Читать книгу - "Свеченье слов. Поэтические произведения - Олег Сергеевич Прокофьев"

не скоро.

Внутри посиживают смирно.

Временно попав в уют,

Не церковно, не монастырно

Грехи свои куют.

Когда движение — сон,

Неподвижность — иллюзия мысли.

А видимость за окном —

В перемене смысла.

Мелькнет — на месте роз —

Герань, из-под панелей.

Следы оконных слез

Замажет мрак туннельный.

За меланхолией домов

Поэтика полей забыта.

Природы лирика забита

Необходимостью мостов.

Город съест кого угодно.

Он и себя сожрет — дай срок.

Поезд, приехав, угодливо

Выблевывает нутро.

Протяженность событий привольна:

Рутина, работа, раздача дней.

К превратностям скуки душа хлебосольна,

Хлеба́ развлечений печет из камней.

Пещеристый разум ярится,

Систему вещей превращая в звук,

Слагает романсы для жизни-сестрицы

И эхо суждений бросает вокруг.

На шею садится привычный, заплечный.

Так было и раньше, уж тысячу лет

Безумный рассудок единоличный

Беспомощно ищет любезный ответ.

Все прожевалось. Теперь уж неловко

Гримасой кривиться наперерез.

А вымысел тянется без остановки

И в память как призрак влез.

Середина

1

Город — это часть меня,

Моих стихов движение.

От мыслей не отнять.

Город — это падение

В железобетонный капкан,

В пропасть зияющего сквера.

Пылинки дальних стран

В изгнании. Высшая мера.

Куда ты влез, какого хрена?

Озираясь, исследую колено —

Второе (дальше дярёвня),

Город — враг кровный.

Заброшен, черт знает кем,

В котел, в народный суп.

«Постепенно себя съем»,

Потомкам высрав труп.

Город торжественно украл

Паузу икоты,

И стала началом начал

Судорога зевоты.

Украл и зажил столично,

Как бонвиван и мот,

Пока не стало привычно

Жевать человеческий род,

В том числе и меня.

Такая уж порода.

364 дня

Да день, для года[52].

2

Изобилие, всё

что нужно — душе ли?

Для каких высот?

Изобилие душило,

Душа хотела пустоты.

Тело боялось этого,

Преображалось в штык,

Воплощенье конкретного.

Протыкало дрянь насквозь,

Нацеливаясь в плевое.

Рога изобилия лось

Упрятывал в логово.

Бегал народ в лесу,

Участвовал в общем капризе.

Раны потом зализывал,

Ковырял в носу.

Памятники лысых площадей

Сохраняли свои порядки,

А за спинами лошадей

Душа играла в прятки.

В витрине следы (негативно)

Поэтов, бродяг, детей

Глядели в себя неотрывно,

О себе ожидая вестей.

Подробности съели историю,

Так много людей кругом.

По соседству концепции ссорятся,

Не знают, где улица их и дом.

Вечность — это изобилие,

Сказал давно поэт.

Чтоб вещи простыми были,

Научись говорить нет.

3

«Нет» скажи — и оглянись.

Желания как бёдра,

Сзади. Так проходит жизнь.

Проходит? Топай бодро.

Но вот ОНА. Не та, а эта.

Напоминает маму-няню.

Потом, как раненая, взглянет

И все ненужное растает.

Судьба моя не решена,

Возможен полный поворот.

Ошибочка. Она

Смотрела не в глаза, а в рот.

Скорей всего же — мимо,

На других двуногих. Я

В родстве не больше с ними,

Чем прародитель обезьян.

Царица города, как автомат,

Чинно сотворяет чары,

Загадочных улыбок клад,

В миллионах экземпляров.

Искатели сокровищ, аргонавты,

Мужчины от десяти до ста —

Ищите, догоняйте, славьте.

Изольду продавай, Тристан.

4

Дерево простерло память,

Ограда скрыла тень.

Никогда не перестанет

Рожать ночь день.

И будет тянуться миг

До конца нескончаемый,

Расплывчатый гулкий мир

Полутенями обитаемый.

Как набежали вы, откуда?

Прозрачный маленький балет

Бытует рядом непробудно,

Предпочитая полусвет.

Подходит близко, незаметно —

Не сон, не явь —

Вплотную очень — нет, не

Прикоснувшись, не обняв.

Вошел в состав телесный,

Стеснил, наполнил все.

Остановиться неуместно,

На страх и риск несет.

Где цель, а где начало?

Где первое последним стало.

Младенчество блестит как луч.

Ржавеет бесполезный ключ.

О камни шаркает змея.

В груди захлопал парус.

Зевает мысль моя,

И прячет голос старость.

5

Не пестрота, не пряность

И не экзотика-оскомина —

До непонятного дотронусь, —

Однообразие разгромлено.

Природа выдумкой довольна.

Воображение, неуемность

Продырявили огромность.

Квадрат успеха треугольный

(Четвертый угол отражен)

Впечатал образы предметов

Туда, где даже нет их

И смысл давно опережен.

И просветлели горизонты

И стали видимы концы.

Верхом на новых мастодонтах

Въезжали грамоты отцы.

Когда б не форма и структура

И требовательность строк,

Нам инженеры конъюнктуры

Тут преподали бы урок.

Оппозиционно окопались,

Традиционно макают палец,

Потом подержат на ветру:

Какую затевать игру?

Игра ж давно идет вовсю,

Правила, правда, неясны,

Они конфузию несут.

А с принятыми — несогласны.

Правила против свободы,

Хотя без них она без ног,

Но по своей природе

Без них она как