Читать книгу - "Товарищ Сталин. Личность без культа - Александр Неукропный"

которые были проведены в Прибалтике. Исходя из приведенных мною выше цифр, пребывали непосредственно на службе у гитлеровцев, участвовали в боях с Красной армией и занимались уничтожением мирного населения самое меньшее 95 тысяч жителей Прибалтики. А то и все сто! Ну, ладно, берем самый минимум. Так ведь это – еще не все! Добавляем к этому тысячи и тысячи недобитых лесных бандитов, их пособников и подельников. Что получим? По самым скромным подсчетам, тысяч полтораста отъявленных упырей на всю Прибалтику. Но как же выглядели в реальности цифры депортации, за которую там по сей день клянут и русских, и «советы» и лично Сталина?

Согласно постановлению Совета Министров СССР № 417–160сс от 21 февраля 1948 года «О выселении из Литвы членов семей бандитов, а также бандпособников» из этой республики, как особо «прославившейся» и «отметившейся» в деле бандитизма, было депортировано около 40 тысяч человек. В рамках выполнения постановления Совета Министров СССР № 390–138сс «О выселении с территории Литвы, Латвии и Эстонии кулаков с семьями, семей бандитов и националистов, находящихся на нелегальном положении, убитых при вооружённых столкновениях и осуждённых, легализованных бандитов, продолжающих вести вражескую работу, и их семей, а также семей репрессированных пособников бандитов», из этих республик было депортировано соответственно по 32, 42 и 20 тысяч человек. Итого 100 с лишним тысяч. Все сходится, не правда ли? Да еще и в меньшую сторону, чем следовало бы! Ну, вдобавок выселили из все той же Литвы в 1951 году 20 тысяч с чем-то кулаков с семьями. Ну, так это литовцев «догнала» коллективизация. Все через это прошли…

Ну, и в довершение – самое интересное. Согласно печально известному «Генеральному плану Ост», разрабатывавшемуся в недрах того самого Третьего рейха, за который так самоотверженно сражались прибалты, их земли, превращенные в «Восточные территории великой Германии», должны были быть очищены от 85 % литовцев, 70 % латышей и 50 % эстонцев. Как именно очищены? А вы не догадываетесь?! Принудительное переселение в Сибирь, по мысли разработчиков плана, было самым гуманным из вариантов. Его еще заслужить нужно было. Не буду даже и комментировать. Цензурных слов попросту нет…

Уже к середине 50-х годов в Прибалтике настала нормальная, мирная и спокойная жизнь. Люди снова могли жить и работать, не боясь ночных теней за окнами, не вздрагивая от каждого шороха в лесу или на собственном подворье. Изгадил всю музыку, как и многое остальное, Хрущев. Лысый распахнул ворота лагерей не только перед вчерашними «лесными братьями», но даже и перед бывшими полицаями и эсэсовцами. Не будь этого, вряд ли они сегодня маршировали бы по улицам Риги, Вильнюса и Таллина в окружении, будь она трижды проклята, «молодой смены», которую, что самое страшное, успели взрастить. Сталин и Советская власть были жестоки? Глядя на открывающиеся сегодня в Прибалтике чуть ли не повсеместно мемориалы и памятники нацистским палачам, начинаешь думать, что, пожалуй – слишком милосердны. Впрочем, такое предположение мы рассмотрим поподробнее на примере другой недодавленной Сталиным и Берией гадины – украинской бандеровщины.

«Еще плодоносить способно чрево, которое вынашивало гада…»

Я совершенно не случайно взял для названия этой главы бессмертные строки из пьесы-притчи немецкого драматурга Бертольда Брехта, которые стоит привести здесь полностью:

А вы учитесь не смотреть, но видеть,

Учитесь не болтать, а ненавидеть.

Хоть человечество и было радо,

Отправив этих выродков налево,

Торжествовать пока еще не надо:

Еще плодоносить способно чрево,

Которое вынашивало гада…

Увы, эти слова, которыми великий немец предупреждал людей об опасности возрождения нацизма, появившегося на свет на его родной земле, оказались полностью пророческими для совсем другого места – Украины.

Ядовитая зараза тамошнего национализма имеет корни, которые уходят намного глубже, чем это кое-кто пытается представить. Впрочем, об этом мы сейчас говорить не будем. Гораздо больший интерес представляет не так история бандеровщины, как вопрос о том, почему она не была выведена подчистую тогда, когда к этому, казалось бы, имелись все возможности? В рамках данной книги я не намерен рассматривать подробно ни историю зарождения украинского национализма, ни «славный путь» адептов такового. Поговорим мы о том, как спецслужбы СССР боролись с этим злом, и почему эта борьба не увенчалась окончательным успехом.

Собственно говоря, с первыми реальными потугами Украины получить «нэзалэжнисть» пришлось столкнуться даже не большевикам, а еще Временному правительству России. Именно после Февральской революции 1917 года приверженцы таковой осмелились поднять голову и принялись не только молоть языками, красуясь друг перед другом в «вышиванках», а взялись за оружие. И, между прочим, в рядах этих первых и появились многие из тех, кто впоследствии пролил за «украинскую национальную идею» реки крови – как русских и поляков, так и собственных соотечественников. Тот же Роман Шухевич, к примеру, который в Гражданскую войну ужом вертелся со своим «гайдамацким куренем» между красными и белыми, весьма чувствительно получая на орехи то от тех, то от других. Действовавшие в Малороссии деникинцы, как несложно догадаться, стремлениям к «нэзалэжности» не сочувствовали ни разу…

С красными как раз оказалось полегче. С треском вышибив петлюровцев и прочее подобное отребье из Киева, заставив наиболее деятельных вождей националистов разбежаться, как крыс, по эмиграциям, повели они себя довольно странно – принялись за «украинизацию». Самое интересное, что сомнительное это мероприятие нисколько не поддерживали жители центральных областей республики, не говоря уж о тех ее регионах, что лежали восточнее. Абсолютное большинство тех же киевлян причисляло себя к малороссам, и требование перекрашиваться в каких-то «украинцев» вызывало у них исключительно негативные эмоции. На черта это было нужно самим вождям большевиков в Петрограде и Москве? Ну, как же – пролетарский интернационализм. Очевидно, исходя из идей такового, они даже приняли на службу некоторых видных «деятелей украинского национального движения», вроде того же профессора Грушевского, якобы «раскаявшихся» и «перековавшихся». Очевидно, немалое значение тут имело то, что самый главный националистический рассадник – Галичина, на тот момент находился под властью Варшавы. Нормальные жители Советской Украины строили социализм, там вовсю шла коллективизация и индустриализация, а призрак национализма, как тогда казалось многим, бесследно канул в то гнилое болото, из которого выполз…

Первый «звоночек» для Москвы прозвенел, собственно, когда созданная в 1920 году в Праге все тем же Коновальцем Украинская военная организация (УВО) уже год спустя приняла самое деятельное участие в попытке недобитых петлюровцев поднять восстание против большевиков на Украине. Невеликие числом и бывшие, мягко говоря, не лучшими вояками, повстанцы были крепко биты, и вдобавок