мешочек с чем-то. Мешочек не было возможности вынуть, он примерз. Тогда я зажег духовку и положил в нее курицу на железный противень.

Ночью у человека совсем другая психология. Вот днем я бы никогда не осмелился сунуть семейную курицу в духовку. Совести бы не хватило. А тут хватило. Я положил ее ножками кверху и сел читать журнал, ожидая, пока она изжарится.

Курица изжарилась на удивление быстро. Минут через десять вся кухня наполнилась дымом, а курица приобрела приятную окраску. Она стала, как курортница на пляже после отпуска. Я вынул курицу из духовки и положил ее на тарелку. Ножки были черные, как обгорелые спички.

Я вытащил из курицы бумажный мешочек и нашел в нем шейку, печенку и еще что-то. Еще там было много снега, что меня удивило. Внутри курицы было холодно, как на Северном полюсе. Но это меня не остановило. Я уже намеревался отодрать от курицы лапку, как вдруг в кухне появилась жена в ночной рубашке. Ее вид мне не понравился.

Жена мигом оценила обстановку и, не говоря ни слова, схватила курицу за ту самую лапку, которую я собирался оторвать. Взгляд у жены был такой, что я вспомнил бессмертную сцену из романа писателя Булгакова «Мастер и Маргарита». Есть там эпизод, когда Азазелло бьет гражданина Поплавского жареной курицей по голове.

Но жена не стала этого делать, а, схватив курицу, быстро удалилась. Уже в дверях она сказала:

– Псих ненормальный! Это же курица на завтра детям.

Мне стало стыдно. Я немного посидел, мысленно прощаясь с курицей, и пошел в комнату. Жена опять спала как ни в чем не бывало. Курицы нигде не было видно.

– А где