Читать книгу - "История Церкви. Вторая ступень. История - Андрей Николаевич Зайцев"

что ты пришел в это наше царство русское и пожелал почтить своим присутствием Московию; теперь молю, чтобы провозгласил ты митрополита Иова Патриархом всея Руси!» Патриарх следующими словами ответил царю и сказал так: «Да сделает Господь Всемогущий, Который управляет всякою вещью, благодаря Своему бесконечному Провидению так, чтобы твои стремления исполнились бы и чтобы все тебе благоприятствовало! Я не сомневаюсь, что Бог, благословенный всеми, осуществит все то, что у тебя в сердце, наилучшим образом!» (Арсений, архиепископ Элассонский. Труды и странствование…).

125

Митрополит Иерофей так описывает происходящее в своих записях: «Когда русские увидели, что Иеремия не ставит им Патриарха, а сам хочет остаться у них, то говорят ему: «Владыко, если ты хочешь остаться, то и мы этого хотим. Но древняя кафедра России во Владимире, туда и благоволишь отправиться на жительство…» Но предупрежденный некоторыми христианами Патриарх сказал: «И не говорите мне об этом, я ни за что этого не сделаю». Тогда говорят ему: «Решение царя то, чтобы ты поставил Патриарха». И Иеремия заговорил другое, что он не уполномочен епископами и что это незаконно. Но наконец и нехотя рукоположил для России Патриарха» (Карташев А. В. Очерки по истории Русской Церкви. Т.2).

126

Там же.

127

Там же.

128

Павел Алеппский. Путешествие Патриарха Антиохийского Макария в Москву в XVII веке // Сайт «Восточная литература»: www.vostlit.info

129

См.: Зеньковский С.А. Русское старообрядчество. М.: Квадрига, 2009. С. 125.

130

Там же. С. 177.

131

«Отвечая на вопрос Никона, как надо креститься, Патриарх тактично отвечал, что на Востоке все имеют обычай креститься тремя перстами, считая их за символ Св. Троицы. Но он решительно умолял Никона прекратить начавшуюся в Русской Церкви смуту и добавлял, что каждая Поместная Церковь имеет свои особенности в обряде и различные традиции. „Не следует думать, будто наша православная вера извращается, если кто-нибудь имеет чинопочитание несколько отличное в деталях, не являющихся ни существенными различиями, ни членами веры. Лишь бы соглашаться в важных и главных вопросах со Вселенской Церковью"» (Зеньковский С.А. Русское старообрядчество. С. 178).

132

Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 2.

133

«Русские епископы принципиально и генерально узаконяя новоисправленные книги и обряды, были достаточно тактичными, чтобы не бить по больному месту: не осуждать старых книг и обрядов, на которых и они сами выросли. Провозглашение при Никоне старых книг и обрядов еретическими и армянскими было верхом нетактичности и несправедливости. Если бы суд по этому делу мог ограничиться этим русским Собором 1666 г., то, может быть, победа нового обряда и произошла бы постепенно в массах без возникновения раскола» (Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 2).

134

Епископ Коломенский и Каширский Павел занял позицию противника реформ Патриарха Никона. Был незаконно, без Собора, низвержен из сана, заключен в монастырь и, по некоторым сведениям, замучен: сожжен в срубе.

135

Отсылка к евангельской притче о разумных и неразумных девах (см.: Мф. 25: 1–13) и известному православному песнопению «Се Жених грядет в полуночи».

136

«Один из его заграничных выучеников, молодой инженер и затем знаменитый историк В.Н. Татищев, заразившись за границей буйным рационализмом, развязно болтал, издеваясь над Библией и разными церковными непорядками. Петр вызвал его для личного выговора. При этом фигурировала и знаменитая дубинка. Петр прикрикнул на него: „Как же ты осмеливаешься ослаблять такую струну, которая составляет гармонию всего тона? Да ты же не с должным еще уважением касался и до неких мест Св. Писания, чем уже ты, бездельник, и успел соблазнить многих бывших с тобой в компании. Я тебя научу, как должно почитать оное и не разрывать цепи, все в устройстве содержащей!" И, ударив дубинкой, прибавил: „Не соблазняй верующих честных душ; не заводи вольнодумства, пагубного благоустройству; не на тот конец старался я тебя выучить, чтобы ты был врагом общества и Церкви"» (Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 2).

137

«Данный этой вставной повестью материал об обстоятельствах религиозного переворота у князя Владимира представляется совершенно неудовлетворительным ни логически, ни психологически. Владимир – неистовый фанатик, вдруг становится каким-то апатичным, почти индифферентным искателем вер. И даже не сам лично торопится исследовать их, а посылает в разные страны своих послов, наподобие коммерческих агентов или политических разведчиков» (Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 1).

138

«Царь ли еси, царствуй убо, да в народе будет безпечалие, а во властях правосудие и како от неприятелей цело сохранити отечество… Пастырь ли духовный еси, смотри, чесо требует от тебя пастыреначальник Христос: испражняй (выбрасывай, отметай. – А.З.) суеверия, отметай бабия басни, корми словом Божиим овцы врученныя и оберегай от волков…» (Прокопович Феофан. Сочинения / под ред. И. П. Еремина. М.–Л.: Изд-во Академии наук СССР, 1961. С. 98).

139

Цит. по: Федоров В.А. Русская Православная Церковь и государство. Синодальный период. 1700 – 1917. М.: Русская панорама, 2003. С. 19.

140

«Синод в Российском Святом Великом Государстве есть и называется нашим во Христе братом, Святым и Священным Синодом от всех благочестивых и православных христиан – священных и мирских, начальствующих и подначальных и от всякого сановного лица. Он имеет право совершать и установлять то же, что и четверо апостольских Святейших патриарших престола. Советуем, побуждаем и предписываем ему хранить и держать неизменными обычаи и правила Священных Вселенских Святых семи Соборов и прочее содержимое Святою Церковью, и пребудет непоколебимым во веки» (Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 2.).

141

«Через месяц был назначен новый викарный архиерей, а о преосвященном Петре уже никто не вспоминал. А потом и совсем забыли. И только старуха, мать покойного, которая живет теперь у зятя-дьякона, в глухом уездном городишке, когда выходила под вечер, чтобы встретить свою корову, и сходилась на выгоне с другими женщинами, то начинала рассказывать о детях, о внуках, о том,