Читать книгу - "ЮнМи. Сны о чём-то лучшем. (Книга вторая) - Андрей Юрьевич Лукин"

чтобы так спеть, нужно постараться, и совсем не факт, что я вытяну, но он-то парень. Причем не из "этих", вполне мужественный. Мне аж завидно стало. Скольких бы проблем я избежал, будь я парнем, сколько их у меня вообще бы не появилось. Гуань Инь, ну почему ты не поместила меня в такого вот?.. Впрочем, понятно почему. Подходящее тело в тот момент было только то, в котором я сейчас.

И что обидно, без облома и тут не обошлось. Стоило мне только его исполнение по достоинству оценить и восхититься, как сны мои прекратились. Ни разу он мне больше не приснился. Словно отрезало. Вообще больше ничего не снилось. Возможно, из-за того, что я банально вымотался с этими дежурствами и переживаниями.

Маме становилось то лучше, то хуже. Врачи только руками разводили. Наше с СунОк настроение, естественно, тоже менялось от полного отчаяния до слабой надежды на лучшее. Чтобы хоть как-то отвлечься, я сразу после больницы садился за Корг и терзал свою память, вспоминая приснившуюся версию, нота за нотой, фраза за фразой. Доходило до того, что даже про еду забывал.

Меня заело. Меня реально заело. Неужели я не смогу вот так же спеть? Чтобы у меня тоже не просто песня получилась, а что-то большее, что-то настоящее, такое, после чего можно было бы с полным основанием сказать: "Я сделал всё, что мог, и лучше меня уже никто не сделает"… Тем более и текст полностью созвучен моему нынешнему состоянию. СунОк хоть заботами о кафе и учёбой отвлекается, а мне только что на стену остаётся лезть. Вот я и упёрся. Задумал спеть хотя бы приблизительно так же, как пел парень во сне. Но при этом — мне не хотелось его слепо копировать, хотелось вложить что-то своё, личное. Вот такую я себе задачу поставил, не подозревая, насколько она трудновыполнима. Зато нагрузил себя до такой степени, что на переживания и страдания времени просто не оставалось. И когда по ночам сидел рядом с мамой, твердил про себя снова и снова:

— Иканаиде! Не уходи! Держись, мамочка! Только держись! Не уходи! Иканаиде!

* * *

— ЁнЭ-сии, вы не знаете, где ЮнМи?

— Она в студии, СонЁн-сонбе, работает над новой песней.

— Ну да, ну да, можно было и не спрашивать. А как у неё дела с мамой? Что-нибудь известно?

— Юна сказала, что немного получше. Они вчера даже с ней смогли поговорить.

— Ну хоть тут хорошие новости, — улыбнулась СонЁн. — А то что-то в последнее время какая-то чёрная полоса началась.

Юна сидела в наушниках за Коргом, проигрывала какие-то отрывки, морщилась, чертыхалась, видимо, искала нужный звук. Один раз в сердцах даже ударила кулачком по синтезатору, затем надолго застыла, глядя в пустоту, словно надеясь что-то там в ней разглядеть.

СонЁн постояла, не решаясь нарушить тишину, потом обратила внимание на разбросанные листки с текстом, безжалостно исчерканным вдоль и поперёк. Подняла один. Стихи на японском. Иканаиде. Что-то знакомое. На другом листочке перевод:

Ничего не вижу, ничего —

Я все время плачу.

Но не от печали,

А от счастья от тепла твоих прикосновений.

Ах, не уходи, пожалуйста, не уходи.

Никогда не давай нам разлучиться.

Ах, не уходи, пожалуйста, не уходи,

Пусть все остается как сейчас.

Когда-нибудь твое сердце, когда-нибудь

Будет где-то далеко.

И все станет воспоминанием,

Лучше об этом не знать,

Лучше об этом не знать.

— СонЁн, это ты? Давно тут? А я и не заметила.

— Минут пять… Репетиция закончилась, девчонки по домам разъехались. Завтра же выходной… Юна, такой простой текст, всего несколько повторяющихся фраз. Неужели вот это можно спеть так, чтобы получилась хорошая песня?

— Можно, СонЁн, можно. Я ещё немножно поколдую, потом начну писать вокал, тогда и увидишь.

— Не уходи… Это потому что мама? — всё же решилась спросить СонЁн.

ЮнМи кивнула.

— Да. Работа помогает мне не сойти с ума. Если я буду просто сидеть и ждать, я точно сорвусь. Никаких нервов не хватит. Это так тяжело сознавать, что ты ничем не можешь помочь родному человеку, что от тебя совсем ничего не зависит, что в любой момент могут позвонить и сказать, что уже всё, совсем всё…

— А что говорят врачи?

— Врачи много чего говорят… Но, знаешь, вот тут, — Юна прижала руку к сердцу, — я чувствую, что всё будет хорошо. Вчера посмотрела, как мама пьёт бульон, и поняла, что кризис миновал. И песня сразу как-то легко пошла, словно барьер какой-то внутри меня сломался. Ещё немного с минусовкой поработаю и можно будет записывать.

* * *

Студия звукозаписи агентства "FAN Entertainment". За стеклом перед микрофоном