Читать книгу - "Разведка особого назначения. Человек, которого не было - Патрик Бизли"

качествах этих судов противника. Он мог даже выпускать время от времени приложения о рейдерах к еженедельной разведсводке, но серьезно улучшить по сравнению с его предшественником прогнозирование движения рейдеров, когда они находились в море, Хатчинсон не смог. Наилучшая возможность обнаружить и атаковать рейдеры и суда, пытавшиеся прорвать блокаду, появлялась, разумеется, когда они уходили из портов Бискайского залива и Ла-Манша или возвращались в свои базы. Здесь и удалось англичанам отпраздновать удачу в октябре 1942 г. после ряда прежних неудач. Рассказ об этой операции представляет интерес в смысле раскрытия взаимодействия различных источников разведки. Ведь ни один из них в отдельности не давал полной картины. Зато вместе и в совокупности с выводами, которые делались сотрудниками, хорошо знавшими методы действий немцев, они достаточно четко показывали планы противника.

Рейдер «В» — «Комет», который после оказания ему в Советском Союзе помощи вышел на просторы Тихого океана в 1940 г. через север России, в ноябре 1941 г. вернулся в Германию. Он был значительно переоборудован, а в июне и в июле 1942 г. эксперт Деннинга по Балтике Клементс узнал из материалов разведки особого назначения, что это судно проходило испытания на Балтике. В тот момент оно пользовалось, конечно, шифром ГИДРА для судов, находившихся в германских территориальных водах, а не шифром 100, который вступал в силу только когда рейдер начинал свой рейс в Атлантике. По возвращении «Комета» в Киль мы опознали его по фотографии, полученной от авиаразведки. Нам удалось точно восстановить внешний вид судна. Фотография была единственной, и, несмотря на все старания Хатчинсона и Клементса, «Комет» мог бы незаметно проскользнуть через Ла-Манш, если бы не сработала разведка особого назначения. С ее помощью нам удалось проследить за передвижением рейдера во вторую половину сентября из Киля в Свинемюнде установить, что оно готовилось к выходу в боевой рейс. 29 сентября Хатчинсон известил об этом сигналом «Ультра» командующих всеми флотами Англии. По прежнему опыту он предполагал, что в Ла-Манше «Комету» будет придан сильный эскорт. Поэтому планами его перехвата предусматривался выход торпедных катеров и миноносцев из Портсмута и Плимута.

Эксперт по Ла-Маншу Фенлей 2 октября получил сведения, что 4-го «Комет» должен быть в Бремене, а 7-го патрульные корабли будут поджидать неназванное судно в Флашинге, чтобы ночью сопровождать его на переходе. К такой процедуре немцы часто прибегали, когда какое-нибудь важное судно форсировало эти труднопроходимые воды в ночное время.

Были высказаны предположения, что неназванным судном должен быть «Комет», о чем сразу же были поставлены в известность надлежащие власти. Их предупредили, что «Комет» следовал в Флашинг. Но тут вмешались два обстоятельства — туман и задержка с дешифровкой, благодаря чему рейдеру удалось добраться сначала до Дюнкерка, а потом, утром 13 октября, — до Гавра.

Перед этим мы узнали по данным фоторазведки и разведки особого назначения, что три небольших миноносца перебрасываются из Бреста в Шербур, а оттуда — в Гавр.

Поэтому почти с уверенностью можно было сказать, что очередной переход «Комета» вокруг мыса Барфлер в Шербур намечалось осуществить 13 октября ночью, и командующий в Портсмуте отдал распоряжения о проведении операции «Бауэри», в которой должны были участвовать девять миноносцев и двенадцать торпедных катеров. Береговое командование выслало несколько патрульных самолетов; один из них примерно в 10.00 доложил, что рейдер обнаружен в заливе Сена. Он шел курсом 270°. Миноносцы и катера перехватили его вскоре после полуночи возле Кап-де-ла-Хага. Рейдер был потоплен, а сопровождавшие его корабли получили повреждения. Легкие повреждения были нанесены и двум английским кораблям. Успех всей операции обеспечили четкая работа разведки и правильные выводы из ее информации, в основе которых лежало точное знание тактики немцев.

Когда они предприняли последнюю попытку, решив отправить в море другой рейдер, английская разведка действовала по заведенному образцу. Проследив за движением нового рейдера «К» — «Того» в Балтийском море, Хатчинсон разослал 23 января 1943 г. предупреждение о предстоящем отбытии этого корабля в рейд. Через четыре дня мы обнаружили, что немцы готовятся протралить проход в недавно установленных нами минных полях возле Бреста, чтобы провести по нему «важную боевую единицу», но о приближении «Того» к Остенде мы узнали по данным спецразведки только в начале февраля. В этой информации сообщалось также, что рейдер сел на мель возле Дюнкерка. Когда он снялся с мели, его стали бомбить недалеко от Булони английские самолеты «Уирлуинды». Полученные повреждения вынудили рейдер вернуться в Германию. Последующие атаки были, к сожалению, отбиты. Жаль, конечно, что рейдер не затонул, но путь в Атлантику для него был закрыт.

С тех пор когда еще в 1940 и 1941 гг. военные корабли и рейдеры немцев выходили на линии коммуникаций, не будучи обнаруженными, как и с того времени, когда «Тор», «Мишель» и «Стир» в начале 1942 г. форсировали Ла-Манш вопреки попыткам англичан остановить их, произошли большие изменения. Теперь только один «Мишель» был в море и несколько месяцев разбойничал в Тихом океане. Война с рейдерами фактически закончилась.

Но, помимо рейдеров, у немцев имелось немало других надводных судов, которые прилагали значительные усилия, чтобы прорвать блокаду и осуществлять перевозки грузов между Францией и Дальним Востоком. Такой прорыв производился трижды: с апреля 1941 по май 1942 г., с августа 1942 по апрель 1943 г. и с ноября 1943 по январь 1944 г. В первый период из шестнадцати судов, отбывших с Дальнего Востока, прибыли в Европу двенадцать, а из Европы все шесть дошли благополучно до места назначения. Действия ОРЦ, а также английской морской и воздушной патрульной службы особыми успехами не увенчались. Мы периодически получали предупреждения об отбытии судов, но информация часто запаздывала, и это не позволяло принять эффективные контрмеры. Да и вообще, даже когда разведка срабатывала вовремя, для таких дел не хватало ни кораблей, ни самолетов. Однако во время второго периода результаты были значительно лучше. Из пятнадцати судов, направлявшихся с Дальнего Востока, только четыре дошли до Европы: семь было потоплено, а четыре повернули обратно. В противоположном направлении отправилось семнадцать судов: три вернулись с пути, четыре были потоплены и десять благополучно достигли цели. Как и в случае с рейдерами, наилучшие шансы у англичан возникали, когда суда, пытавшиеся прорвать блокаду, либо выходили из портов Бискайского залива, либо приближались к ним. Сами суда сигналов о себе не подавали. Мы часто узнавали об их отправлении или прибытии из распоряжений эскортным силам: патрульным судам, миноносцам или с декабря 1942 г. подводным лодкам. Одно такое судно, «Регенсбург», было перехвачено 30 марта 1943 г. в Датском проливе после уведомления о его приближении, посланного подводной лодке, находящейся в этом районе. По иронии судьбы, стремление