Читать книгу - "О Понимании - Василий Васильевич Розанов"

различии материи с тем, что есть в Космосе и что не есть материя, – и прежде всего о сходстве и различии ее с началом психическим; 7. Учение о количественной стороне материи — сюда входит, напр., учение о постоянстве или неуничтожимости вещества. Учение о форме распадается на: 1. Учение о существовании формы; 2. Учение о сущности формы как пространственного очертания; 3. Учение о свойствах формы; 4. Учение о происхождении и причине форм; 5. Учение о назначении форм; 6. Учение о сходстве и различии форм или о типах их и 7. Учение о количественных соотношениях, во-первых, между частями одной и той же формы (напр., между линиями, поверхностями и объемом одной и той же какой-либо формы, положим, между радиусом, поверхностью и объемом шара); во-вторых, между целыми формами (напр., между конусом и цилиндром); и, в-третьих, между началами оформливающим и оформливаемым (между пространственным очертанием и входящею в него матернею, напр., Учение о наибольшей и наименьшей вместимости геометрических форм). Учение же о взаимнодействии между материей и формой делится на: 1. Учение о форме существования этого взаимнодействия, где рассматривается, вечно ли и необходимо это взаимнодействие по самой сущности обоих начал, не могущих пребывать одно без другого; или же временно и только целесообразно, так как, быть может, иногда пребывает и форма без материи, и материя без формы; 2. Учение о сущности взаимнодействия между материей и формой, где должно быть уяснено, в чём именно заключается это взаимнодействие, что происходит с формой – когда в нее вступает материя, и с материей – когда она вступает в форму; и далее, как совершается это вступление, что есть общего между материей и формой, вследствие чего (общности) или первая втягивает в себя последнюю, или последняя стремится наполнить собою первую; 3. Учение о свойствах этого взаимнодействия и о закономерности, которая здесь, как и всюду в изменении, является важнейшим и влиятельнейшим из свойств; 4. Учение о происхождении и причинах взаимнодействия, где рассматривается и начальный момент, с которого начинается соотношение и обоюдное влияние материи и формы (напр., когда из старой какой-либо формы материя переходит в новую форму), и источник всякого такого взаимнодействия, или движущая сила его; 5. Учение о следствиях и цели взаимнодействия, т. е. о том изменяющем влиянии, которое производит форма на материю – присоединяясь к ней, и материя на форму – входя в нее, и об общем назначении в миростроении таких взаимнодействий; 6. Учение о формах, или о модусах, взаимнодействия и 7. Учение о количественных соотношениях при взаимнодействии обоих рассматриваемых начал.

XI. Мы не будем делать никаких указаний относительно того, как должны быть выполнены все задачи, предстоящие перечисленным формам науки, но сделаем только несколько общих замечаний относительно материи и формы. Неполно определять материю как «начало протяженное», потому что, указывая на атрибут ее, мы не раскрываем при этом ее природы; и несправедливо, потому что протяженность присуща и пространству, которая не есть материя. Справедливее и, быть может, полнее будет определить ее как начало пассивное и безобразное. Материя пассивна, потому что хотя изменяться и, следовательно, быть пассивным может, напр., и идея, однако она бывает и деятельным началом, чем материя никогда не бывает. Что пассивность лежит в природе материи, это видно из того, что она задерживает собою все деятельное; оказывает сопротивление всякой силе как источнику деятельности; замедляет в себе всякое движение, как бы сообщая движущемуся часть своей пассивности. Безобразна же материя потому, что хотя она, как это было доказано выше, и никогда не была лишена формы, однако по природе своей противоположна и враждебна всякой форме. Это ясно из того, что всякая вступающая в материю форма – что можно наблюдать при смене их – вступает в нее с трудом, преодолевая ее сопротивление: материя не сразу приобретает какую-либо новую форму, но медленно и как бы сопротивляясь вступает в нее (форму) и, даже вступив – удерживается в ней лишь до тех пор, пока что-либо внешнее сдерживает ее в заключающих пределах, и, раз исчезает это внешнее сдерживающее, материя вновь расседается, высвобождаясь из своей формы; так что и первоматерия, соединяясь с первоформою, претерпела некогда, можно думать, могущественное влияние какой-либо силы. Противоположность между матернею и формою видна также и из того, чем становится форма по соединении с веществом: при таком соединении она утрачивает свою чистую природу. И в самом деле, в незамещенном пространстве всякая форма пребывает в чистой природе своей; овеществляясь же, она становится только подобием того, чем была в пространстве, способным напомнить разуму о своей первоначальной природе. Так, овеществленная окружность есть не совершенная форма окружности, но только приблизительная: с присоединением материи она потеряла свою чистоту.

XII. Как обоснование и как заключение обоих рассмотренных учений следует развить здесь Учение о пространстве, этой мере материи и вместилище форм. Двигаясь по схемам разума, оно распадается, как и все предыдущие учения, на семь форм, которых мы здесь не будем перечислять. Сделаем только несколько общих замечаний о самом предмете учения. Прежде всего останавливает на себе внимание замечательное соотношение между пространством и между временем. Оба начала одновременно и противоположны друг другу, и как бы взаимно дополняют одно другое. Они противоположны, потому что ни во времени нет ничего пространственного, ни в пространстве – ничего временного: первое бесконечно уходит в прошедшее и в будущее, второе безгранично раздается вдаль, и оба, как бы пересекаясь в настоящем здесь, быть может в центре нашего сознания, расходятся затем в противоположных направлениях, чтобы уже никогда не встретиться более. И однако, несмотря на эту противоположность, и полнота представления, и цельность мира делают то, что вслед за мыслью об одном из этих начал в нашем сознании всегда и невольно возникает мысль и о другом начале. Не менее замечательно отношение пространства и времени к Космосу и всему, что лежит в нем. В своем сочетании они служат как бы координатами мира, на которых он пребывает и по которым он развивается: пространство есть координата бытия, условие протяжения и мера всего протяженного; время есть координата изменения, условие мирового генезиса и мера процесса, через который этот генезис проходит. В отношении к существованию время представляет интересное сочетание двух потенций, которые никогда не переходят в реальность и, однако же, реальны в своем целом. И в самом деле, несомненно, что время есть, потому что несомненно есть изменение, которое не может происходить вне времени; и, однако же, нет момента, когда бы время существовало, потому что оно не имеет настоящего. Оно все в