Читать книгу - "Пелевин и несвобода. Поэтика, политика, метафизика - Софья Хаги"

(лат.).

473

Я останавливаюсь на отдельных наиболее значимых примерах. Пелевин обращается к Достоевскому и, например, в «Чапаеве и Пустоте», в эпизоде, где Пустота смотрит «маленькую трагедию» с Раскольниковым и Мармеладовым на сцене.

474

Эсхатологический подтекст, питающий творчество Достоевского, «характерен для литературы, к уходу которой Пелевин раз за разом обращается в своих романах» (Hutchings S. Russian Literary Culture. P. 175).

475

Достоевский Ф. М. Преступление и наказание // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Л.: Наука, 1989. Т. 5. С. 272.

476

Пелевин В. Generation «П». С. 16.

477

О вечности по Свидригайлову см., например: Lanz K. The Dostoevsky Encyclopedia. Westport, Conn.: Greenwood, 2004. P. 426.

478

Как Достоевский «сравнивал с Вавилоном британский капитализм XIX века», так и «Пелевин отождествляет „Вавилон“ из книги Откровения с коррупцией и материализмом нового постсоветского капитализма» (Marsh R. Literature, History, and Identity. P. 384).

479

Достоевский Ф. М. Зимние заметки о летних впечатлениях // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Л.: Наука, 1989. Т. 4. С. 417.

480

Об эсхатологии Достоевского см., например: Мочульский К. В. Достоевский: Жизнь и творчество. Париж: YMCA-PRESS, 1980; Bethea D. Apocalypticism in Russian Literature: A Brief Portrait // Fearful Hope. Approaching the New Millennium / Ed. C. Kleinhenz, F. J. LeMoine. Madison: University of Wisconsin Press, 1999. P. 135–148; Hollander R. The Apocalyptic Framework of Dostoevsky’s The Idiot // Mosaic. 1974. 7. № 2. P. 123–139; Leatherbarrow W. J. Apocalyptic Imagery in Dostoevskij’s The Idiot and The Devils // Shapes of Apocalypse. Arts and Philosophy in Slavic Thought / Ed. A. Oppo. Boston: Academic Studies, 2013. P. 122–133; Rosenshield G. The Laws of Nature. Достоевский «прикасается здесь к глубочайшей своей идее об антихристовом земном царстве; критика буржуазного порядка в духе Герцена вдруг вырастает до апокалиптического видения» (Мочульский К. В. Достоевский. С. 193). Он предупреждает «о крахе западной цивилизации, причем его предостережение распространяется и на европеизированные слои населения России» (Leatherbarrow W. J. Apocalyptic Imagery. P. 125). Россия «тоже во власти Ваала, ее повседневную жизнь определяют меркантильные интересы и убийство» (Hollander R. The Apocalyptic Framework. P. 130).

481

Достоевский Ф. М. Преступление и наказание // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Л.: Наука, 1989. Т. 5. С. 397.

482

Пелевин В. Generation «П». С. 11.

483

Там же. С. 207.

484

Пелевин В. Generation «П». С. 268.

485

О хрестоматийной фразе Мышкина «красота спасет мир» см., например: Miller R. F. Dostoevsky and «The Idiot»: Author, Narrator, and Reader. Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1981. P. 229.

486

О диалогизме романов Достоевского см. Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского.

487

Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Л.: Наука, 1991. Т. 9. С. 352.

488

Пелевин В. Generation «П». С. 155.

489

Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Т. 9. С. 263. Достоевский «четко разграничивает физическое страдание и душевное» (Frank J. Dostoevsky: The Mantle of the Prophet, 1871–1881. Princeton, N. J.: Princeton University Press, 2002. P. 638). «У современного человека нет веры – только наука, промышленность, торговля и капитал» (Leatherbarrow W. J. Apocalyptic Imagery. P. 125).

490

Пелевин В. Generation «П». С. 119–120. Приведенный фрагмент перекликается с тезисом Empire V: люди думают, что делают деньги для себя, но на самом деле они делают их из себя.

491

Достоевский Ф. М. Идиот // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Т. 6. С. 203. Достоевский вкладывает эти слова в уста комического персонажа, Лебедева, но князь Мышкин слушает его с пристальным вниманием.

492

Пелевин В. Ананасная вода для прекрасной дамы. С. 147.

493

Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Т. 9. С. 263.

494

Об аргументации Великого инквизитора см., например: Frank J. Dostoevsky: The Mantle of the Prophet. P. 612.

495

Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Т. 9. С. 287.

496

Там же. С. 288.

497

Пелевин В. Ананасная вода для прекрасной дамы. С. 46.

498

Там же. С. 46–47.

499

Пелевин В. S. N. U. F. F. С. 193.

500

Достоевский Ф. М. Записки из подполья // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Т. 4. С. 468–469. Подпольный человек «живет в мире, где, как он опасается, его поведение обусловлено силами, над которыми сам он не властен» (Lanz К. The Dostoevsky Encyclopedia. Р. 146).

501

Достоевский Ф. М. Записки из подполья // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Т. 4. С. 470.

502

Там же. С. 474.

503

Там же. С. 469–470.

504

«…Хотеть же можно и против собственной выгоды, а иногда и положительно должно (это уж моя идея)» (Там же. С. 469).

505

Пелевин В. S. N. U. F. F. С. 399.

506

Автор «Легенды о Великом инквизиторе» упоминает об этом мимоходом, но не останавливается подробнее.

507

Пелевин В. S. N. U. F. F. С. 399. Ср.: «…Человеческие решения вырабатываются в таких темных углах мозга, куда никакая наука не может заглянуть, и принимаются они механически и бессознательно, как в промышленном роботе, который мерит расстояния и сверлит дырки» (Пелевин В. T. С. 176). Подпольный человек на некоторое время допускает, что предопределено не только рациональное стремление к выгоде, но и любое желание и каприз (Достоевский Ф. М. Записки из подполья // Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 15 т. Т. 4. С. 471).

508

Сканлан Дж. Достоевский как мыслитель / Пер. Д. Васильева, Н. Киреевой. СПб.: Академический проект, 2006. С. 74.

509

Иногда Пелевин пародирует антирационализм Достоевского. Например, религиозные правые «полагают себя богоизбранными исключительно на основании своей веры в то, что они избраны Богом» (Пелевин В. Ананасная вода для прекрасной дамы. С. 36–37). Но в других местах переживание встречи с божественным всем своим существом в противовес рациональному пониманию изображено с меньшей иронией. Объяснить человеку концепцию Бога – значит сделать так, что «на его горбу появится еще один чемодан барахла, который он понесет с собой на кладбище. Бога можно только непосредственно