Читать книгу - "Мир наизнанку 2 - Отшельник Извращённый"

заднее сиденье. Захлопнула дверь. Спрятала лицо в ладони.

Лицо всё ещё горит. А губы…

Губы она старалась не трогать. Чтобы не стереть.

Она его поцеловала.

Сама. У турникетов, где полно людей. Подошла, привстала на носки — и поцеловала.

А потом сказала «премия, за сделку».

Ну почему именно это⁈

Юи тихонько застонала, не убирая рук от лица. Улыбаться при этом тоже не переставала, сколько ни пыталась.

В фильмах после поцелуя хотя бы говорят что-нибудь красивое! Или молчат, смотрят друг на друга!

А она про премию сообщила и убежала.

Интересно, какое у него было лицо? Надо было хоть на секундочку остаться. Посмотреть, что он скажет.

Нет. Тогда бы она вообще с места не сдвинулась!

Хотелось потрогать губы, но Юи боялась, что так быстрее забудется то чувство.

С другой стороны открылась дверь. Юнеко села рядом, пристегнулась.

Как всегда, спокойная. Костюм, ровное каре, наушник в ухе.

Машина тронулась.

Юи отвернулась. За окном темнело, загорались вывески. Они проехали несколько перекрёстков, прежде чем она решилась заговорить.

— Вы видели.

— Да, госпожа.

— Всё?

— Всё.

Юи зажмурилась.

— И маме…

— Доложу сегодня вечером. Как обычно.

Юи перестала пялиться в окно и посмотрела прямо перед собой. Лицо всё ещё красное.

Можно было попросить не рассказывать. Сказать, что ничего особенного не случилось, что маме это знать необязательно.

Только случилось. И для неё — особенное.

— Хорошо. — произнесла она совсем не скромным голоском.

Юнеко повернулась к ней.

— Госпожа?

— Пусть мама узнает. Мне не стыдно.

Юи сама удивилась, как спокойно это сказала.

И ведь правда. За «премию» немного неловко. За то, что убежала, тоже.

А за поцелуй — нет.

Она отвернулась к окну. Машина остановилась на красный.

— Юнеко-сан, он вас заметил.

— Заметил. — Ни оправдываться, ни успокаивать её Юнеко не стала. — В фойе. Секунд за сорок. Мацуда и Котани не отреагировали, когда он засмеялся. Остальные обернулись, а они слишком старательно продолжали смотреть в сторону. На том и погорели.

— Я же просила…

— Знаю, госпожа. С ними я поговорю.

Юи опустила глаза на свои рукава.

— Он понял, что они со мной?

— Не думаю. Иначе спросил бы вас.

Юнеко молчала. Недолго:

— Он сам на них больше не смотрел. Повернулся к афише и наблюдал через отражение в стекле.

Юи вспомнила, как Иши стоял возле плаката. Она тогда пыталась понять по его лицу, что именно он заметил. А он сказал, что всё хорошо, и повёл её за попкорном.

— Так делают люди, которых этому учили, госпожа. — пояснила Юнеко. — Где научился Сато-сан, я пока не знаю.

Юи прикусила губу и сразу отпустила.

— А потом, — продолжила Юнеко ровным голосом, каким докладывала о машинах и подозрительных лицах, — в зале он попросил вас поменяться местами.

— Он сказал, что любит сидеть у прохода.

— Оттуда видно выход и последний ряд.

— Где сидели вы?

— Да. — Юнеко посмотрела на неё. — И между вами и проходом оказался он. Вы ведь понимаете, что это значит?

Юи молчала.

Загорелся зелёный, машина поехала дальше.

— Он думает, что мы не ваши, — добавила Юнеко. — Он думает, что следят именно за ним. И всё равно сел так, чтобы закрыть вас в случае чего.

Юи посмотрела на свою правую руку.

Сначала он попросил поменяться. Она села, переживая, что охрану он всё-таки заметил. Потом смотрела, как он ест попкорн, смеялась, собиралась с духом, чтобы дотронуться. А он, оказывается, всё это время уберегал её…

— Юнеко-сан.

— Госпожа?

— В докладе… про места тоже напишите. Что он меня пересадил. И сам сел у прохода.

Юнеко наклонила голову.

— Уже написала, госпожа.

Юи посмотрела на неё.

Телохранительница сидела всё так же прямо, с привычно спокойным лицом. Но голос был не совсем обычный. Кажется, она тоже была чему-то рада.

* * *

Интерлюдия. Масако

В чайной комнате дома Мияномэ всё стояло на своих местах. Масако сама когда-то выбирала каждую вещь и с тех пор ничего не меняла.

В нише висел свиток с иероглифом «терпение». Его написала ещё её прапрабабка. Рядом — ваза с веткой клёна, с тремя листьями — ибо четыре приносят несчастье.

Чугунному чайнику было лет двести.

Масако налила себе чай, устроилась на подушке и открыла первый файл.

Двадцать минут видео без звука. Охранница поставила телефон перед монитором и записала происходящее в фитнес-зале спорткомплекса Олимп.

Она уже посмотрела запись дважды до этого. В первый раз, чтобы понять, что произошло. Во второй — присматривалась к мальчику.

Теперь включила ещё раз.

Дождалась шестого повторения жима и остановила.

Гриф завис над грудью. Сато не может его поднять. Ямамото наклоняется, протягивает руки.

Он что-то говорит.

Звука не было, но эти два слова Масако разобрала по губам.

«Убери руки».

Аканэ не отходит. Только приподнимает ладони и ждёт.

А он жмёт.

Масако провела пальцем по экрану планшета, вернулась на несколько секунд назад. Ещё раз посмотреть, как знаменитая Ямамото отступает. Эта же Ямамото два года назад сидела напротив неё на переговорах по порту. Улыбалась, называла суммы и, кажется, действительно считала, что вопрос только в цене.

Девчонка с большими деньгами. Умная, этого не отнять. Но привыкла, что всё можно решить доплатой.

Здесь вот не получилось.

Сняла целый этаж, убрала персонал, велела отключить звук на камерах. Диван туда ещё поставила.

Охранница вовремя закончила запись. Когда они направились к дивану, выключила телефон.

Масако это понравилось.

Надо будет увеличить ей оплату. Снять разговор было бы полезно, но остаться на своём месте и прислать следующую запись — полезнее.

Что произошло дальше, она пока не знала.

Зато знала, что в 10:47 Сато вышел из лифта один. Судя по лицу, встречей остался доволен. Ямамото с ним не спускалась.

И что самое очевидное — не похоже, чтобы его там сумели уговорить на всё, что задумали.

Масако закрыла видео и открыла доклад Юнеко.

Тот пришёл час назад.

За восемь лет она привыкла к её отчётам: время, место, что произошло. Без попыток заранее объяснить, какие выводы госпоже следует сделать.

«13:55. Сибуя, восточный выход. Объект узнан четырьмя поклонницами. Госпожа вмешалась сама. Сказала: „Он со мной“. Поклонницы отступили. Одна поклонилась госпоже».

Масако перечитала.

Юи сама подошла к четырём незнакомым девушкам. Не стала ждать, пока Юнеко разберётся. И не отошла в сторону.

Любопытно.

«14:01. Фойе кинотеатра. Объект