Читать книгу - "Вип персона - Соня Рыжая"

Рядом ни кого. Холостяцкая пещера пуста. От чего сразу почувствовала гнетущее чувство брошенки. Отчетливо припоминаю, как заснула в объятиях Шмелева, он крепко обнимал меня и шептал снова и снова, что любит, верен мне и будет защищать меня, обеспечивая необходимую всем нам безопасность. В считанные мгновения вспыхивают воспоминания об утешающих особах вокруг предателя. Гнев и ярость поднимают голову, а слова и все ласки с его стороны оказались лишь сладким сном от чего опять начинает подташнивать. Шмелев быстро нашел, чем успокоить страдающую душу. Пусть тешит себя, а я буду сильной и справлюсь без него. Если захочет познакомиться с Мишкой, препятствовать не стану, а вот сама простить уже не смогу. Надеюсь, Эд не настолько подлец и сына не оставит безотцовщиной.

Вы спросите, как я могу быть так уверена в поле будущего ребенка, когда срок настолько мал. Спешу напомнить вам мою встречу с сестрой и ее пророчествах о Мише. Я чувствую малыша каким-то наделенным всевышнем чутьем, все дальше удаляя ненависть прошлого, и с каждой минутой все больше хочется познакомить папу с сыном. Но какова вероятность сближения с предателем? Нет шансов. Я не смогу простить измены, хотя знаю, что наши отношения пришли к финалу по моей инициативе, и я не имею права ревновать. Только вот куда деть надежду, затаившуюся за уголком души. Благодаря которой, решилась на подвиг прилететь сюда и дать шанс нам обоим. Она с поникшей головой, хромая, исчезла в небытие.

Падаю обратно на подушки. Опустошённая душой и сердцем, безучастно смотрю на мерцающий огоньками ночи глянцевый потолок. Мысли вертятся над моментом нашей встречи, и лишь тонкий голосок пищит в животе - дай парню возможность объясниться. Пугаюсь собственной слабости перед Шмелевым. Давлю несправедливое ко мне насекомое. Я настолько запуталась, что пугаюсь пустоты внутри себя. Ничего не чувствую. Вообще ничего. Вся моя желанная жизнь рушится, и рядом нет никого, на кого могла бы опереться. Даже тогда, когда он должен быть рядом - его нет.

Не в состоянии дальше лежать на пустой кровати, дрожать от холодного шелка простыней, вскакиваю. Весь мир вращается, когда оцениваю мебель, ища свою сумочку. Слава Богу, на мне моя одежда и есть возможность быстро сбежать, ни кого не побеспокоив. Наверняка эти красотки ночуют в его доме.

От этих мыслей становится еще дурней. Нет сейчас желания встретиться для разговора с Эдуардом. Он начнет врать, оправдываться, а я не готова услышать вранье или очевидное. Меня начинает трясти, и слёзы, наконец, прорываются через стену обиды и одиночества.

Не получается удержать в себе отчаяние, и громкий стон из полуоткрытого рта выпускаю на волю в безысходности. Опираюсь ладонями о столешницу комода, где нахожу свою искомую вещь. Быстро перекидываю через голову длинный ремешок сумки, стремительной мышкой приближаюсь к выходу.

Приоткрыв дверь, озираюсь по сторонам, тихо на носочках крадусь по коридору в поисках мужчины, который может лишь взглядом заставить меня потерять голову. Захотеть заблудиться в чувствах. Желать остаться в лабиринте любовных поворотов. Как до этого мне пришлось несколько месяцев прожить.

Я устала от американских горок эмоций. Мне сейчас как ни когда нужен покой, и я буду не я, если не позабочусь о своих детях.

Подойдя к комнате, скорее всего кабинет, так как за полуприкрытой дверь видна обстановка, я услышала успокаивающие, мягкие звуки мелодии «Ravenscode - My Escape (Ты мое спасение)». Хриплый голос мужчины поет завораживающе, но печально. Переборы клавишника заставляют с ума сходить сердце, выворачиваться наизнанку каждый орган. Эта песня одна из моих любимых. Эд это знает, и от этого на душе еще херовее.

Пространств окутано потемками, что позволило мне скрыться в тени коридора и наблюдать за разворачивающейся передо мной сценой. Шмелев стоит напротив большого окна спиной к огромному письменному столу. Он держит в руке большой стакан с чем-то, и лунный свет, падающий в окна, подчеркивает его профиль. Мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя и не сорваться в его объятия. Эд самый красивый мужчина на земле. Его благородная осанка вызывает зависть. Сила души и тела поднимает подбородок в гордости за него. Выбор Шмелева клеймит, и нет ни у кого шанса разлюбить.

Выбегаю на улицу, прохладный бриз холодит кожу, успокаивая пылающую меня. Ноги подкашиваются, сердце разрывается от боли потери, горячие слёзы закипают на глазах и сбегают вниз по опухшим щекам. В какой-то момент, оказываюсь на парковке, когда мои ноги слабеют, и я оседаю на землю. Вцепившись пальцами в мобильный, от дрожи приходиться несколько раз набрать заветный номер. Вызвав такси, отправляю сигнал входящего другу. Надеюсь, Матвей мне и в этот раз поможет. Его номер в не зоны доступа, и плотину прорывает с новой силой, разрушая все стены.

Автомобильные фары на мгновение осветили моё лицо, но я не смотрю вверх. Я просто не могу остановиться. Слезы ливневым потоком размывают видимость. Хлопает дверь, и я слышу шаги, приближающиеся ко мне.

Только когда, потеряв, мы понимаем, насколько важны и дороги любимые люди. И только тогда происходит это.

Он становится человеком, который нужен как воздух. Он становится всем и единственным в мире. Все становиться не важным без него. Он становится тем, чего жаждала в жизни больше всего.

Произнеся заветные три слова в громкую тишину ночного тумана Тенерифе.

Я люблю тебя! Эд, всегда буду любить!

Железная птица разлуки уносит все дальше от него.

Звук моего звонящего мобильного вырывает меня из сна. Моргаю, пытаясь прояснить свое зрение и понять где я. Последнее время часто оказываюсь в постели Шмелева, и мои бушующие гормоны делают свое дело - сводят меня с ума желанием быть рядом с любимым мужчиной. В голове стучит дятел, а желудок решил преобразиться в центрифугу. Приподнимаюсь и тянусь сквозь исчезающую дымку тьмы в поисках телефона. Вижу номер бабушки Ани, и мой желудок падает.

В такой час она может звонить лишь с плохими новостями.

- БабАнь, что-то случилось? - нервно интересуюсь.

- Надя, - Ее голос низкий и разбитый, а одно только имя отправляет меня в головокружительное падение коленями об пол. - У нее опять случился приступ. Неужели не помогла операция? - Всхлипывает от рыданий.

Все еще поражающая боль резко выстреливает прямо в сердце, кожу покалывает раскаленными уколами тысячи игл. В ушах звенит. Кажется, словно время остановилось матрицей.

- Где она? - хриплю, нет сил, говорить четко. - Пожалуйста. - Молю, а в мыслях крики о возвращении в нашу жизнь