Читать книгу - "Путешествие банкира. Как Эдмонд Дж. Сафра построил глобальную финансовую империю - Daniel Gross"

Что касается самой болезни Паркинсона, то управление ею стало делом целого дня, в котором участвовал целый штат профессионалов. Пары молодых ассистентов, которые всегда сопровождали его, были дополнены большой и разнообразной группой медсестер; в электронной таблице была указана ротация: старшие люди сменяли младших. Среди них были старшая медсестра Соня Казиано, американка Вивиан Торренте и недавнее пополнение: Тед Махер, ветеран спецназа армии США, работавший в больнице Columbia-Presbyterian и получивший рекомендацию от друзей семьи, который начал работать в августе.

Конечно же, Лили Сафра была главной и постоянной сиделкой. И по мере того как Эдмонду приходилось все больше полагаться на Лили, наблюдатели отмечали, что их взаимная привязанность растет. Прогрессирование болезни вызвало ряд изменений в Эдмонде Сафре - профессиональных, физических и эмоциональных. В каком-то смысле Эдмонд рассматривал борьбу с болезнью Паркинсона как еще одну из своих кампаний, вызов, который нужно преодолеть с находчивостью, энергией и оптимизмом. Но в отличие от его кампании по открытию нового банка или привлечению новых клиентов, эту кампанию Эдмонд и Лили Сафра начали вместе. Доктор Алессандро Ди Рокко, итальянский специалист по болезни Паркинсона, который лечил Эдмонда и стал его другом, сказал, что пара "рука об руку боролась с ужасной болезнью, которая обрушилась на них". По мере того как Эдмонд терял самостоятельность, Лили взяла на себя роль, выходящую за рамки организации их общественных, благотворительных и семейных обязанностей, и стала управлять его уходом и все более сложным распорядком дня. "Лили была с ним каждый день, бесконечно присутствовала рядом, со всей своей энергией и остроумием перестраивая и подтверждая его и их жизнь, с яростной решимостью заверяя, что ничто, и уж тем более болезнь Паркинсона, не отнимет у него здоровье, достоинство, красоту, цель, - отмечает Ди Рокко. Она организовала уход и упорно добивалась лечения, признавая необратимость болезни, но никогда не принимая статус-кво. "Когда ограничения в лечении становились очевидными, она просто переходила к следующему шагу: должен быть лучший способ, и мы сделаем все, чтобы найти его", - вспоминает Ди Рокко. "Не было ни одного дня в жизни Эдмонда с болезнью Паркинсона, чтобы Лили не боролась рядом с ним, с ее силой и огромной решимостью, а также с безграничной любовью".

Если лето в Леопольде было восстанавливающим, то осенние будни бодрили и всегда давали Эдмону новое ощущение цели. Сначала наступили еврейские праздники, которые в 1999 году выпали на середину сентября. Обычно за неделю до Йом-Кипура Эдмонд отправлял своего давнего сотрудника Аббуда Абади связаться со всеми главными сефардскими синагогами в Бруклине и договориться о том, что он будет самым высоким претендентом на посвящение свитка Торы "Коль Нидре" - особая честь в память о его родителях. Эдмонд заставлял своих сотрудников по всему миру следить за тем, чтобы все обычные пожертвования в синагоги и еврейские общинные учреждения были сделаны. Даже когда его болезнь становилась все более выраженной, Эдмонд настаивал на том, чтобы поститься в Йом-Кипур и стоять на длинной полуденной службе, к большому беспокойству Лили. В какой-то момент группа раввинов вмешалась и фактически приказала Эдмонду прекратить пост, велев ему принимать таблетки и пить воду в Йом-Кипур.

Сразу после Высоких праздников Эдмонд и Лили отправились в Вашингтон, где с 25 по 30 сентября проходили ежегодные собрания МВФ. Республиканцы устроили одну из своих вечеринок в Национальной галерее. Эдмонд настоял на том, чтобы пойти туда, отправившись с двумя врачами и тремя медсестрами. На мероприятии, которое, как правило, собирало много людей с громкими именами, в тихом месте был накрыт стол, где друзья могли пообщаться с ним. Энн Витале, юрист Republic, в тот день давала показания в Конгрессе об образцовых протоколах банка по борьбе с отмыванием денег, и законодатели благосклонно отозвались об Эдмонде и усилиях Republic. Эдмонд был в восторге. "Во время трапезы за столом я ловил его взгляд, и на нем появлялась яркая улыбка", - говорит Витале. В октябре Эдмонд вернулся в Монако.

В момент, который должен был стать триумфальным, Эдмонду пришлось столкнуться с эпизодом, который грозил нарушить его планы, но разрешился типичным образом. 30 сентября прокурор США по Южному округу Нью-Йорка предъявил обвинение известному инвестору. В период с 1995 по 1999 год Мартин Армстронг, советник, возглавлявший фирму под названием Princeton Global Management, обвинялся в обмане японских инвесторов. В обвинительном заключении утверждается, что он продал инвесторам векселя на сумму 3 миллиарда долларов и вложил эти деньги в валюту и сырьевые товары. Когда его сделки взорвались и принесли убытки на сумму более 1 миллиарда долларов, вместо того чтобы признаться, он снова солгал инвесторам. Армстронг держал счета в филадельфийском офисе Republic New York Securities Corporation. Утверждалось, что при содействии коррумпированного сотрудника он выпускал выписки на бланке Republic с завышенным балансом, помогая тем самым скрывать убытки от внутренних аудиторов, клиентов и следователей в Японии.

Следователи в Японии начали проверять деятельность Армстронга, и в августе Японское агентство финансового надзора направило письмо в Федеральную резервную систему и Republic о проверке токийского офиса Армстронга. Republic приняла оперативные меры. 1 сентября, за месяц до вынесения обвинительного заключения, она сообщила о получении письма, уведомила соответствующие регулирующие и правоохранительные органы США, уволила нескольких сотрудников, а затем быстро заменила главу фьючерсного подразделения и отстранила от должности главного исполнительного директора Republic New York Securities.

Сроки были проблематичными. HSBC назначил собрание акционеров на 9 сентября, всего через неделю после раскрытия информации, чтобы проголосовать за одобрение сделки с Republic. 3 сентября, через два дня после того, как Republic раскрыла информацию о расследовании, HSBC объявила, что перенесет голосование на 12 октября. 30 сентября, когда Армстронгу были предъявлены обвинения, HSBC снова объявил о переносе голосования, на этот раз на 29 октября. Учитывая тот факт, что сотрудники дочерней компании Republic обвинялись в пособничестве Армстронгу, было ясно, что для Republic, скорее всего, будут финансовые последствия - судебные иски, мировые соглашения и требования о возмещении ущерба. И поскольку их вряд ли удастся быстро урегулировать, эти расходы, скорее всего, будут возложены на HSBC, если он решит продолжить приобретение. Фактически, в течение нескольких недель после предъявления Армстронгу обвинения были поданы два коллективных иска инвесторов по адресу , один 7 октября 1999 года, а второй 15 октября 1999 года. Теперь слияние стоимостью 10,3 миллиарда долларов висело на волоске. Таким образом, на Republic легла задача заверить HSBC, что