Читать книгу - "Волк в овчарне - Макс Мах"

бабы. Вечные терпилы большого мира. Но чаще из них вырастают злобные буратины. Бандюги-беспредельщики и шлюхи, травящие клиентов клофелином[2]. Уж Эрвин-то таких знал, приходилось, знаете ли, встречаться. Поттер в этом смысле редкое исключение. Не потерял себя, не озлобился и не слетел с катушек. Хороший, добрый мальчик, вежливый и аккуратный, но пробелов в воспитании у него при этом более чем достаточно. В образовании, впрочем, тоже. Однако некоторые качества личности компенсировали все его явные и мнимые недостатки. Порядочный парнишка, нежадный и справедливый. Эрвин таким не был, хотя в обоих его прежних жизнях, детство у него прошло гораздо лучше, чем у Поттера.

***

Последним уроком в пятницу у них было сдвоенное зельеварение. Вел его профессор Снейп, который не понравился Эрвину еще с первой их встречи в кабинете директора. Возможно, Снейп действительно был великим зельеваром, но учителем он был никудышным, а человеком, прямо сказать, дерьмовым. Эрвину, так сложилось, было с кем его сравнивать. В Кадетском корпусе алхимию, которая заменяла там зельеварение, в разных ее ипостасях и на разных годах обучения преподавали аж три разных профессора. Две женщины и один мужчина. Одна совсем молодая и двое возрастных, хоть еще не старых людей. Так вот, все они были разные, кто-то лучше, как человек, кто-то хуже, но все они были нормальными, и дело свое знали от и до. Учили, как следует, и не отвлекались на пустяки. Одна из них Евдокия Дмитриевна Переверзева являлась признанным ученым, двое других были просто хорошими преподавателями, но профессор Снейп, как преподаватель, всем троим в подметки не годился. Может быть, он действительно был талантлив в самом зельеварении, но второго такого мелочного и мерзкого типа иди еще поищи. С Эрвином он, понятное дело, не заедался. Во-первых, Малфои донесли до прикормленного ими декана факультета Слизерин, что Бойд свой, буржуинский, и его лучше не трогать, а во-вторых, так варить зелья, как это делал Эрвин, никто больше не мог. С одной стороны, все у него получалось именно таким, каким должно было быть, - ну, разве что, чуть лучше, чем ожидалось, - а с другой, Снейп не мог не заметить, что ни учебник, ни его наставления Эрвину не указ. Это конечно не могло не раздражать гневливого профессора, страдающего от ущемления чувства собственного достоинства, но, не будучи дураком, - а дураком он, к сожалению, не был, - и являясь фанатиком зельеварения, не только на словах, Снейп видел, что мальчик не просто талантлив, но и прошел отличную школу. И его явно занимал вопрос, где и у кого учился Эрвин Бойд, но спросить прямо отчего-то не хотел.

Другое дело, Поттер и Лонгботтом. Этих двоих профессор третировал с поистине садистским удовольствием. Но, если Лонгботтом подобное отношение заслужил, - хотя и не в таком хамском варианте, разумеется, - то Поттер явно страдал, что называется, «за грехи отцов». Что уж там такого случилось между Северусом Снейпом и Джеймсом Поттером, Эрвин, конечно, не знал, но подозревал, что покойный Поттер выпил у нынешнего профессора немало крови. Другое дело, что Джеймс был давно мертв, а Снейп жив, и Гарри – не тождественен своему отцу. Однако каким-то непостижимым образом профессор умудрился перепутать отца с сыном. Богатого и окруженного родительской заботой мажора с несчастным ненавидимым семьей сиротой. И это Эрвина не просто раздражало, это его откровенно выбешивало, но воевать с преподом ему, ужас, как не хотелось. Поэтому Эрвин предпочитал молчать, но Поттеру помогал чем только мог. Во-первых, учил тому, чему не смог его научить легко впадающий в мизантропию Снейп, а во-вторых, раз за разом объяснял приятелю, что лучшая тактика в подобного рода случаях – это игнор.

- Забей! – втолковывал он Поттеру. – Не принимай его слова близко к сердцу. Знаешь, как говорят на востоке? Собака лает, а караван идет. Так вот, Снейп – это собака, а ты – верблюд. Пусть хоть весь на лай изойдет! Игнорируй эту тварь и все дела.

Гарри его, вроде бы, слушал и даже понимал, но Поттеровский темперамент и гипертрофированное чувство справедливости, помноженные на обидчивость и ранимость, не позволяли мальчику промолчать, когда лучше не открывать рот, или попросту молча забить. Увы, но это была реальность, данная им в ощущениях, и здесь, - раз уж он за это взялся, - предстояло Эрвину еще много работы.

Однако, к счастью, не Поттером единым жив человек! Было в уроках зельеварения и кое-что другое, что по-настоящему грело Эрвину душу. На этих занятиях он сидел за одним столом с Беллой, и, как ни странно, - имея в виду его прошлое, - ему это было важно. Девочка притягивала его взгляд и привлекала его мысли, и зачастую его к ней чувства явно выходили за рамки приемлемого в их нежном возрасте. Но сердцу не прикажешь и воображение не заткнешь, какими бы изощренными техниками аутотренинга и йогической медитации он ни пользовался. Все равно нет-нет, а всплывали в воображении сцены эротического, а то и вовсе порнографического характера.

«Надо смотаться в Лондон и сбросить пар!» - понял Эрвин на четвертой неделе занятий, когда во сне ему привиделось такое, что самому стало стыдно.

Все-таки он по жизни не педофил и никогда им, вроде бы, не был, всегда, даже в ранней юности, западая на вполне сформированных фемин. Во всяком случае, все те, с кем он «крутил любовь» достигли в ту пору возраста согласия. Поэтому и сейчас Эрвин изо всех сил старался оставаться в рамках дозволенного, - малолетние проститутки в этом смысле не в счет, - но не даром говорится, что любовь зла. Обычно в этой поговорке речь идет о женщинах, но с парнями, похоже, такое тоже может случиться, тем более что реально-то они с Беллой сейчас одногодки, так паркуа бы не па? Он точно такой же подросток, как и она, и теоретически они вполне могли бы состоять в отношениях, даже если речь не о дружбе, а о постели. Но одно дело теория, и совсем другое - практика. Теоретически, это было вполне возможно, а практически – никак нет. Не зайдет хорошая девочка так далеко по дороге разврата, да и он вряд ли решится форсировать события, и значит оставался лишь вариант «сходить налево». Однако, чтобы негласно посетить Лондон, нужно было для начала узнать, как незаметно покинуть Хогвартс, что